Корабли Мериора
Шрифт:
Как-то Безумный Пророк решился вновь заговорить об этом с Диркен. Капитан слушала его и молча ковыряла в зубах тонкой костяной палочкой. Дакар так и не понял: верит она ему или нет. Диркен предпочитала доверять лишь самой себе и всегда помнила, что вокруг полно любопытных глаз и ушей.
Аритон был постоянной темой матросских разговоров в носовом кубрике. Матросы не уставали спорить о том, придет ли корабль в Фэрси, бились об заклад и без конца меняли суммы ставок. Аритона это не волновало. Только однажды он проявил слабость, не в силах терпеть соляную корку, которая разъедала ему кожу. Он попросил дать ему другую рубаху и снял старую, располосованную саблей Диркен.
Шли дни. Тело Фаленита покрылось бронзовым загаром, как у заправского шандианского рыбака. Диркен сочла, что он прекрасно обойдется без гребня, не говоря уже о бритве, в результате щеки и подбородок Аритона украсила пиратская бородка. От постоянных ветров, дующих со стороны бизани, его черные волосы спутались в колтун.
Утренний шквал принес с собой дождь. Пресная вода смыла всю соль с его тела, и Аритон облегченно вздохнул. Он сидел и внимательно смотрел на хитроумное приспособление, которое по его просьбе мастерил немногословный корабельный плотник.
Однако внимательность Аритона была обманчивой. Только сила воли и выучка мага позволяли ему скрывать свою взбудораженность. И все равно он поворачивал голову на каждый шорох, раздавшийся за спиной. Когда же сквозь слепящее солнце на горизонте проступили слабые очертания берега, взбудораженность Аритона как рукой сняло. Нахмуренное лицо разгладилось.
— Я понимаю твое нетерпение, — сказал он Диркен. — Но придется подождать. Канал, ведущий в гавань Фэрси, мы увидим ближе к вечеру.
Как и любого капитана, отважившегося перевозить контрабанду, Диркен отличала изрядная смелость и природное чутье. Капитан нарядилась в камзол из телячьей кожи, крест-накрест перепоясанный ремнями с бронзовыми заклепками. Заложив большие пальцы за ремни, Диркен посмотрела на Аритона и сухо ответила:
— Либо увидим, либо ты умрешь. Условия остаются прежними.
Плотник окинул недоверчивым взглядом горизонт, потом вздохнул, облизал поцарапанный палец и гнусаво произнес:
— То, что по моей части, я сделаю. А рисовать эти тонкие черточки и не подумаю. Такие штучки умеют только ювелиры.
Аритон пригляделся к тому, что мастерил плотник. То была копия алидады Ленталя Анитаэля.
— Среди матросов наверняка найдется умеющий резать по кости. Шкалу можно будет сделать… ну, скажем, из говяжьей берцовой кости. Достаточно тонкой иглой процарапать бороздки, а потом осторожно закрасить их чернилами.
— Надо же. А я и не подумал, — пробурчал плотник с какой-то мрачной уважительностью.
Он взял алидаду и осторожно положил в карман своего грязного фартука.
— Пойду попробую.
Продолжая качать головой, плотник двинулся на ют, потом остановился и обернулся к Аритону.
— Но уговор такой: если мои черточки не получатся точь-в-точь как на этой штуке… уж не знаю, какой дьявол ее делал… чтобы ты не ворчал на меня.
Капитан и ее пленник молчали. Их молчание напоминало затишье перед бурей. Особенно тяжело приходилось рулевому, который старался глядеть куда угодно, только не на капитана. Свист ветра в парусах, скрип снастей, перекликавшийся со скрипом рулевого механизма, — все это лишь усугубляло напряжение. Диркен не дотрагивалась до эфеса своей сабли, но за внешним спокойствием
— Земля! Вижу землю впереди и на три румба по правому борту!
Палуба мгновенно превратилась в птичий базар. Ресницы Аритона слегка дрогнули.
— Пожалуй, можно снимать кандалы. Диркен засмеялась.
— Больно рано захотел на свободу. Пока мы не увидим огни маяков и не поймем, куда причаливаем, я и не подумаю снять кандалы. Вдруг это не Фэрси, а Варенс?
Однако ей уже было не скрыть своего волнения.
— Как тебе угодно, любезная Диркен, — простодушно произнес Аритон.
Он зажал в ладонях цепь, который был прикован.
— Но ведь ты не собираешься останавливаться в Фэрси, утром ты сама изменила курс. Я свое обещание выполнил. А теперь я вновь хочу предложить тебе сделку. Решать нужно очень быстро. Как мы поладим с тобой дальше — тут все зависит от того, насколько ты умеешь держать слово. Пока лишь скажу, что мои первоначальные замыслы изменились.
— И какие же они теперь? — ехидно спросила Диркен, оставив недавнюю враждебность. — Я помираю от любопытства. Скажи, ты всегда добиваешься своего вот так, шуточками?
Все это время ключ от кандалов был зажат у нее в ладони. Ни говоря ни слова, Диркен вдруг швырнула ключ в его сторону, будто хотела убедиться: хватит у Аритона ловкости его поймать или он так и упадет в море.
Аритон поймал ключ с проворством голодного волка, перед носом которого мелькнула добыча.
— Видишь, как просто плавать в открытом море? Повелитель Теней сел, отомкнул замок, снял кандалы и принялся растирать лодыжку, стертую в кровь железным обручем.
— Только, ради Эта, не говори, что все это было трудно и ты ничему не успела научиться. А дело у меня к тебе вот какое: мне нужно, чтобы «Черный дракон» отправился на север и забрал те самые сокровища. Но поплывете вы туда одни, без меня.
Диркен вспыхнула. Сознавая, что на нее сейчас глазеет вся команда, она быстро поднесла руки к пылающим щекам. Когда капитан поняла, что Фаленит не шутит, она отвернулась, дабы скрыть от матросов свою растерянность. Лучше умереть, но этого команда видеть не должна.
— Доверяешь, значит, мне. И наверное, куда больше, чем я заслуживаю.
Аритон встал.
— А вот об этом уже судить буду я.
Диркен спиной чувствовала обретенную им свободу. Она все еще не решалась повернуться. Женщина вцепилась руками в перила. Только усилием воли ей удалось побороть дрожь, когда Аритон приблизился к ней, взял своими легкими пальцами ее руку и вложил в ладонь ключ. Ладонь Диркен была холодной и потной. Конечно же, он это почувствовал. Она снова испугалась, что обаяние Аритона одержит над ней верх, и поспешно воздвигла ледяной барьер.
— Но ты можешь все потерять, — сказала Диркен.
— Я уже дважды все терял, — ответил Аритон. Палуба вдруг показалась Диркен совсем маленькой, а может, Аритон неожиданно занял собой слишком много пространства. Капитан резко повернулась, готовая уйти. Побелевшие от напряжения пальцы сжимали ключ. Она вскинула вторую руку, словно отводя возможные расспросы.
Аритон удержал ее и слегка коснулся щеки, почувствовав безрассудное влечение к этой женщине.
Диркен невольно отпрянула. Она все поняла, и это понимание испугало их обоих.