Копейщик

Парсиев Дмитрий

Увидев Васю, он коротко приказал:

— Лей.

Вася стал поливать парня из ведра.

— На голову лей, — крикнул Куч.

Остальные тоже принялись поливать водой пластунов. Их всех била крупная дрожь. Вася уже опустошил свое ведро, и хотел крикнул Акиму, чтоб позаботился о Макарке, но тот и сам уже отыскал друга среди прочих, и вылил на Макарку все свое ведро.

— Еще несите, — приказал Куч, когда все ведра были опорожнены.

Через несколько минут суеты все пластуны были насквозь промокшими, а участок поляны превратился в хлюпающее грязное месиво, покрытое лужами. Старания

Васькиных бойцов пошли на пользу. К тому времени когда Вершок привел на поляну целителя, они уже все сидели и пили принесенный Коротком горячий чай с сухарями. Краснорожий дядька целитель окликнул Куча, но тот только вяло отмахнулся, давая понять, что помощь не нужна.

Попив чаю, пластуны поднимались и расходились. Куч, убедившийся, что все пришли в порядок, ушел тоже. Короток с Вершком следили, чтобы освободившиеся кружки из-под чая не растащили. Короток получил у повара ведро чая под личное обязательство вернуть все в целости.

Наконец, все пластуны разошлись. Ребята подхватили ведра и посуду, чтобы вернуть все по местам. Макарка тоже полностью восстановился, только попросил зайти в казарму, чтобы переодеться в сухое. Через несколько минут они уже выходили за пределы лагеря.

— Куда идем? — спросил Макарка. Он полностью вернул свою спокойную уверенность и даже на ходу чему-то тихонько улыбался.

— К Иванычу, — ответил Вася.

— На какие шишы? — Макарка оказался единственным, кто обратил на это внимание, последние четверть копейки они потратили пару недель назад.

— Умеешь ты, паря, задавать вопросы по существу, — Вася усмехнулся, — Нам выдали денежное довольствие за прошедший месяц.

— Ух, ты!

— Здорово!

— А сколько выдали? — в глазах Коротка зажегся алчный блеск.

— Десять копеек. Считай, по копейке на брата, — сказал Вася.

— Маловато сто-то, — буркнул Короток.

— Радуйся тому что есть, — назидательно возразил Аким и довольно потер руки, — Ну, кого назначим казначеем десятки?

— Каким иссе казнасеем? — возмутился Короток, — Засем нам казнасей?

— Действительно, Аким, — поддержал Вася Коротка, — Раздать всем бойцам по копейке — дело не хитрое. Какой еще казначей?

— Ну, ребята, вы даете, — Аким преувеличенно изобразил изумление, — А из чего я вам доспех делать буду? Нам кроме курени забесплатно ничего не дают. А нужны еще шкуры, это раз, — Аким начал на ходу загибать пальцы, — Потом веревка нужна конопляная. Жилы тоже нужны, это стрелкам на тетиву. Да много чего…

Короток, придавленный перечислением необходимых трат привычно насупился и уставился под ноги. Акима нещадно продолжал:

— Нужен нифрил для заклятий.

— А моги на сто? — тут же взвился Которок, — Пусть они нифрил згут. А мы по сто свой нифрил тратить будем?

— Да хоть бы заморозку тебе на башку наложить, — невозмутимо ответил Аким, — Когда во время боя тебе опять от копья прилетит, ты целителя можешь и не дождаться.

— М-да. Акима прав, — сказал Вася, — Нифрил нужен.

— Вот и я о чем, — обрадовался Аким поддержке десятника, и чтобы закрепить успех добавил, — Вася, расскажи им про рубильников.

— Ну, — Вася немного помолчал, собираясь с мыслями, перед тем как пересказать всей десятке то, что уже успел вытянуть из

него Аким, — Атман Вепрь рассказывал. Что в войске у Котов есть отборная конница. Там только Рыси служат.

— Вроде как у нас стрелковые цапельные полусотни?

— Ага. А там рысья конница. Так вот, каждый из них в бою нифрила возжигает на целый рубль.

— Да ну?! — Короток толи не смог поверить, толи не смог представить себе такую уйму денег.

Вася пожал плечами. Если бы об этом рассказал кто другой, он скорее всего и сам бы не поверил. Но Вепрю он верил безоговорочно и поэтому продолжил рассказывать:

— Это не считая того, что у них есть еще и свои моги, которые тоже нифрила не жалеют.

— Да-а, — протянул Вершок. Не хотел бы я с такими воинами сойтись в бою.

— А я еще не все рассказал, — сообщил Вася с кривой ухмылкой, — В паре с рубильниками еще бьются нелюди. Их, кажись, глаками называют. Так те врагов рвут зубами и когтями.

— Так их из-за этого рубильниками называют? — спросил Макарка после небольшого молчания, — Что нифрила жгут на рубль?

— Не знаю, — ответил Вася, — Может поэтому. А может и потому, что они своими длинными палашами разрубают человека надвое.

— Ага, — сказал Аким, — Так же и мы копейщики не потому, что копьями воюем, а потому что нифрила на нас в бою на копейку.

Парни невесело посмеялись. Тем не менее акимовы доводы, подкрепленные рассказом о рубильниках, показались им убедительными, и они быстро пришли к соглашению откладывать в десятскую казну половину своих доходов. То, что казначеем станет Аким не пришлось даже обсуждать. Это как-то и так само собой подразумевалось. Вася достал деньги и под тоскливыми взглядами Коротка передал ему пять копеек. Разговор на этом затих, и ребята шли, каждый погрузившись в свои мысли.

Они уже прошли лагерь стрелков, и сейчас проходили мимо лагеря древесников, лесных нелюдей, населяющих земли народа вепря. Древесники имели очень твердую кожу, которая делала их малоуязвимыми к стрелковому оружию, а высокий рост давал им преимущество в бою против конницы. Ребята с уважением глядели как древесники лупят бердышами по вкопанным в землю высоким столбам, изображающим конных противников.

— Вот они пусть с рубильниками и бьются, да Вася? — подал голос Вершок.

— Угу, — ответил Вася, — Да ты не переживай, Вершок. Потому конницу рубильников и называют отборной, что ее в кошачьем войске не так и много. Так что даст бог, судьба нас с ними не сведет.

Вскоре они вышли на развилку, где пути от их лагеря и академии могии сливались в одну ведущую к тракту дорогу, наезженную конями, на ней даже еще не до конца осела пыль от последнего проскакавшего здесь конника. Вася вгляделся и ему показалось что он узнал мелькнувшую маленькую фигурку верхом на удаляющейся серой лошади. Она еще пару раз вынырнула из-за деревьев, а потом, как ему показалась, свернула в сторону речной заставы.

— Макарка, а ты чего улыбаешься всю дорогу? — внезапно появившаяся уверенность, что окажись он здесь несколькими минутами раньше, то мог бы встретится с юной княжной, почему-то заставила Васю смутится, и он захотел отвлечь себя разговором, — Полчаса назад мы тебя водой отливали. Тебе вроде не до улыбок было.