Копьё Маары

Кретова Евгения

– Думаешь, здесь чары какие-то наложены? – Катя посмотрела на собственные руки – странным образом игнорируя заклятье, они то исчезали, то появлялись вновь.

Ярослава вздохнула:

– И сомневаться нечего! Ясно же, что тут какой-то черный маг замешан, не то бабушка Могиня высвободилась бы уже.

– Выходит, он знает, что Могиня волшбой владеет?

– Выходит, что так. – Ярослава с сомнением качнулась, тень от нее уплотнилась, проскользнув по траве.

Один из стражников насторожился, выпрямился, вглядываясь

в полумрак. Девочки замерли.

Кочевник привстал неуклюже, задел свой котелок, тот перевернулся. Джунгар, что сидел рядом с ним, засмеялся, отпустил шуточку – все трое загоготали так, что спугнули с ближайших сосен сов. Вставший смутился, вернулся на свое место и махнул рукой на испорченный ужин.

– Что делать-то будем? – еще тише прошептала Катя, посматривая на джунгар.

– Ты ж богиня удачи, давай, наколдуй что-нибудь, что ли! Надо с этой чьей-то непонятной тайной волшбой что-то делать. Вдруг сработает, как раньше бывало?

Катя кивнула. Когда она впервые призвала светлый морок во время битвы в подвале Александрии, он ей повиновался, пришел на помощь. Она просто попросила его об этом, как сумела. Вот и сейчас, сосредоточившись, она приподняла над землей посох и ударила им о землю.

– Сними оковы! – скомандовала светлому мороку.

Из-под ее сомкнутых на посохе рук проскользнуло несколько сине-белых искр. Они проникли в него и будто растворились внутри. Но спустя мгновение снова появились на его поверхности, стали быстро стекать к основанию, затем спрыгнули в траву, растекаясь вокруг хозяйки по спирали и расширяясь вихрем. Сразу стало легче дышать и будто посветлело вокруг, сосны стали приветливее, а луна – ярче.

Воздух вокруг Кати и Ярушки подернулся рябью, словно отражение на озерной глади, и все вокруг замерло.

В этот же момент с Ярушкиных рук спрыгнуло четыре серых облака. Коснувшись земли, они подросли, превратившись в четырех богатырей. Они не выглядели как тени, скорее – как отражения. Только плотные, осязаемые духи темного морока.

Тени-богатыри скользнули к стражникам. Короткий бесшумный бой – джунгары и одуматься не успели, как их с невероятной силой оторвало от земли, встряхнуло. И уже вернуло на траву бесчувственными телами. Богатыри аккуратно уложили джунгар, будто те, наевшись, уснули у костра, а сами скользнули в тень сосен и растворились в сумерках.

– Класс! – восторженно прошептала Катя.

Ярушка за спиной что-то удовлетворенно хмыкнула. Не медля больше ни минуты, прислушиваясь к нарастающему шуму из шатра, из которого сбежала Аякчаана, девочки побежали искать Могиню. По словам Ярушки, пленников поместили в яму – такую же, в какой недавно сидела Катя.

Катя пробормотала:

– Когда они столько ям накопать успели?

Ям они встретили на поляне уже несколько.

– Да долгое ли дело? – откликнулась Ярослава. – Зато в такой яме пленника никто не сыщет. Уходя со стойбища, решетку дерном

прикроют, а в яму нечистот нальют. И будут страдальца муравьи живьем есть.

Катя поежилась:

– Ужас какой…

Ярослава встала на четвереньки, пустила по земле змейку темного морока, заговорила ее, озираясь по сторонам, – казалось, голоса джунгар совсем рядом. Но нет, повернули злыдни в сторону, к лесу.

– Бабушка! – тихонько позвала Ярушка.

– Яруша! – Голос Могини слышен совсем рядом. – Неужто ты это?

– Я, бабушка, и Катя со мной! – Девочки бросились на голос.

Вот она, яма. И голос Могини снизу, удивленный до невозможности:

– Катя?! Да как же это? Отправили же мы тебя домой! Али ты опять в какую беду вляпалась?

– Можно и так сказать, – пробормотала Катя.

Они схватились вдвоем с Ярушкой за решетку, потянули на себя, но та и не думала поддаваться. Внизу заругался Истр, заворчал:

– Веткой какой приподнимите, мы поможем, только руки развяжем… Тут путы какие-то заговоренные: как ни тяни узел, только сильнее затягивается… А сейчас вроде сдвинулось дело!

Девочки понимающе переглянулись.

– Давай вот ту ветку, – предложила Ярослава и, схватив корягу, подсунула ее конец между прутьями решетки, надавила всем своим весом на другой конец. Катя сопела рядом.

– Давай на счет три, с раскачки.

Ярушка кивнула. Действуя корягой как рычагом, девочки чуть приподняли решетку и смогли сдвинуть ее.

– Ой, бабушка, Катя же прямо в нашем доме оказалась опять, только не одна, а с какой-то девочкой, а там джунгары их и схватили, – кряхтела Ярушка.

Решетка все равно не поддавалась. Снизу, наконец освободившись от пут и встав на плечи Истра, пришел девочкам на помощь Аскольд, еще один джунгарский узник. Бабушка тихо командовала, поторапливала:

– На раз!

И вот решетка приподнялась и откатилась в сторону.

Катя бросила взгляд на Ярушку и… увидела ее.

– Оковы возвращаются, наша волшба слабеет! – всплеснула она руками. – Быстрее!

Истр и Аскольд подсадили Могиню так, чтобы Катя и Ярушка смогли вытянуть ее на поверхность, следом выбрались сами. Истр, оказавшись на свободе, сжал кулаки:

– Врезать бы тем джунгарам, что нас повязали… – В темноте блеснули его глаза, лунный луч скользул по взъерошенным волосам, осветил коренастую фигуру водяного.

Аскольд – щуплый парнишка еще моложе Истра, живший по соседству с Ярославой, – согласно кивнул.

– Успеете еще! – отозвалась Ярушка. – Бежим!

И потянула всех в сторону леса.

Вдруг откуда-то слева, из-под земли, до них донесся приглушенный голос:

– Эй! Православные! Подсобите отсель выбраться!

Истр и Аскольд первыми бросились на голос. Катя схватила Истра за рукав, предупредила:

– Морок, что джунгар защищает, силу вновь набирает, торопиться надо. Поймают нас…