Конвой
Шрифт:
Кто-то из сидевших сзади солдат открыл легкий люк и принялся стрелять из автомата в ближайшего робота. Шагающий гигант повел манипулятором, и джип подбросило взрывом, когда тяжелый снаряд впился в землю под самыми колесами.
Крепкий корпус машины выдержал, и она помчалась дальше, едва ударившись колесами о землю. При этом Преллис разбил о стойку голову, а Шишел потерял сознание и валялся теперь на полу, как дохлая собака.
Скоро колонна танков приняла на себя всю тяжесть удара неожиданного десанта. Внедорожник несся мимо бронемашин, которые
Когда канонада стихла, Преллис оглянулся и увидел, что один из непобедимых монстров горит чадным огнем, но продолжает стрелять изо всех своих пушек. Между ним и урайскими танками вздымалась земля, и черные точки истребителей продолжали жечь друг друга, поддерживая огнем наземную схватку.
– Красиво, – тихо произнес Преллис и, потянув носом, ошутил посторонний для машины запах.
Посмотрев на распростертое тело Шишела, доктор понял, что это его помощник обгадился, не приходя в сознание.
Скоро машина достигла виллы, в которой был расквартирован доктор Преллис, и остановилась.
– Сэр – обернулся лейтенант – Если у вас здесь остались вещи, то самое время их забрать!
– А что случилось? Наши войска не прогонят их?
– Боюсь, нет, с, эр! Объявлена команда «26» – это значит срочная эвакуация всех лиц до двенадцатой категории включительно.
– Понятно, – кивнул доктор, который принадлежал к пятой категории.– Тогда поехали прямо на эвакуацию, портфель с бумагами у меня с собой, а личные вещи – это вполне обычный набор.
– А ваш повар? – напомнил лейтенант.
– Он не относится к объявленным категориям. Езжайте, лейтенант, а то, не ровен час, ударят по нам с воздуха, и это будет обидно.
По мере нарастания паники и суеты во временном порту, который находился на плоскогорье, к доктору Преллису возвращалось его раздражение. На пыльной площади, на высоте трех тысяч метров, сухость воздуха ощущалась еще сильнее. Вместе с Шишелом они сидели в бетонном блиндаже, где компанию им составляли еще четверо столь же важных для Урайи персон.
Знаменитый ботаник Хофф, худощавый старик-янычар с подозрительно молодой помощницей, промышленник с Верхольна – Цуррик и офицер сель-хозразведки Бутвальд – стопроцентный ураец, к которому Преллис тут же проникся симпатией.
Поначалу обстрел порта велся с ужасающей интенсивностью. Некоторые суда получали повреждения, еще не взлетая, другие загорались в воздухе и падали вниз, не добравшись даже до стратосферы. При этом земля сотрясалась, как от подземных толчков, и с потолка сыпалась мелкая бетонная пыль. Все нервничали.
После особенно громких разрывов в блиндаж забегал вспотевший сержант и как мог успокаивал важных персон.
– Все в порядке, господа, здесь вы в безопасности! – говорил он. – Мы уже подыскали вам несколько подходящих бортов, и вы улетите, как только
Между тем из узкого окошка, находившегося почти вровень с землей, посадочное поле выглядело сплошным кладбищем горящих судов.
В довершение к этому совсем неподалеку организовали временный накопитель для погибших солдат, и ряды окровавленных тел пополнялись прямо на глазах. Доктор Преллис первым заметил это соседство, но решил никому не рассказывать, поскольку, кроме него, охотников смотреть в окно не было.
– Было бы жалко уходить отсюда, – сказал промышленник Цуррик с Верхольна. – Бокситы в горах лежат прямо на поверхности! Бери, сколько хочешь!
– Ну да, и через пять лет все эти высокогорные луга погибнут, распаханные экскаваторами! – строго заметил ботаник Хофф. – А на этих лугах, между прочим, обитают реликтовые бамболис фикалис.
– Какие фикалисы, сэр, мы ведем изнурительную войну! Нам нужны бокситы!
– Кому понадобятся планеты с уничтоженной экологией, мистер Цуррик? – вмешалась в разговор помощница ботаника и, пользуясь теснотой, прислонилась к промышленнику грудью.
– Э-э… Отчасти, мисс, я с вами согласен… – улыбнулся промышленник, и его рука, скользнув по стене, легла на бедро девушки.
Все эти действия не укрылись от глаз Преллиса, и он брезгливо скривился, мысленно обозвав янычар «похотливыми свиньями».
Неожиданно в сетке частых разрывов наметилось окно, и тут же в блиндаж заскочил все тот же сержант:
– Ну вот, господа! Появился шанс вас вывезти!
– Шанс? – переспросил Шишел. Он все так же крепко держал в руках непочатую коробку с бутербродами, однако вонял при этом сильнее, чем в машине. – Почему шанс? Разве мы их не победили?
– Вооруженные силы, сэр, как раз сейчас этим и занимаются, – устав улыбатьще сообщил сержант. – И весь огонь противника теперь сосредоточен на другом полушарии, куда пытается высадиться помощь для наземных войск… А теперь прошу за мной, и не отставать, господа. Обстрел может возобновиться в любую минуту!
Словно в подтверждение слов сержанта где-то наверху несколько раз сильно рвануло, однако, кроме грохота, никаких других неприятностей не последовало.
– Не бойтесь, господа! Это ракеты, перехваченные нашей зенитной системой!
Прямо у выхода из спасительного подземелья стоял броневик «сарацин» с открытой дверкой.
– Нам сюда? – удивленно спросила помощница ботаника.
– Да, мисс, прошу вас. – Голос сержанта звучал все более настойчиво, и было заметно, что еще немного и он начнет загонять пассажиров пинками.
Между тем на помощь сержанту пришли солдаты, сидевшие внутри машины. Они хватали пассажиров за руки и усаживали на жесткие скамьи, не вникая особенно в их статус и общественное положение.
Досталось и Преллису. Едва он попал под низкие своды броневика, его хлопнули по макушке, и насмешливый голос посоветовал ему «держать башку ближе к заднице».