Контролёр
Шрифт:
— Терпеть не могу это выражение, — смеясь, ответила она, — но вы действительно похожи на копа. Может, дело в вашей манере держать себя или озираться по сторонам. Макс в точности такой же. — Она поставила свою, на вид тяжёлую, сумку на стул рядом с Фоксом.
— А по вашему виду не так просто догадаться о вашей профессии, — парировал Фокс.
— У меня сегодня выходной.
— Смелый наряд.
На её лице отразилось непонимание.
— Зимой — и без чулок, — пояснил Фокс.
Она глянула вниз.
— Этот загар стоит столько, что мне просто не по карману
— Что вам заказать?
Но она уже повернулась к бару. Хозяин, казалось, только того и ждал. Ей не пришлось даже говорить — он и так угадал её пожелания. Лапсанг-сушонг с лимоном. Пока эти двое болтали, Фокс с видом полного равнодушия погрузился в газету. Линде пришлось встать на цыпочки, чтобы положить локти на барную стойку. Во время разговора она небрежно играла прядью волос. Фокс старался не думать о том, насколько она привлекательна. Она — сестра Макса Диабона. Хуже того — журналистка. И хватит об этом. Хозяин настоял, что сам принесёт ей чай на столик. Девушка поблагодарила его, наморщив носик. Затем вернулась к Фоксу, села — не напротив, а рядом с ним, предварительно убрав со стула сумку, и закинула ногу на ногу. Фокс с интересом рассматривал убранство помещения и роспись на стенах.
— Приятное местечко, — сказал он.
— И недалеко — я живу на Гарднерс-Кресент. Фокс кивнул и стал смотреть в окно. На другой стороне улицы были видны две вывески: парикмахерская и ветеринарная клиника. Линда Диабон наклонилась и стала что-то искать в своей сумке. Достав лэптоп, она поставила его на стол и посмотрела на вырез своей блузки.
— Ох уж этот беспорядок в одежде. — Это было похоже на извинение.
— Ваш спектакль всегда срабатывает? — спросил он, насмешливо глядя ей в глаза.
— Почти, — помолчав, призналась Линда.
— Не то чтобы я не ценил ваши усилия, но, может быть, мы всё же… — Он постучал пальцем по крышке лэптопа. Диабон слегка надула губки, но послушно открыла крышку и нажала «Пуск». Фокс отвёл взгляд, пока она набирала пароль. Двадцать секунд, пара кликов — и она развернула к нему экран.
— Регистрационная палата — это всё, конечно, замечательно, — начала она, — но, к счастью, моя газета ещё не полностью сократила бизнес-отдел. Наши бухгалтеры до сих пор не управились и с половиной счетов, оставленных мистером Броганом. Но можно с уверенностью сказать, что на заре существования ЧББД туда поступили весьма крупные вложения. Причём это не было оформлено должным образом.
— В смысле?
— Неизвестно, откуда поступали эти деньги. Но, кроме них, был и ряд других, вполне законных акционеров.
— Случайно, нет ли среди них компании Wauchope Leisure?
Диабон скользнула по полосе прокрутки пальцем, оснащённым длинным ногтем. По экрану побежали цифры и имена.
— Не в точности, но похоже, — сказала она, выделяя курсором одну из строк: ScotFuture (Wauchope).
— Есть вероятность, что их главный офис базируется в Данди? — спросил Фокс.
Диабон кивнула в ответ и продолжила:
— Помните, вы просили меня проверить
— Чудесно, — промурлыкал Фокс.
Когда журналистка поняла, что больше ничего от него не дождётся, то вновь перенесла своё внимание на экран.
— Тут в списке ещё множество мелких компаний-акционеров: в основном частных — а это значит, что они не обязаны предоставлять о себе практически никакой информации. Парни из бизнес-отдела были всерьёз заинтригованы. Похоже, что у Брогана имелись друзья по всей стране — Инвернесс, Абердин, Глазго, Килмарнок, Мотеруэлл, Пейсли… И даже по ту сторону границы — Ньюкасл, Ливерпуль, Дублин…
— Не думаю, что эта дружба пережила финансовый кризис, — задумчиво сказал Фокс.
— Я тоже. Например, инвесторы Саламандер-пойнт — вряд ли кто-то из них рассчитывает получить больше чем по пять пенсов за каждый вложенный фунт.
— Да уж…
— А наши недоразвитые банки подлили масла в огонь — у Брогана были кредиты в общей сумме миллионов на восемнадцать, и он просрочил все платежи.
— Могла вдова унаследовать эти долги?
— Вряд ли — в том и состоит прелесть общества с ограниченной ответственностью.
— Имя Джоанны Бротон не значится ни в одном из документов? Возможно, она была секретарём компании или кем-нибудь в этом роде.
Диабон покачала головой:
— У неё даже не было ни одной акции. Она вообще не принимала в этом участия.
— Но всё же — её инициалы в названии компании.
— Меня это тоже смутило. И что я выяснила? Одно время Джоанна действительно была совладельцем. Но незадолго до того, как она открыла казино, муж выкупил её долю.
— ЧББД владеет акциями «Оливера»?
— Не думаю. — Линда подпёрла ладонью щёку. — Ни они, ни Wauchope Leisure. И что из этого следует, Малькольм?
— А как по-вашему?
— Что деньги ЧББД были частично грязными?
— Это персональное озарение или вас кто-то вдохновил?
Линда улыбнулась:
— Мой бизнес-редактор так думает. Проблема в том, что у нас нет никаких доказательств.
— Ну, может быть, если вы посвятите этому больше времени…
Она посмотрела на него. Её глаза были почти фиолетовыми. Фокс подумал, что тут вряд ли обошлось без цветных контактных линз.
— Может быть, — произнесла она. И добавила: — Кстати, как вы переносите своё отстранение от должности?
— Не жалуюсь.
— Звучит забавно… в каком-то смысле.
— Потому что я из отдела контроля и жалоб?
Она кивнула.
— Как я понимаю, сюжет состоит в том, что вы лезли в расследование убийства вашего зятя?
— Он не был моим зятем. И это не сюжет.
— Но может им стать, если вы позволите. — Между её губ показался кончик языка. — «Чрезмерное усердие приводит копа на грань досадной ошибки» — вот максимум, что вы можете из этого выжать.