Контракт

Иевлев Геннадий Васильевич

Ночь застала их в пути. Ромму показалось, что она наступила даже быстрее, нежели, когда он находился в клетке поселения хроанов. Единственное, что утешило его, совсем неподалёку росли несколько достаточно высоких деревьев и не раздумывая, он свернул к ним.

Нижние ветки, даже самого низкого из деревьев этой небольшой рощицы, оказались гораздо выше его роста, даже с вытянутыми руками и потому он предложил Бетуэль стать ему на плечи и забравшись на нижнюю ветку, подать ему палку, по которой на дерево заберётся и он. Хроана согласилась на его предложение без колебаний и каких-то расспросов.

Это дерево оказалось менее удобным, нежели дерево предыдущей ночи: его ветки были тонкими и короткими, а листья широкими и жёсткими и чтобы отломить лист от ветки приходилось с силой ударить по нему палкой. Ромму кое-как удалось пристроиться на одну из веток, усевшись на неё и прислонившись спиной к достаточно колючему и потому, неприятному стволу. Хроана уселась на ветку выше и её ноги оказались у Ромма на плече. Улыбнувшись, он принялся гладить рукой пальцы её ног, которые оказались тёплыми и приятными. Хотелось пить, но сок, плода, который он взял с собой в дорогу, был выпит ещё задолго до наступления ночи и теперь Ромм, как мог, подавлял в себе это желание. Говорить ни о чём не хотелось, да и думать, собственно, тоже и потому Ромм сидел молча, прикрыв глаза и механически гладя тёплую ногу Бетуэль, просто прислушиваясь к ночным звукам, которые, как ему казалось были более разнообразны количественно и качественно, нежели днём. Были ли среди них звуки, издаваемые хищниками, он мог лишь гадать. Молчала и Бетуэль.

***

Ромм проснулся от громких резких криков: насколько он знал, так кричали люди в свои последние мгновения жизни.

Бетуэль! Острая мысль, заставила его встрепенуться, он дёрнулся и едва успел схватиться за ствол дерева позади себя, чтобы не полететь вниз.

– Хаора!
– Невольно слетело с его губ.

Ромм выпрямился и поднял голову: ветка, на которую на ночлег устроилась хроана, была пуста.

Свалилась! Ещё одна острая мысль больно кольнула его мозг, он опустил голову и...

Плотно сжав зубы и прикрыв глаза, Ромм покрутил головой от нахлынувшего на него приступа злости - на самой нижней ветке дерева сидела Бетуэль, качая ногами, под деревом стояли, какие-то два чёрных зверя и издавая этот ужасный звук, периодически подпрыгивали в сторону её ног и когда, казалось, что зубы зверя уже хватают ногу хроаны, она приподнимала ногу и зверь ни с чем падал вниз, опять издавая этот свой, ещё больший, душераздирающий крик. Едва один зверь оказывался внизу, вверх, с тем же криком, взвивался второй зверь и всё повторялось, с периодичностью заведённого механизма.

Скорее всего, было очень раннее утро, но было уже достаточно светло, хотя ещё даже крохотный краешек Атры не просматривался над горизонтом, но звёзд над головой уже не было.

– Не надоело играться?
– Громко произнёс Ромм, пытаясь голосом выдать своё недовольство.

Бетуэль подняла голову и широко улыбнулась, её болтающаяся нога замерла и... Сердце Ромма, буквально, остановилось - пасть подпрыгнувшей твари начала смыкаться на ноге хроаны, но, буквально, в последнее мгновение, нога Бетуэль дёрнулась и зубы животного громко клацнули друг о друга и он полетел вниз. Девушка поднялась и продолжила смотреть на Ромма, со всё той же широкой

улыбкой.

– Я вижу, у тебя хорошее настроение. Есть причина?
– Поинтересовался Ромм.

– Мне нравится наше путешествие. Даже не представляла, что человеческая жизнь может быть такой интересной.
– Вошли напрямую в мозг Ромма мягкие мысли.

– Тебе доставляет удовольствие издеваться над животными? В моём мире это осуждается.
– Произнёс Ромм, стараясь придать своему голосу строгость.

– А что в твоём мире не осуждается?
– Получил он уже колючую мысль, улыбка сошла с губ Бетуэль.

– Всё что приносит пользу людям.
– Попытался сыронизировать Ромм.

– А разве хорошее настроение не приносит пользу?
– Получил он, всё ещё колючую мысль.

– Если хорошее настроение у всех, то, да.
– Ромм натянуто улыбнулся.
– Но твоя нога в пасти той твари, с которой ты игралась, мне настроения не подняла. У меня едва сердце не остановилось. Теперь ещё придётся ломать голову над тем, как избавиться от этих тварей.
– Ромм опустил взгляд на животных, которые сейчас сидели под деревом, задрав морды и громко скуля.

– Этих?
– Получил Ромм чрезвычайно мягкую мысль.

Бетуэль опустила голову и в тот же миг животные стали на свои четыре лапы и прекратив скулить, неторопливо засеменили прочь.

Ромм, с отвисшей челюстью, молча провожал взглядом животных, пока они не исчезли из вида. Затем он повернул голову в сторону хроаны.

– Не удивлюсь, что это ты и призвала их сюда?
– Произнёс он с нотками досады в голосе.

– Ты спал. Мне было одиноко. Когда мимо пробегала эта пара, я предложила им поиграть. Они откликнулись на мою просьбу.
– Получил Ромм сонм мягких мыслей, окрашенных странной интонацией, будто грустью, что подтверждалось и как бы потускневшим лицом Бетуэль.

– Я рад, что ты находишь общий язык с животными. Это даже успокаивает.
– Ромм попытался улыбнуться, но выражение лица хроаны никак не изменилось.
– Если уж мы проснулись, то предлагаю продолжить свой путь, пока стоит прохлада.
– Попытался он изменить тему разговора.
– Мне казалось, что этот остров небольшой, а он, видимо, огромен. Вчера мы прошли не менее трёх десятков километров, а сколько ещё предстоит пройти, да и будет ли от этого какая-то польза.
– Ромм шумно и протяжно вздохнул.

– Я видела сегодня летательный аппарат в той стороне, куда мы шли. Он был гораздо больше тех летательных аппаратов, что мы видели в прошлые дни.
– Получил Ромм какую-то нейтральную мысль.

От услышанных слов сердце Ромма встрепенулось. Он готов был расправить свои руки, подобно крыльям и немедленно отправиться в полёт навстречу неизвестному летательному аппарату.

Хотя! Он состроил мину озабоченности. Вдруг, это корабль тхеттов. Не хотелось бы опять оказаться их пленником. Видимо придётся быть более осторожным и при появлении какого -либо летательного аппарата, спрятаться и вначале попытаться определить его принадлежность, а уже потом высовываться. Решил он и присев, спрыгнул на ветку, растущую ниже, ещё на одну и оказался перед Бетуэль. Девушка тут же прижалась к нему.