Контора
Шрифт:
Семен запрокинул голову и залился смехом, уронив наушники.
— Профессиональная пятая колонна, — поддержала тему Галина.
— Не знаю, как с пятой колонной, — все с тем же спокойствием заметил Максим, — но за сегодняшний день господин Худоротов успел распространить уже четыре приказа и две инструкции. Плодотворный товарищ. Не пойму только, как нам составлять план работы на месяц вперед, если... М-да... Главное, не понятно, какой в этом смысл и зачем тратить на это время...
— Лучше покажи приказ о форме одежды! — Галина даже поднялась с кресла. — «Светлый верх, темный низ», «украшения без драгоценных камней»! Какое его дело?!
— Да, — усмехнулся Максим, — девушек особенно задел приказ об одежде. Длина юбок в приказном порядке и в сантиметрах — это перл, достойный уважения.
— Причем, — Семен озорно прищурился, — длина юбки именно в сантиметрах. Рост и длина ног при этом не учитываются. Кому и классика, а кому — выйдет мини!
— Это шутка? — Борис окончательно запутался, где правда, где хохма.
— Какая шутка? — Семен пересел на край стола. — Я что, похож на Жванецкого? Завтра это вывесят в зале, если уже не вывесили! Это приказы нового руководства! Пятьдесят пять сантиметров и, как говорится, «желаю, чтобы все»!
— Слушайте, Борис, — доверительно наклонилась к Борису Галина, — если вы в самом деле не марколог, а специалист, найдите им какую-нибудь другую формулу для расчета длины юбок. И с камнями там похлопочите. У меня единственные золотые сережки, и, как назло, с камнями. Что ж носить-то? Клипсы с сердечками? Похлопочите, голубчик...
— Постараюсь, голубушка, похлопочу, поспособствую, — в тон ей отвечал Апухтин.
Обсуждение новых директоров пошло по нарастающей. Напрасно Максим пытался угомонить коллег, разошедшихся при потенциальном сотруднике дирекции маркетинга. Тщетно: Галина и Семен словно сошлись в финале КВНа, остановить их не представлялось возможным.
Борис стоял у окна и глупо улыбался. Он не слышал и половины острот, мысли в голове крутились и метались, как зерна в кофемолке: удержать хотя бы одну из них не представлялось возможным. Новости оглушили его. Давно он не оказывался в столь глупом положении, Я написал «давно»? Вычеркните в своей книжке. Исправьте. НИКОГДА— вот нужное слово. Никогда Борис Апухтин не оказывался в столь дурацком положении. Его то ли провели, то ли использовали в какой-то интриге, то ли еще что-то. В голову не приходило ни варианта объяснения произошедшему. Порыв пойти и набить Сане лицо быстро утонул в коктейле из других порывов, более или менее ненужных и мальчишеских. Необходимо было собраться с мыслями, разобраться в ситуации и, конечно, выждать, посмотреть, как пойдут дела дальше. Будет завтрашний день, послезавтрашний. В конце концов, в пятницу зарплата. Должно же что-то проясниться: директор он, штатный маркетолог или... главный марколог. Единственное, что Борис решил для себя сразу: он не пойдет ничего узнавать сам. Ни к Сане, ни к кому-либо из новых директоров. Дудки! Надо будет — сами вызовут. А нет — что ж, некоторый опыт поиска работы у него уже есть, карманных денег хватит на месяц-другой...
И еще. Борис был искренне признателен рекламщикам за то, что они не обратили свои острые языки против него, горе-директора, хотя тема для острот налицо, а уязвимость жертвы несомненна. Спасибо им, что проявили великодушие, даже предоставив ему место игрока в самой интернациональной забаве под названием «Лучший кукиш в кармане для шефа». Борис вполне мог вставить в дуэт Семена и Галины свои реплики и посмеяться вместе с ними. Мог бы. Но ему было не до смеха.
ГЛАВА XIII
Вечером
Найти собственно магазин также оказалось проблемой. Архитекторы игнорировали улицы как ориентиры и предпочитали просто нумеровать дома четырехзначными цифрами, так что имевшийся у Ромы адрес магазина служил скорее не четким ориентиром, но двусмысленной подсказкой для входящего в лабиринт.
Так или иначе, Рома и Леха магазин нашли.
К сожалению, они достигли заветного крыльца, выложенного, кстати сказать, дорогой плиткой, лишь в начале девятого, когда магазин уже закрылся и входные двери оказались заперты. Помаячив некоторое время у витрин в надежде привлечь внимание еще находившихся в зале работников, они двинулись к заднему выходу. Ворота оказались открытыми, и приятели прошли во внутренний двор. Их вторжение было замечено и незамедлительно прервано не слишком ласковым окриком дюжего мужчины в синем халате.
— Кого надо?
Леха отметил про себя, что халат на мужчине не только чистый, но и со следами недавней утюжки. Человек в таком халате явно не грузчик и не рабочий. Одежда представителей этих низших в торговой иерархии каст подобным лоском не отличается. Перед компаньонами предстало некое начальственное лицо, а значит, любопытство его стоило удовлетворить, и удовлетворить с должной порцией почтения.
— Мы из «Конторы», — лаконично отрекомендовался тем временем Рома.
Человек в халате никак не отреагировал, очевидно не считая данную фразу ответом на свой вопрос. То ли он не был в курсе дел своего шефа с «Конторой», то ли привык к более развернутым ответам.
— Мы поставили вам оборудование, — пустился в объяснения Леха, подходя чуть ближе к собеседнику. — Один холодильник у вас забарахлил, и мы приехали посмотреть, в чем дело и что можно сделать.
— На ночь глядя? — недоверчиво переспросил обладатель чистого халата.
— Да, дело-то срочное. — Леха понимающе кивнул, показывая, что неудовольствие поздним визитом понятно и объяснимо. — Сергей Яковлевич приезжал сегодня к нам в офис и поставил крайне жесткие сроки...
— Сергей Яковлевич? — Мужчина оживился, словно шпион, услышавший парольную фразу.
— Да, он...
— Ну, если он в курсе... — Не дослушав фразы, мужчина сделал приглашающий жест и шагнул в проем двери.
Приятели последовали за ним. Мужчина уверенно зашагал по коридорам подсобных помещений, совершенно не беспокоясь о том, поспевают ли за ним визитеры. К счастью, путь оказался краток, через пару поворотов приятели оказались в торговом зале.
Нельзя не сказать, что выглядел зал современно и, насколько применимо это слово к продуктовому магазину, стильно. Чувствовалось, что над проектом покорпел большой знаток своего дела. Кабы фотографию торгового зала продемонстрировали любому из конторских (не говоря уж о простых смертных, далеких от передовых магазинных идей и обращающих больше внимания на ассортимент прилавков, нежели на убранство магазина), вряд ли кто поверил бы, что на снимке не европейский «шоп», а рядовой московский гастроном. Что ж, в такие гастрономические хоромы не грех было водрузить холодильники по семь тонн грина за штуку.