Консультант
Шрифт:
Краем глаза заметила на горизонте, откуда мы приехали, небольшую, но отчетливую черную дымку в светлеющем небе. Пожар? В резервации? Надеюсь, с ними все в порядке. Я не хотела, чтобы уже ставшие мне близкими, жители поместья пострадали. Хотя при встрече собиралась надавать по щекам Олаву и Кармайклу за путешествие в комфортабельном гробу.
Водитель катафалка ехал с приоткрытым окном, будто бы вслушиваясь в дорогу, и через час я начала зябнуть. Съежившись, обхватила себя за холодные плечи и попыталась уснуть.
Проваливаясь в сон, уже на
Я очнулась от громкого звука. Хлопнула дверь автомобиля. Похоже, в машине я осталась одна. На улице все еще была ночь, но до рассвета оставались часы. Небо уже начинало синеть с востока.
Багажник открылся, и водитель помог мне выбраться. С плеч чуть было не соскользнул большой черный пиджак. Мы были на участке с одноэтажным домом посреди густого елового леса. Воздух был холодный и разреженный. Клубящееся паром дыхание и гусиная кожа на ногах вынуждали двигаться, а не стоять на месте. Я плотнее завернулась в пиджак. Над верхушками поднимался заснеженный пик горы. Кивнув на дом, водитель буркнул:
— Давай туда.
Я остановилась перед домом, чтобы еще раз осмотреть окрестности. Участок был обнесен обычной деревянной изгородью. Такой забор ставят, чтобы не разбредались животные, но местность, похоже, была нежилая. Можем ли мы быть в другой резервации? Мы ехали на север через Новоселовск, затем, видимо, повернули в горы. Северо-восточнее Новоселовска есть небольшая гряда, продолжающая красногорский горный хребет, но там нет резервации. Мы явно не в пределах охраняемой зоны, а значит мы здесь незаконно. Тайное убежище вампиров за пределами стены? Как они собираются объяснить это в комитете?
Водитель завел машину и уехал. Наверное, он собирается ехать еще куда-то или вернётся в резервацию через северные ворота за Аргием.
Я шагнула в дом с незамысловатым интерьером в духе горного шале. Минимум вещей и ни одного фото.
— На случай, если ты захочешь психануть и побить посуду: мы сняли этот дом на пару дней через букинг. Кровать здесь одна, и я не собираюсь спать на вонючем диване у камина. Я поймаю тебе кролика в лесу, если успею.
Его пиджак стоило вернуть, но я так замерзла, а ему, похоже, было не холодно в рубашке с закатанными рукавами и без обуви. Сняв ботинки на входе, с сожалением заметила, что порвала в лесу колготки. Всего один раз надела. Придется ходить с голыми ногами по холодному полу. Я быстро стянула колготки и спрятала их в кармане платья. Их еще можно использовать как веревку при побеге, выбрасывать не буду.
— Тебя зовут Жан? Ты француз? — Я вспомнила, как водитель называл похитителя в пиджаке.
— Моя мать, как и почти все русские дворяне, плохо говорила по-русски, поэтому Иван стал Жаном. — Он надел ботинки и собрался выйти.
— Сколько времени до рассвета?
— Два с половиной часа. Никуда не уходи.
Босиком по ледяному деревянному полу я прошла в кухню, на столе была вода,
Пританцовывая то на одной, то на другой ноге, я внимательно изучила дом и обнаружила одну спальню с двуспальной кроватью, ванную с включенным бойлером и камин в большой гостиной с диваном, которая была объединена с кухней. Чтобы развести камин, нужно было найти дрова, а они, даже если они есть, наверняка на улице.
Пошарив в небольшом шкафу в спальне, я выудила оттуда приличное чистое постельное белье и два махровых белых халата.
Раз водитель уехал, то один халат, стопроцентно, мой. Взяв его и большое белое полотенце, я пошла согреваться в воде. Обдала кипятком и набрала полную, горячую ванну.
Вода размягчила мои затекшие от неудобной позы мышцы и смыла прическу, которую укладывала Амалия. Я принялась распутывать волосы пальцами, раскладывая по полочкам события прошедшей ночи. Порез на руке стал тоньше по краям и превратился в тонкую линию, но в центре ее зияла расцарапанная и покусанная ранка. Небольшой шрам станет мне напоминанием об этой жуткой командировке, подумала я. Потом сделаю татуировку с маленьким разбитым сердечком.
Я погрузилась в воду с головой и промотала в голове слова Олава.
Кармайкл отправился в лес с Энгусом, а с Аргием отправился Олав. Похоже, Леонард не собирается отдавать оружие тимарху. Он поручил Олаву договориться с Аргием во время охоты, пока отвлекал Владыку сам. Чтобы… свергнуть Энгуса.
Я вынырнула и намылила голову шампунем из одноразового пакета.
Зачем ему рисковать своим поместьем и договариваться с Аргием? Чтобы оказаться на выборах нового тимарха и объявить об оружии всем, очевидно. Только так, контейнер нельзя будет использовать и придется уничтожить. Чем быстрее это произойдет, тем раньше мы остановим Хареля, который уже наверняка продумывает запасной план.
Я не понимала только, при чем тут я. И как мне теперь попасть домой. Ведь за мной приедет машина, а меня нет в резервации. И что будет с мейстером, когда все подумают, что он меня… съел?
Именно так и подумала бы я сама всего два дня назад. Сейчас от этой абсурдной мысли мое лицо расплылось в смущенной улыбке.
За дверью ванной раздался глухой стук. Надеюсь, Жан вернулся и решил нарубить дров.
Я прислушалась к звукам в доме. В спальне раздались шаги.
— Жан? Не вздумай входить в ванную.
— Ты же не режешь там вены? Я чувствую слабый запах крови. Может, тебе помочь?
— У меня… э… менструация. Жуткое зрелище! Лучше держись от меня подальше.
Я пожалела, что флакон с мазью, которую мне дал Олав, остался в поместье.
Лицо Олава все это время стояло у меня перед глазами. Я делала все, как он говорил, но вместо ответов на мои вопросы получила только новые вопросы… Меня начинало раздражать, что меня считают глупой и бесполезной вещью, которую можно отдать в залог своего договора с Аргием.