Консультант
Шрифт:
Хотя мне искренне было жаль Рудольфа и его погибшую возлюбленную, я не могла не сожалеть и о некоторых убитых им вампирах. Мне, воспитанной в другом столетии, казалось несправедливым охотиться на кого-то из-за его физиологии. Это было похоже на геноцид.
Солнце уже светило в западное окно библиотеки, когда повествование Рудольфа неожиданно оборвалось. Он отправлялся в Бельгию и намеревался встретиться там с другим охотником на вампиров. На этом записи заканчивались.
Я со вздохом разочарования вернула книгу на место и сразу же
Абернати был вампиром-графоманом, который со скрупулёзностью бухгалтера записывал все свои любовные похождения.
Ему стоило назвать свою книгу "Моя постель", — подумала я. Но все равно решила, что пролистаю ее на всякий случай. Только сначала пообедаю.
Я спустилась на кухню и, как могла, быстро пожарила картофельные дольки с травами. Сводящие с ума ароматы наполнили помещение. У меня еще оставалось немного тушеного мяса и свежих томатов. Я твердо решила плотно и хорошо питаться, потому что с этой работой уже могла быть не уверена в том, когда следующий прием пищи. Поев, налила большую кружку чая и села с книгой за стол.
Листая страницу за страницей, я погружалась в мир светской жизни вампиров в Англии начала XX века. Имена героев и героинь были мне не знакомы. Я ловила себя на мысли, что хотела бы, чтобы имя Леонарда или Олава всплыло на странице. И я могла бы увидеть их прошлое глазами Томаса Абернати, который не брезговал приглашать в свой будуар как девушек, так и юношей всех возрастов. Конечно, их не было в книге, но это не мешало воображению подрисовывать знакомые лица к описаниям вопиюще развратных сцен.
Сделав перерыв на уборную, я вернулась на кухню и уже собирала свои вещи, чтобы вернуться в библиотеку, когда услышала шорох на улице. Сердце бросилось в пятки, и вся обратилась в слух.
Ставни были закрыты, но я могла поспорить, что это были тихие шаги по гравию, совершенно не похожие на то, как ходит заблудившееся животное. Это абсолютно точно был человек.
Я словно на мягких лапах приблизилась к двери и, приложив ухо, стала слушать. Шорохи доносились со стороны стоянки машин и садового флигеля.
На какой-то момент все затихло, и я даже подумала, что все это мне лишь показалось. Опасаясь пошевелиться, я просто стояла у двери. Внезапно возле нее раздался шепот:
— Я вижу вас на тепловизоре у двери. Не бойтесь. Вы Марина? Я с контрольно-пропускного пункта, я пришел вам помочь.
— Как вы сюда попали? — тихо ответила я.
— Так же как вы — через ворота. У нас мало времени. Они будут открыты только 15 минут. У меня сообщение от вашего коллеги Игоря Хареля: вас сегодня убьют, авария была подстроена. Поверьте. Откройте мне дверь, я проведу вас на ту сторону стены, скорее.
Медлить нельзя, или он все поймет.
Поймет, что я не верю ни единому его слову. Ведь комитет не стал бы посылать за каким-то ничтожным консультантом
Я беззвучно открыла дверь, и он вошел. Одетый в бронежилет, с тепловизором на голове и пистолетом, зажатым двумя руками. Наверняка, в стволе коагулирующие пули.
— Мне нужно забрать все собранные мной данные, это архиважно. Они на третьем этаже, — не моргнув глазом, соврала я. И медленно пошла к лестнице через гостиную. Он последовал за мной, бесшумно ступая по ковру.
— Сколько вампиров в доме? — спросил он шепотом, воровато озираясь на лестнице. Глаза бегали от одного дверного проема к другому.
— Трое, — вновь соврала я. — Вам не обязательно идти со мной, ждите здесь.
— Вы видели металлический контейнер примерно такого размера? — он показал очертания предмета, и я сделала вид, что недоуменно хмурюсь. Ведь он же должен был меня спасать, по его словам.
— Да, он в кабинете мейстера. Я покажу, где это.
Мы беззвучно ступали по ковру. Я впереди, и он позади с дулом, смотрящим мне в спину где-то между лопаток.
Третий этаж. Первая дверь справа кабинет, что, если контейнер действительно там, мне нельзя его туда вести. А куда? Вторая дверь слева — спальня Олава, но если его там нет, или он беспробудно спит…
Я промедлила всего секунду, но этого хватило, чтобы мой конвоир потерял доверие:
— Говори, где кабинет, сука, или я пущу тебе пулю прямо здесь, посреди коридора.
Я развернулась к нему, положив руку на первую же ручку двери слева и медленно открыла ее:
— Что в этом контейнере? — спросила я шепотом. Миллион мыслей пронеслись за мгновение в голове, сминая друг друга как вырвавшееся на свободу подсознание. Он выстрелит, и я умру. Вот и смерть моя. На что я потратила двадцать лет. Надо было дать Олаву на чертовом складе и целовать этого красавчика Леонарда в засос… Если бы я знала, что жить мне осталось всего сутки, я бы умоляла меня обратить! Быть может, еще не поздно? Чья это комната? Как мне разбудить спящего вампира?
— Смерть для каждого кровососа.
Он поднял пистолет на уровень моего лица и уже поравнялся с дверью, когда я с силой укусила себя за заживающее запястье. Кровь выступила в разошедшихся краях кожи со следами четырех плоских резцов. Я не могла оторвать взгляда от гипнотизирующего дула, пока меня не смяло будто идущим поездом. Раздался выстрел. Низ моего живота скрутило словно выжали тряпку, но я уже смотрела на стрелявшего со стороны. Он промахнулся.
Рядом со мной стоял Леонард. Его обнаженный торс заслонил меня, а пуля пробила дверной косяк. Человек внезапно закряхтел и опустился на колено, его рука, державшая пистолет, была сломана, а из лучезапястного сустава торчала осколками с кровавыми жилами кость.