Консультант
Шрифт:
— Проклятье, — покачал головой мейстер. — Это прямое нарушение закона Гару. И мы не можем рассчитывать на помощь Владыки Энгуса, если за этим стоит его брат.
— А Хареля, — продолжал Олав, — хотели взять живым. Он разрабатывает новое оружие.
— Вампиры могли бы использовать оружие, разработанное людьми, против своих? — догадалась я.
— Не сомневаюсь в этом. Мы постоянно используем людей против других вампиров, — подтвердил мейстер. — Глядя на некоторых ваших политиков, могу сказать, что и они ловко провернули появление вампиров в свою пользу. Но Игорь Харель теперь
— А зачем он вообще сюда ехал? Сидел бы тихо у себя и разрабатывал… — пробубнил Виктор, посасывая уголок пакета.
От этого вилка даже застыла в моей руке. И в голове сами собой соединились зловещие факты и безжалостная логика, заставляя забыть об ужине. Тарелка полетела в раковину.
— Я хочу осмотреть минивен! — Протараторила я, бросившись во двор.
— Что ты хочешь найти? У Хареля не было при себе вещей. — Крикнул Олав, следуя за мной. Остальные вышли следом. — Мы обыскали все сумки, включая твою.
— Мне очень обидно это слышать, — притворно надулась я в лицо Олаву, обходя вокруг машины. — И это после всего, что между нами было.
Олав виновато потупился, но я успела увидеть краешек улыбки в уголке его рта. Он ведь подумал о том, что было на складе, как и я?
Заглянув в салон, я и не надеялась что-то там найти. Тем более в сгущающейся темноте. Повернувшись к своим спутникам, вывалившим во двор, я соображала как объясниться:
— Зачем ученому из лаборатории, в разгар разработки оружия, отправляться в резервацию с мирной делегацией, да еще брать с собой охранника под видом офисного работника?
— Говори. — Нахмурился Кармайкл.
Я бросилась к садовому флигелю и вернулась с фонарем. В первую очередь я проверила капот. Ничего.
— Единственное оружие XXI века, которое не вызовет общественный резонанс и не сделает вас мучениками, а людей злодеями — это болезнь, Леонард. И для ее испытания нет места лучше, чем закрытая резервация с сотнями подопытных.
— Что мы ищем? — холодным тоном спросил мейстер.
— Я не знаю. Что угодно, что выглядит не заводской деталью. — Я осматривала кресло Хареля. Витя залез в машину и сорвал обивку с одного из кресел, Олав искал в кабине водителя.
— Харель знал, что вы будете обыскивать сумки, и не повез бы оружие открыто, — рассуждала я вслух, — единственное, что вы не стали досматривать, это автомобиль.
Вспоминая поездку, я теперь могла сказать с уверенностью, что водитель вел себя странно. Он потел, нервничал и превысил скорость. Он знал, что везет оружие для истребления вампиров и боялся возмездия. Где бы он спрятал его?
Я проверила колеса, а затем положила фонарь на траву под машину и легла на землю. Оттолкнувшись ногами и касаясь лицом колючей травы, с трудом залезла под минивен и — сюрприз-сюрприз! — обнаружила то, чего не должно было там быть.
— Дайте отвертку. Крестовую, если найдется. — К дну автомобиля на саморезы были криво прикручены широкие скобы, фиксировавшие металлический контейнер.
Вместо отвертки под машиной появился Витя. Он бесцеремонно прижался ко мне, будто случайно, а затем, проследив за моим взглядом, ловко потянул за скобы и
— Давайте его вскрывать. — Витя бросился к ящику с приборами, видимо, за ножом, но его остановил мейстер.
— Нет, стой. А если там газ или жидкость, то повредив упаковку, ты заразишь неизвестной болезнью всех, кто в этой комнате.
— Я могу открыть ее на улице или… вряд ли они создали болезнь, поражающую людей. — Я сама не узнала свой голос. И не была уверена, хватит ли у меня смелости сделать это…
Все возразили единогласно, и Кармайкл остановил спор:
— Я не думаю, что нам, вообще, стоит ее вскрывать. Мы проследим, чтобы эта информация попала в прессу. Но не в связи с делегацией. Передадим контейнер Энгусу. И он сделает официальное заявление и заставит закрыть лабораторию, а Хареля будут судить, возможно, даже в международном суде. Комитет должен преподнести это как победу, а не поражение.
— Это станет первым прецедентом, когда за преступления против вампиров обратились в суд по правам человека, — воодушевленно поддержала я. Но радость от возможного светлого будущего длилась недолго.
— Ты можешь быть уверен в том, что Энгус не воспользуется оружием, чтобы решить свои проблемы на других континентах? — Герман явно был осведомлен о политиках мира вампиров.
— Нет. Но если Энгус узнает об оружии, и о том, что оно было у нас, и мы его не передали своему Верховному Владыке — мы умрем и на этот раз окончательно. — Мейстер обреченно скрепил свои длинные пальцы в замок и, сжав до белых костяшек, стучал по подбородку.
— Что если передать его всем шести тимархам, — предположила я. — Они собираются вместе? Тогда, ни у кого не будет преимущества, и они будут вынуждены уничтожить оружие и технологию.
— Тимархи собираются вместе, только чтобы выбрать нового тимарха. — Уныло сказал Олав, его настроение портилось на глазах. — Если миссия делегации провалится, и Аргий обвинит в этом Энгуса, то займет его место, и твоя идея сработает. Но это кончится плохо для Кармайкла.
— Плевать на Кармайкла. — Воскликнул Кармайкл. — Мы не можем ждать, пока Харель выйдет из госпиталя и захочет вернуть эту штуку, или даже попробует протестировать другой образец на другой резервации. Могут погибнуть сотни. Мы должны сообщить Энгусу.
— Как вы… это делаете? Связываетесь со своим главным? — Я надеялась, что мои глупые детские вопросы еще никого не бесят.
— Звоним по телефону. Слышала о таком? — иронично проговорил Олав. Но увидев мой удивленный взгляд, пояснил. — Наш работает только ночью, это самый дешевый тариф у телефонной компании. Зачем он нам днем?! Мы не хотим переплачивать.
— Что ж. Видимо, это пока все. Звонить буду через час, у них еще не село. — Мейстер глянул на часы, и все торопливо начали вставать из-за стола. Я тоже поспешила подняться и тут же запнулась об ножку стула. Ох, уж эти чужие ботинки. Ноги и голова гудели как ужаленные пчелами. Увидев это, Олав подхватил меня под поясницу и ласково подтолкнул на выход.