Конструктор
Шрифт:
– Я вижу, чертежи пришли к достойному виду, но все равно хочу все еще раз перепроверить прежде, чем отдать на просчет сметчика. Если возникнут вопросы, я дам вам знать. А пока, можете быть свободны.
Лазарев медленно поднялся со стула и, пошатываясь, вышел в коридор. Там уже стояла Ксения и тоже со стаканом в руках.
– Ну, что? Живой? – подлетела к страдальцу подруга.
– Вроде да, – улыбнулся Слава и принял протянутый стакан.
Содержимым его оказалось вовсе не вода, и парень чуть не подавился. Ксения умудрилась шустро увести друга в комнату для приема пищи, пока тот не
– Чего так долго? Вы почти час болтали, – пытала Ксения, усаживая Славу за стол.
– Как час?
– А вот так. Пытал он тебя там, что ли?
– У меня случился приступ панической атаки, – сообщил Слава и уронил голову на руки. – А Авдеев меня успокаивал.
– Печально, – уселась подруга напротив и тоже умостила голову на столе. – Но зато видишь, какой у нас директор хороший, понимающий.
– Да уж. Позорище. Иногда я думаю, как меня умудрились таким воспитать? Или вообще, зачем я появился на свет?
– Не говори глупостей. Тебе просто не хватает чего-то в жизни. Любви и ласки, например. Или наоборот крепкой руки.
Слава фыркнул, но спорить не стал. Главное, теперь его оставят в покое, возможно, даже больше не придется отбиваться от Спицыной.
Глава 2
Большой торгово-развлекательный комплекс, построенный относительно недавно в северной части города, соответствовал всем современным требованиям качества и удобства. Попасть на многоуровневую парковку было достаточно просто, на выходах из неё располагались лифты, а сам по себе центр не напоминал бесконечный лабиринт.
При желании, здесь можно было и жить, потому что гостиница прилагалась. Первый этаж заняла продуктовая и хозяйственная часть, три этажа следом – отданы под одежду, обувь и ювелирные украшения, остальные четыре вмещали в себя всевозможные развлекательные площадки. Среди них были: каток, бассейн, кинотеатр, два ночных клуба, пивной бар, два ресторана, боулинг и детский парк развлечений.
Больше всего Дима не любил именно последний и всегда старался быстрее преодолеть широченную площадку с различными автоматами, чтобы попасть на фудкорт. Дело было не в большом количестве детей вокруг, а в звуках автоматов и аттракционов. Он с трудом себе представлял, как здесь вообще можно работать?! К концу дня у несчастных сотрудников голова, должно быть, раскалывалась на части.
Каких-то особенных планов на проведение выходных у Димы не было. С тех пор, как он уехал из Питера, планов он не строил вообще. Жизнь его была заполнена изучением нового для себя дела – руководством целой группы инженеров разных отраслей. Пришлось углубляться в детали чертежей, чего он не делал с окончания университета. Помощник был с опытом – главный инженер Коваленко, но Дима хотел знать все сам. Времени на отдых он старался себе не оставлять, чтобы посторонние мысли не селились в голове.
Однако в последнее время только Лазарев их наводнял. Дима внушал себе, что это естественная реакция организма на длительный целибат, который он намеренно себе устроил. Свое одинокое положение он воспринимал, как свободу, и снова разбираться в другом человеке, окунаться в него с головой, то есть, начинать
Вспомнилась характеристика Веры: боится собственной тени, неудачник, ботаник. И мозг тут же выдал картинку обнаженного Славы Лазарева, на коленях у рабочего стола директора, готового выполнить любое извращенное пожелание хозяина. Идеальный вариант для саба. Просто идеальный. Если бы не одно увесистое «но» – затравленный взгляд. У парня явные проблемы с самооценкой и гигантский комплекс неполноценности. Такой не будет ценить, уважать и любить, скорее, бояться и ненавидеть.
Дима не понял, как оказался рядом с ограждением треклятого паровозика, он смотрел только на парня в сером расстегнутом пуховике. Взгляд Славы был прикован к детям на аттракционе. Он внимательно следил за происходящим, улыбался, махал рукой дочери и не замечал ничего вокруг. Пока Дмитрий не решил обнаружить свое присутствие:
– Здравствуйте, Слава, – поздоровался он, стараясь перекричать шум.
Парень подпрыгнул от неожиданности и с ужасом уставился на стоящего рядом. Расправленные плечи тут же ссутулились, по телу прошла заметная дрожь, лицо побледнело, улыбка пропала.
– Здравствуйте, – умудрился произнести Слава, чуть слышно в окружавшем шуме.
– Я прошу прощения, если напугал вас, просто проходил мимо – улыбнулся Дмитрий. – Которая ваша? – кивнул он на детей.
– С хвостом, в комбинезоне, – настороженно ответил парень.
– Вы надолго здесь? Может, выпьем кофе? – кивнул на столики рядом с детской площадкой Авдеев.
Слава сглотнул набежавшую слюну. Присутствие директора рядом мешало мыслить связно. Он бы с удовольствием отказался от кофе, который уже сам собирался пить, но не находил повода. Дочери явно было не до отца: она нашла новых друзей и бегала от автомата к автомату.
С тех пор, как отстроили этот центр, они часто приходили сюда из-за большого комплекса развлекательных услуг за приемлемые деньги. У Маришки был еще целый час в запасе, потому сказать Авдееву, что они через пять минут уходят было рискованно. По спине привычной струйкой тек пот, а перед глазами плясали мошки, но Слава мужественно кивнул и потопал вслед за широкой спиной директора в черном пальто.
– Вы пока займите столик, а я возьму кофе, – говорил Авдеев. – Вам какой?
– Мокачино. Сладкий, – отозвался Слава, опускаясь на стул.
Глава 2,1
Происходящее напоминало какой-то странный сон. Лазарев неловко примостился на край стула с металлической спинкой за ближайшим к игровой площадке столиком. Дмитрий прошелся к стойке кофе, в очередной раз мысленно задаваясь тем же вопросом: «зачем ему все это? Шел бы себе обедать на верхний этаж и не беспокоил парня. А тот уже снова побелел с перепугу». Взяв два бумажных стаканчика кофе с не слишком ароматным запахом, Авдеев вернулся к «страдальцу» и уселся слева от него, дабы не загораживать обзор на площадку. Слава не спешил брать принесенный стаканчик, настороженно поглядывая на своего директора.