Конец света
Шрифт:
И от стихов моих не ставших,
Тем, чем и сам я стать на смог...
Костя замолчал, а потом тихо спросил Сергея:
– Твои стихи?
– Да.
– А дальше?
Он не надеялся, что Сергей будет читать дальше, но тот продолжил:
Я задыхаюсь от цветов,
Мной не подаренных любимой,
От суеты недель недлинных,
Меня сковавших без оков.
Я задыхаюсь. Не проснуться
От мрака душной долгой ночи.
А сердце глупое всё хочет,
От счастья жизни задохнуться...
Сергей
– Зря ты не печатаешься, - сказал Костя.
– Я печатаюсь.
– Я имею в виду не твои дурацкие статейки, а стихи. Мне нравится.
– А мне - нет!
– заявил Сергей.
– Ты ни хрена в этом не понимаешь!
– возразил Костя.
– - Чего?!
– удивился Сергей.
– В своих стихах?!
– Ну да!
– Костя уже чувствовал себя слегка пьяным.
– Как и я ни хрена не понимаю в том, что пишу! Но другие читают и им нравится! Вот сейчас, мой новый роман, он мне не нравится совершенно! Абсолютно! Но вполне возможно, что он тоже понравится читателям!
– Ну ты сравнил!
– возразил Сергей.
– Кстати, а почему тебе не нравится твой же собственный роман?!
– Я... Я его боюсь!
– рассмеялся Костя. Но смех его получился деланным и Сергей это сразу же заметил.
– То есть?!
Костя немного помолчал. Он не знал, стоит ли говорить Сергею о своих подозрениях. Наверное, можно сказать. Серёга не трепло.
– Понимаешь, как-то странно всё выходит. У меня такое ощущение, что всё, о чём пишу, сбывается на самом деле.
– Где-то я уже об этом читал, - заметил Сергей.
– Я тоже, - подтвердил Костя.
– И даже не один раз. Сюжет не нов. Но тут дело обстоит немного иначе. Словно я сам - герой этой книги. И я не всегда уверен, что пишу её именно я. Возможно, что кто-то другой, - Костя понимал, что начинает нести полную чушь.
– Короче говоря, чем дальше, тем больше я уверен в том, что не имею никакого отношения к этой рукописи, как писатель. Когда я её перечитываю, то замечаю фразы, которые я бы построил иначе. Или вообще никогда в жизни бы не написал! Такое ощущение, что читаешь ЧУЖУЮ рукопись.
– А кто же её тогда пишет?
– удивился Сергей.
– Мой главный герой, - тихо ответил Костя.
– Он что... Писатель?!
– догадался Сергей.
– Да. Пишет книгу о конце света.
– Ни фига себе!
– Сергей покрутил головой.
– А ты не боишься запутаться?
– А я уже, по-моему, запутался!
– признался Костя.
– Тем более, что у него - у этого моего главного героя - появился новый персонаж. И он тоже писатель!
– С ума сойти!
– сказал Сергей.
– Я тоже так думаю, - кивнул Костя.
– Да... Интересна мысль... Написать про писателя, который пишет про писателя... Как там у Кэрролла? "Пусть тебе приснится сон про то, что тебе снится, как ты спишь, и видишь, как во сне тебе снится,
Косте показалось, что он где-то уже это недавно читал. И не в "Алисе", нет. Потому что перед этой цитатой шла именно фраза о писателях. Он помотал головой и подумал, что надо бы перевести разговор в другое русло. А то опять начинает мерещиться всякая чушь. Тем более, что выпивки много и сидеть им ещё, по-видимому, довольно долго...
К моменту отправления домой Костя пребывал уже, как он сам говорил, в состоянии полнейшей невесомости. Сергей ему в этом плане не уступал. Костя понял это потому, что Сергей вдруг засобирался домой, хотя они и так уже сидели у него дома. Кое-как убедив Сергея в том, что он не прав, Костя выбрался на улицу и пошёл к себе. На дорогу, на которую у него обычно уходило минут сорок, он потратил два с половиной часа, потому что вначале, зачем-то, оказался в парке. К тому же дорога вела себя очень непорядочно всё время сворачивала не туда.
С превеликими трудностями добравшись до своей двери, Костя немного поспорил с замком, одержал в этом споре победу и ввалился в прихожую. Тани дома не было и Костя этому очень обрадовался. Он принял самое мудрое решение на сегодняшний день - решил лечь спать, пока она не вернулась.
Проходя мимо своего стола, Костя заметил сложенный наподобие палатки листок бумаги, расположившийся на его зачехлённой пишущей машинке. Недоумённо хмуря брови, Костя некоторое время разбирался, где у этого листка верх, а где низ, а потом, наконец-то, прочёл написанное. Прочитав же, Костя с ужасом ощутил, как начинает трезветь. И ещё ему показалось, что пол закачался у него под ногами.
На листке бумаги аккуратным Таниным почерком было написано:
"Я ушла к Мэри. Буду поздно".
– 7
..."Я ушла к Мэри. Буду поздно".
Джон спокойно скомкал листок бумаги и отправил его в мусорную корзину. Самое подходящее место для подобных сообщений, подумал он и включил компьютер. Сегодня ему предстоял тяжёлый день. А всё по вине этого его нового персонажа.
Писатель! Какой же он, к чёрту, писатель?! Шляется по девкам, пьёт, болтает без толку, раздаёт интервью... А когда же он пишет-то?! И вообще, надо его немного обуздать. Ни к чему ему встречаться с этой вульгарной особой - его черноволосой подружкой. Что ему, жены мало?! Тем более, что жена у этого парня - просто чудо! Джону бы такую, вместо его Дины...
Так, одним выкидоном у этого парня уже меньше, довольно подумал Джон, внося изменения в компьютерный текст, и сохраняя его. Теперь идём дальше!.. Что-то там всё время мелькает эта рыженькая девушка? Клеит он её, что ли?! Нечего! Тоже мне - писатель! Я же говорю - самый настоящий бабник! Нет, с этой рыженькой тоже надо действовать решительнее! Хотя, погоди!.. Она же погибла... Или нет?.. Чёрт возьми! Это же совсем другая погибла! В гостинице! Её застрелил... застрелила... или, всё-таки, застрелил?..