Конец сумерек

Олтион Джерри

– У вас есть какие-то предположения, где мы? –спросил он.

Кирк поднял голову, взглянув на беспощадное солнце. – Ну, – медленно проговорил он, – судя по тому, что солнце у нас прямо над головой, очевидно, мы находимся на горячем полюсе.

– Горячий полюс! –по спине пробежал холодок. Описание была достаточно ярким. – Вы имеете в виду точку, обращенную прямо к Солнцу?

Единственная дверь неожиданно открылась, внутрь шагнула женщина, направив местный "дисраптор" прямо в грудь Кирку.

– Вы совершенно правы, –сказала она. – Снаружи температура достаточно высока, чтобы расплавить

свинец, так что не советую вам предпринимать героические попытки к бегству. Впрочем, если вы решитесь, мы можем только поспособствовать.

– Кто вы? –потребовал ответа Кирк, одновременно решая, сможет ли он прыгнуть на нее прежде, чем она выстрелит. Не хотелось это признавать, но наверное нет. Может, у него и получится вырубить ее, но позади, в глубине коридора, стояли еще четверо, вооруженные и не спускающие с них глаз.

Тем не менее, она отступила назад, оставляя между ними приоткрытую дверь.

– Вы мои гости на ближайшие четыре дня. Можете звать меня Марибет.

– Вы понимаете, что, силой удерживая офицера Звездного Флота, вы совершаете военные действия против Федерации?

Марибет рассмеялась. – Федерация никогда не объявит войну такой захолустной планете, как эта. У вас есть клингоны, ромуланцы, и еще бог знает кто – вот с ними и воюйте.

– Но "Энтерпрайз" уже здесь, –сказал Кирк. – Когда они поймут, что вы удерживаете их капитана, они разорвут эту планету на части, чтобы найти нас.

Она покачала головой. – Подходящее выражение, капитан, но у меня для вас плохие новости. К несчастью, "Энтерпрайз" столкнулся с десятком фотонных торпед, и его больше нет с нами.

Кирк почувствовал себя так, словно пропустил удар под дых.

– "Энтерпрайз"…уничтожен?

– Да. Мы сожалеем. Мы хотели только заставить их поднять щиты, чтобы они не могли транспортировать вас на борт, но, очевидно, торпед оказалось слишком много. Корабль взорвался, прежде чем его достигла даже половина торпед.

– Вы лжете, –холодно сказал Кирк. Она должна была лгать. "Энтерпрайз" не мог быть уничтожен, не фотонными торпедами какой-то отсталой планеты. Не в отсутствии капитана на борту. Капитаны погибают вместе со своими кораблями.

Она пожала плечами. – Наши сенсоры его не засекают, а на месте, куда ударили торпеды, большое плазменное облако. Но это неважно, капитан. На кону – выживание целой расы, и мы продержим вас здесь, пока не закроется ваше окно активации.

– Вы обрекаете себя на медленное удушье, –вмешался в разговор Костас. – Вы предпочитаете это?

– Мы предпочитаем неопределенную жизнь определенной смерти, –ответила она. – Я не собираюсь с вами спорить. Вы будете находиться здесь в течение четырех дней.

– Я хочу поговорить с Хэйдар, –сказал Кирк.

– Хэйдар здесь ни при чем, –быстро ответила Марибет.

– Да ну? Я прямо вижу, как она дергает вас за ниточки, оставаясь на другой стороне планеты.

Она одарила его сердитым взглядом.

– На вашем месте, я бы не была в этом так уверена, –она закрыла дверь.

– Ну, по крайней мере, в этом уверен я, –пробормотал Кирк. В защитном костюме становилось жарко. Он снял его и бросил в угол.

Тернер сделал то же самое; затем начал обходить комнату, ища слабые места. Кирк

тоже огляделся. Три стены, почти закрытые ящиками, были сделаны из чего-то, напоминающего вспененный металл – очевидно, для защиты от безжалостных солнечных лучей. Четвертая стена, с дверью, выглядела более легкой – что-то вроде пластика. Она задрожала, когда Тернер попробовал подергать за ручку.

– В принципе, мы можем легко ее взломать, –сказал он.

Первым импульсом Кирка было так и поступить; однако он знал, что в соседней комнате их ожидают. И их тюремщики, несомненно, знали о ненадежности двери – значит, были готовы к попытке побега. Кроме того, Кирк не мог рассчитывать на "Энтерпрайз", даже если они смогут освободиться. Независимо от того, что именно значила эта фраза, ясно было одно: нужно ждать. – Не сейчас, – сказал он. – Пока мы не сможем придумать способ вывести из строя по меньшей мере пятерых вооруженных людей, эта дверь для нас бесполезна. У нас есть только один шанс, и давайте прибережем его на потом.

Тернер кивнул и продолжил осматривать комнату.

– Что ж, по крайней мере, с голоду мы не умрем, –сказал Кирк, сняв с полки один из ящиков и рассматривая его содержимое. В нем находились прозрачные упаковки чего-то, весьма напоминающее песочное печенье. Он протянул одну упаковку Костасу.

– Что это?

– Бит-крекер, –ответил профессор. – Очень дорогое печенье. – Он опустился в единственное кресло и вздохнул. – Должен признать, что у наших тюремщиков отличный вкус.

Тернер наклонил одну из металлических канистр, раздался плеск. Интересно…Он наклонил ее в другую сторону, слегка отворачивая затычку, позволяя нескольких каплям содержимого упасть себе на ладонь. – Похоже, это сок, – сказал он, осторожно попробовав. – Сладкий.

– Точно не берггреновая ягода, –усмехнулся Кирк. – Она довольна едкая.

Костас рассмеялся. – Ха! Даже Хэйдар не оставила бы целый склад берггренового сока заложникам. Скорее, это экстракт корня кэнон. Самый распространенный напиток на планете.

– Просто сок? –спросил Кирк. – Вы что, вообще не пьете алкоголь?

– Что такое алкоголь? –переспросил Костас.

Тернер изумленно посмотрел на него. – У вас здесь нет пива?

Прежде чем Костас смог ответить, он понял сам. – Конечно, нет. Но представьте, что вы храните бочонок засахаренной жидкости при комнатной температуре. Одна клетка дрожжей – и вы получите бочонок пива во мгновение ока. Значит, у вас нет дрожжей, да?

Костас пожал плечами. – Я не понимаю.

Тернер снова попробовал экстракт. – Может, я смогу вам показать, – сказал он. – Хотя, конечно, это не будет очень уж хорошим вариантом. Здесь ужасные условия для брожения. Слишком жарко, к примеру.

Кирк присел на один из ящиков с крекерами. – Вы хотите сказать, что можете получить пиво из этого…экстракта…без всякого оборудования? – спросил он.

Тернер кивнул. – Ну, это будет не совсем пиво, оно ведь состоит в основном из ячменя, солода и хмеля, но дрожжи у меня действительно есть, – он подвернул рубашку и указал на пятно на левом боку. – Вчера я как раз экспериментировал с ромуланским элем и нечаянно пролил немного на рубашку. А потом вы сразу вызвали меня на дежурство, и я не успел переодеться. Так что…