Конец романа
Шрифт:
Лицо Кайлоса словно застыло. Он выглядел потрясенным, даже отшатнулся от Дженис.
— Что?! О чем ты говоришь?
— Я видела свидетельства о смерти. — Она указала в сторону ящика. — Майкл несколько минут назад сказал мне, что хочет написать им письмо. Выходит, он ничего не знает. Почему ты не сказал ему правду?
Кайлос начал пятиться назад.
— Ты знаешь почему. Он не выдержит удара. Это может убить его.
— Так, значит, вот как, да? — Дженис с яростью посмотрела на него. — Эта отговорка так похожа на мою, не находишь?
Кайлос с явной неохотой кивнул:
— Ладно. Посмотрим… — Потом его глаза сузились, к нему вернулась уверенность в себе. — А пока что я покопаюсь в твоем прошлом, Дженис Дэйвос. Что-то подсказывает мне: тебе есть что скрывать. — Его глаза злобно горели. — С кем мне пообщаться насчет тебя? С кем-нибудь из дворца?
Дженис ответила с сарказмом:
— Почему бы тебе не обратиться к королеве Пеллее? Она, судя по всему, моя самая лучшая подруга.
Придвинувшись к ней, он больно схватил ее за руку.
— Слушай меня, тварь!.. — начал было Кайлос, но тут кто-то закашлялся у двери.
Повернувшись, они увидели Гризвольда, из-за всех сил пытающегося выглядеть так, будто ничего не заметил.
— К вам посетители, мистер Мартин, — официально сказал он. — Возможно, вам стоит встретить их?
— Черт побери! — выругался Кайлос и направился к двери.
Дженис с облегчением вздохнула, потирая руку.
Кайлос становился проблемой. Ей не стоит провоцировать его. Но он был настолько омерзительным, что она ничего не могла с собой поделать.
Резко развернувшись, она поспешила обратно в комнату к Майклу.
Дженис совсем забыла о кувшине с водой и завтраке для Майкла. К счастью, Гризвольд уже принес ему тарелку с яичницей и жареной картошкой, которые теперь Майкл с аппетитом уплетал.
Эта картина моментально улучшила Дженис настроение. Она устроилась на диване, наблюдая за ним и ведя незатейливые разговоры. Майкл, похоже, уже забыл про письмо своим приемным родителям, а она не хотела напоминать ему. Он вел себя так раскованно и легко, что у Дженис даже создалось впечатление, будто вернулись старые добрые времена. Она смеялась над его глупыми шутками, а потом вспомнила о своем разбитом сердце…
Когда Дженис несла грязные тарелки на кухню, она увидела Кайлоса, сопровождавшего приятную пожилую пару. В присутствии этих людей он повел себя с Дженис как с прислугой, и это нисколько не удивило ее.
Позвонили из дворца — машина скорой помощи была уже в пути. Придворный врач посоветовал Майклу перед поездкой обязательно принять обезболивающее, чтобы предотвратить осложнения. Майкл поначалу состроил гримасу, но Дженис настояла, и он согласился.
— Хорошо, — кивнул Майкл. — Но в последний раз! После этого я не приму лекарства даже под страшными пытками. — Он запил таблетки водой и посмотрел на нее грустным взглядом. — Я
Это обеспокоило Дженис.
— Нет, — с тревогой в голосе сказала она. — Сначала надо получить полное и четкое заключение. Не делай поспешных решений.
— А почему нет? — цинично спросил он. — Что мне терять?
— Все!
Он взял ее за руку и притянул к себе:
— Ладно, моя прекрасная телохранительница. Я послушаюсь твоего совета. — Он изысканно поцеловал ее руку и одарил Дженис ласковым взглядом. — Тем более ты будешь рядом и поможешь мне сделать правильный выбор.
Она медленно покачала головой:
— Мне не стоит ехать с тобой во дворец.
— Но… я думал, тебя направили из дворца?..
— Не совсем так. Я… — Внезапно ей захотелось рассказать ему правду.
— Эй, а как тебе это? — Майкл прислонил ее ладонь к своей груди. Его глаза блестели почти так же, как раньше. — Я приказываю тебе поехать со мной во дворец.
Она заглянула в эти глаза и засмеялась:
— О боже…
— Ты не можешь не повиноваться мне.
— Да? Заставь меня.
Он притворно нахмурился:
— Для таких, как ты, у нас есть темницы.
— Только во дворце, куда я не еду.
— Конечно едешь! — Майкл окинул ее недовольным взглядом. — Какой смысл быть принцем, если нельзя пользоваться своими полномочиями?
Дженис улыбнулась. Как же она любила его!
— Может быть, в наше время быть принцем — это нечто другое? Может, тебе придется свыкнуться с некоторыми ограничениями?
И, убрав свою руку, Дженис отошла от кровати.
Скоро должна подъехать машина скорой помощи, и ей придется сдержать свое обещание не ехать во дворец. Это правильный выход из ситуации. Она не могла больше жить с накопившейся ложью. Оставалось лишь надеяться, что она останется тверда в своем решении.
Вскоре Дженис удостоверилась — обезболивающее начало действовать.
— Ты как себя чувствуешь?
— Окоченевшим. У меня болит спина, но не так сильно, как раньше.
— Тебя клонит ко сну?
— Немного… Лекарство начинает действовать, не волнуйся.
— Я хочу, чтобы ты комфортно чувствовал себя во время переезда.
Он кивнул, но было видно — он думает о чем-то другом.
— И как же ты, Дженис, стала телохранителем?
Она помедлила, а потом твердо произнесла:
— Я не телохранитель. Это задание как-то само на меня свалилось…
Он кивнул.
— У меня такое чувство, будто ты состояла на службе во время войны. Я прав?
У нее перехватило дыхание. Он вспоминает что-то?
— Да.
— Войска особого назначения? Или разведка?
Она рассмеялась, качая головой:
— Почему ты так решил?
— Инстинктивно. То, что ты говоришь… Как ты ловко расправилась с Кайлосом… У тебя такой взгляд, будто ты знаешь, о чем я думаю.
Она улыбнулась: