Концепт
Шрифт:
— Позволь мне объяснить! — быстро добавил Тим.
Лицо Идена снова стало невозмутимым.
— Если ты «наймешь» меня, — продолжил Тим, — и будешь платить мне только для того, чтобы я больше не волновался о деньгах, это не поможет. Не имеет значения, что ты считаешь меня талантливым писателем — или даже просто писателем, — пока я сам в этом не уверен. Я не смогу им быть.
Иден молчал какое-то время. Потом криво усмехнулся и поднялся на ноги плавным, быстрым движением.
— Надеюсь, ты поймешь это как можно скорее, — бросил он сухо. И, прежде
Тим посмотрел в окно. Было темно, но он увидел, как что-то серебристое выпрыгнуло из лужи, извиваясь в размытом свете фар.
В дверь позвонили ровно в тот момент, когда многоножка с грохотом врезалась в кухонный остров. Челюсти нетерпеливо защелкали у крошечной красной точки — но та исчезла. Тим убрал лазерную указку и поднялся, чтобы открыть дверь.
Это был Стив, его бывший сосед, который иногда захаживал, чтобы забрать какие-то вещи, оставленные в квартире, — и заодно в очередной раз попытаться вывести Тима из себя. Стив был его полной противоположностью — шумный, веселый, харизматичный, и единственная причина, по которой они могли ужиться в одной квартире, заключалась в неспособности Тима враждовать с любым, кто жил с ним под одной крышей. Даже если этот кто-то был Стив. Или многоножка.
— Привет, чувак! — бухнул Стив, без приглашения протопав мимо Тима в квартиру. Он всегда вел себя так, будто он все еще тут живет, хотя за аренду Тим платил в одиночку с тех самых пор, как Стив съехал к своей девушке.
— Как жизнь? — спросил Стив, направляясь на кухню и заглядывая в холодильник. — У тебя нет пива?
— Нет, — сухо ответил Тим. Его взгляд был устремлен на многоножку, которая заглядывала на кухню, с любопытством обвивая своим длинным телом кухонный остров.
— Жаль, — прокомментировал Стив, захлопывая дверь холодильника и оборачиваясь к Тиму. Гигантская безглазая голова многоножки оказалась прямо перед ним, но он прошел мимо, даже не взглянув на нее.
— Я за вещами родителей пришел. Деда, точнее. Кажется, я где-то здесь оставил одну коробку, а мать уже сто лет меня про нее спрашивает.
— Проверь в шкафу, на верхней полке.
Стив кивнул и направился в спальню. Многоножка опустила голову и отползла к дивану, явно разочарованная.
— Прости, — шепнул Тим. — Но он тебя просто не видит.
— С кем ты там разговариваешь? — крикнул Стив из спальни.
— Ни с кем.
Многоножка возмущенно щелкнула.
— Вот черт! — крикнул Стив. — Это еще что у тебя тут?
Тим поспешил в спальню.
Верхняя полка шкафа была густо покрыта радужной паутиной — но Стив смотрел не туда. Он держал в руках пластиковый пакет, полный книг.
— Это мое, — сказал ему Тим.
— А зачем ты книги туда убрал?
— Потому что мне их больше некуда положить.
Стив огляделся. Книги были на всех поверхностях комнаты, а некоторые даже лежали на полу.
— Чувак, ты что, никогда не слышал про электронные книги? — пробормотал
— А, вот она! — выдохнул Стив, снимая большую коробку с полки. — Черт, тяжелая.
Он осторожно спустился с табуретки и донес коробку до входной двери.
— Я в туалет зайду?
— Да, конечно.
Тим вернулся в гостиную и сел на табурет рядом с островом. Многоножка подняла голову и вопросительно щелкнула.
— Он скоро уйдет, — тихо сказал ей Тим. Из ванной слышались громкие звуки плещущейся воды.
— Ладно, чувак, я пошел! — крикнул Стив из холла. Тим пошел его проводить.
— Кстати, — продолжил Стив, — у тебя там слив засорился. Я немного поковырялся с вантузом, так что, думаю, вода уйдет потихоньку. Но тебе лучше проверить потом.
— Хорошо, — кивнул Тим.
Стив подхватил свою коробку.
— Забыл спросить — как твое писательство? Книга скоро выйдет? — Он рассмеялся и ушел, не дождавшись ответа.
Тим закрыл за ним входную дверь, пошел в ванную и включил воду. Многоножка заглянула в приоткрытую дверь и тихонько щелкнула.
— Я знаю, — вздохнул Тим, садясь на край ванны. — Очень неприятно, когда тебя так игнорируют. Но как мне сделать так, чтобы вас увидели?
Из ванны выпрыгнула рыба, окатив его спину холодными брызгами.
И Тим внезапно осознал правильный ответ.
С раннего утра на город опустился туман, и холодный смог душил улицы плотной тишиной.
Идти в кофейню было совершенно необязательно, но Тим чувствовал, что должен сделать это именно здесь, где все началось. Это было композиционно верно. Он остановился под деревом в сквере и посмотрел наверх.
— Значит, тебя все-таки не смыло? — спросил он попугая. Тот глянул на него одним глазом и издал соловьиную трель.
— Ты изумителен, — пробормотал Тим, разглядывая ярко-зеленые перья. Даже в тумане они сверкали, словно покрытые блестками. Попугай снова пропел и перелетел на более высокую ветку.
Тим неторопливо пересек улицу и зашел в кофейню. Она была почти пустой: слишком поздно для завтрака, слишком рано для обеда. Бариста стояла, лениво облокотившись на стойку.
— С кем ты там разговаривал? — спросила она, но в ее голосе было больше любопытства, чем недоумения.
— С попугаем. Но ты его не увидишь, — ответил Тим с легкой улыбкой.
К его величайшему удивлению, девушка тоже улыбнулась.
— Ты фрик, да? — сказала она вполне дружелюбно.
— Похоже на то, — усмехнулся он. И в тот момент, как Тим это произнес, он почувствовал вновь, как и во время поцелуя Мьюз, абсолютную свободу.
— Тебе сегодня как обычно? Ничего неожиданного? — поддразнила его бариста.
Тим задумался на секунду.
— Ты же не сможешь сделать что-то неожиданное по цене обычного кофе, правда? — спросил он с сомнением.
— Могу попробовать, — ухмыльнулась девушка, пробивая заказ.