Компьютерный вальс
Шрифт:
Место нашей последней встречи перед ее больницей, как всегда назначила Валентина. У нее дома мы больше никогда не разговаривали о нашем общем деле. Только обычная болтовня двух партнеров по сексу. Для деловых разговоров она всегда выбирала разные места, но все достаточно людные с одной стороны, и гарантированные от подсушивания с другой. На сей раз, она назначила встречу опять на набережной, напротив большой промзоны.
Я прибыл вовремя, но Валька еще не появилась.
Мимо меня пару раз прошла какая-то очкастая блондинка, на закрытый ларек с противоположной стороны проезжей части, никого
— Давно стоишь? — вывел меня из задумчивости знакомый голос. Я повернулся и обалдел. Валентина! Та самая очкастая блондинка!
— Ты чего? — только и смог сказать я.
— Видел бы ты сейчас свою рожу! Ой, не могу!
— Хватит ржать, что случилось? Ты что, хочешь свалить за кордон?
— Мне надо временно изменить внешность.
— Зачем? — не понял я.
— Пусть в больнице меня запомнят именно такой.
— А потом? Что скажут твои коллеги? Знакомые? Как ты оправдаешься? Вдруг это вызовет подозрение?
— Подумаешь! Ну, перекрасилась баба, и что? Могу и обратно покраситься. А очки мне и так можно носить. У меня — минус один, оба глаза. Мне предстоит там пробыть неделю, я захвачу выходные, и спокойно, без помех, покопаюсь в кабинете у врача. Ты достал?
— Больше трех дней тебя там не продержат. И то — вряд ли.
— Продержат. После аборта, я скажу — что у меня боли какие-то, что мне плохо чего-то, и начнут обследование. Обычно бабы не любят долго лежать в этом отделении, особенно после такого дела, поэтому никто ничего не подумает.
— А разве обследование не проводят перед этим?
— Проводят, и что? — холодно спросила она.
— Это тебе не помешает?
— Что — «это»?
— После аборта ты будешь не в лучшей форме.
— Я же не сразу полезу. У меня еще дня два-три будет в запасе. Я в среду лягу…
— Я тебя провожу.
— Это — как хочешь, для дела вреда не будет. А, вообще — проводи. Тебя, может, запомнят там, и когда ты придешь за моей добычей, никто ничего не заподозрит. Я хочу, чтобы к приезду милиции, все материалы оказались уже далеко. Так ты достал?
— Да. Вот возьми, — сказал я, незаметно передавая коробочку с маленьким си-ди диском. — Здесь тот самый пароль доступа.
25
Прошла еще одна неделя, и вот я снова входил в ту самую больницу. Я пришел немного рано, но это обстоятельство не особенно меня беспокоило. В вестибюле больницы было светло, тепло и пахло дезинфекцией. Торгующая газетами бабуля продала двум, лукаво улыбающимся подросткам пару газет: одну с кроссвордами, другую «интересную» газету, в которой всю первую страницу занимала цветная фотография абсолютно голой девицы. Немного поодаль сидели какие-то люди. Одни вяло переговаривались между собой, другие молчали. Кто-то кого-то ждал, кто-то говорил по сотовому телефону. Никто не интересовался происходящим. Все были заняты только собой или своими собеседниками.
Мне вспомнились времена советской власти. Те, кому в ту пору довелось лежать в стационаре, наверняка
Очень скоро появилась Валентина. Она была в халате и пляжных тапочках, чем мало отличалась от других больных. Была она бледная и осунувшаяся. В руках у нее был желтый пакет с надписью «SELFSTYLE<D». У меня был точно такой же — там лежала смена белья, газета и пара журналов.
Я чмокнул ее в щеку.
— Вот, возьми, все это я нашла в столе и сейфе у завотделением. У этого Михеева. Прошептала она мне на ухо. На зеленых дисках — информация с его компьютера. Еще несколько дисков я сперла у него из сейфа. Там тоже очень любопытные данные.
— Как все прошло? — прошептал я ей на ухо. Со стороны могло показаться, что мы просто любезничаем. Мы поменялись пакетами.
— Что именно?
— Все. И то, и это.
— Это — неприятно. Мне действительно было плоховато после наркоза. Больно. Кровь течет. Но, в общем, терпимо. Потом на обходе я сказала, что плохо себя чувствую, боли какие-то, в общем, меня оставили на обследование, как я и планировала. Но мне назначили какое-то особое исследование… Я забыла как оно называется. Мне это чего-то не нравится. Саш, я боюсь!
— Ты? Чего ты боишься? Ведь ты сама этого хотела?
— А теперь боюсь. В этом халате, в тапочках… Тут чувствуешь себя совершенно беззащитной…
— А второе?
— Без проблем. Когда все уснули, медсестра ушла трахаться к дежурному врачу. Я скатала второе одеяло валиком и сверху накрыла своим, как будто я укрыта с головой. Потом отключила сигнализацию, легко открыла дверь кабинета и без помех сделала всю работу.
Минутная слабость прошла, и Валентина снова приобрела обычную уверенность.
— Ты там не наследила?
— Обижаешь! Упакуешь все эти документы в пакет и отнесешь в камеру хранения.
— В какую?
— Абсолютно не важно. В любую, какая тебе удобнее. Положи пакет в свободную ячейку и все. После этого по емеле отправишь координаты ячейки и шифр. Вот адрес. Опиши подробно, чтобы получатель не напутал там чего. Текст потом зашифруешь в картинку своей любимой программой, и отправишь ее как вложение к письму. Так, для порядка. Будет лучше, если ты все это оформишь как поздравление.