Компьютерный вальс
Шрифт:
Мы — хакеры. Нас не любят организаторы всяких политических партий, потому что мы ломаем их сайты. Нас не любят и опасаются все органы власти и нарушители человеческих прав, потому что мы вывалакиваем на свет следы их деяний. Нас не любят правозащитники, потому, что мы залезаем в их компьютеры и находим там неприятную, или неприличную, компрометирующую их информацию. Несмотря на нашу малочисленность, нас хорошо знают в «западных» Интернет-компаниях, и, в случае нашего выезда за рубеж, могут арестовать нас уже в аэропорту. Русские сотрудники Интернет-компаний, которые попали туда благодаря «мохнатой» лапе или через ФСБ — осколок бывшего КГБ, также не питают к нам теплых чувств, потому что мы ни от
Как попадают в хакеры? А по-разному. Среди нас почти нет специалистов с университетским образованием. Люди с такими дипломами как-то не приживаются в «экстремале». Есть инженер-недоучка, есть — просто инженер, есть — отставной военный, учитель, системный администратор…
Особенный расцвет хакерства пришелся на конец 80-х и начало 90-х годов. Собственно, компьютерщики существовали и раньше, но именно хакеры первыми проникли в неохраняемые недра Сети. Их открытия потрясли мир, который буквально на второй день узнал об опасности, грозящей Интернету. Но потом, уже к концу века, хакерство начало вырождаться в банальное хулиганство и жульничество. Но это — дурной тон, скверная работа.
Занятия хакера требуют не только самоотдачи, то есть — отдачи самого себя. «Невелика идея, — скажете вы, — всякая профессия требует самоотдачи». Всякая, но не настолько. Профессия становится образом жизни и способом существования. Но в этом и таится своя опасность. Хакер — это, по натуре своей, очень одинокий человек. Да — иногда есть друзья, работа, деньги, жена, семья, любовница. Есть, но они существуют где-то там, в другом измерении. Здесь в короткие часы и минуты отдыха, мы что-то делаем в семье, но наши мозги — далеко отсюда. Мы либо переживаем и анализируем события предыдущей интернет-сессии, либо готовимся к следующей.
Я, возможно, не «открою Америки», сказав, что только в одном случае из десяти хакеры попадаются и становятся жертвами роковой случайности или чей-то злой воли. В остальных девяти случаях они попадают в неприятности из-за собственной безалаберности или наглости. В каждой работе есть свои «правила техники безопасности», которые необходимо строго соблюдать. Правда, в нашем случае сначала их надо для себя написать. Никогда и никакому психически здоровому человеку не придет в голову идея сунуть пальцы во вращающийся шпиндель токарного станка или под зубья циркулярной пилы. Зачем же совать голову в шестеренки огромной машины планетарного масштаба? Чтобы потом кричать, что тебя ненароком или намеренно придавило? Все эти «детские» крики — твоя, прежде всего твоя личная проблема.
Сеть сегодня — это смертельно опасная часть государственной машины. Многих государственных машин. Она опасна, прежде всего, для самой себя, для всех частей, ее составляющих, для пользователей, сетевых и системных администраторов и особенно — лично для тебя, хакера. Опасна Сеть не только своим бездушием, но и наличием «человеческого фактора». Как оружие, которое само не стреляет. Нужен палец, чтобы нажать на кнопку, гашетку или курок.
С годами работы вырабатывается сумма навыков, появляется какой-то опыт. Человеку свойственно получать собственные шишки, прежде чем он выработает для себя какую-то сумму правил и систему поведения, реакцию на те или иные внешние обстоятельства.
Хирург в совершенстве владеет искусством вскрытия человеческих тел и делает это во имя Жизни. Джек-Потрошитель, в принципе, делает то же самое, но — в отличие от хирурга, непрофессионально и во имя Смерти. Хакер — это тоже хирург, только оперирует он не людей, а их компьютеры. Поэтому первое и главное правило настоящего хакера гласит: «не навреди!» Если ты не соблюдаешь это правило по незнанию — ты ламер. Если же ты его не соблюдаешь умышленно — ты кракер. Выбор — как и всегда в этой жизни — только за тобой. Но помни — если ты грязный ламер, то остерегайся встречаться в Сети с кем-нибудь из настоящих Хакеров!
Настоящий хакер, — это человек, который знает о компьютерах все, или почти все. После многих лет работы хакером, становится ясно, что учеба не кончается никогда, как не прекращаются выходы в сеть. Учеба продолжается всегда. Учиться, учиться и еще раз учиться — «как завещал великий Ленин»! Если ты остановился и сказал — «я все знаю, я все постиг, я — крутой профессионал», то ты — умер как хакер. Ты стал ламером. Это второе — последнее правило хакера.
Больше для настоящего хакера никаких правил не существует, потому что хакер — это свободный человек. Он имеет право делать в Сети, то, что захочет, ходить куда хочет и общаться с теми, с кем ему нравится общаться. Также он убежден в том, что никакая информация, размещенная в Сети, не должна быть тайной для человечества, во всяком случае — для хакеров.
Умение работать, добывать информацию, взаимодействовать с органами власти, чиновниками из провайдерских контор и высокими, как им кажется, начальниками — это один из самых серьезнейших разделов «школы выживания». И тут ты начинаешь понимать, что твоя власть над Сетью — это далеко еще не самая настоящая власть. Ну, действительно — что это за власть такая, которую запросто, по какой-то смехотворной причине можно лишить доступа в Интернет, а то и вовсе посадить за решетку? Если ты не умеешь расположить к себе лопающегося от собственной значимости чиновника, если не можешь купить, достать, выпросить у начальства нужное оборудование и хорошие компьютеры, если… Да можно вспомнить тысячу всяких разных «если». Грош тебе цена в базарный день, если ты не смог заставить рядового юзера или своего непосредственного шефа уважать себя за свой труд — за которым стоят годы труда и миллионы байтов информации. Не выживешь.
11
— Вот, держи, — сказал я, протягивая Валентине небольшой сверток. — Это то, что мне удалось скачать с его рабочего компьютера. У него два диска по двести пятьдесят гигов, и я скопировал только то, что было в именной директории этого завлаба. Про биологию того, как можно «заразить раком» я ничего нового не узнал. Никто ничего мне не говорит. Сразу спрашивают — а тебе зачем? Я пытаюсь как-то объяснить свой интерес, но толку мало. Информацию скачал. Теперь, я надеюсь все? Я перед тобою чист? Я — свободен? Тебе я мешать, конечно, не буду, но меня освободи от дальнейшего участия.
Валентина была подозрительна и недовольна. И прибывала явно не в лучшем расположении духа:
— Прошу, сядь. Впереди разговор.
— О чем? Я ведь сказал, что не намерен тебе мешать.
— Да. А помочь?
— Помочь? — я покосился в ее сторону. — В каком смысле? Еще помочь? А кому?
— В прямом смысле. Мне, себе, своим коллегам.
— Погоди насчет коллег. Ты предлагаешь мне быть твоим официальным помощником?
— Нет. Слава Богу, в моей работе такой помощник пока не требуется. Нужно содействие.