Компаньоны
Шрифт:
Она услышала, как позади нее кто-то ойкнул. Бросив взгляд через плечо, она увидела Риалле и Иерику, перепуганных, с широко раскрытыми глазами. Иерика расплакалась от жалости.
Леди Авельер не хотелось даже поворачиваться обратно, поскольку слезы, застилавшие глаза при виде этой жуткой сцены, мешали ей сосредоточиться. Она понимала, что ничего не в силах сделать, и потому велела себе не смотреть на надвигающуюся ужасную катастрофу.
Но не выдержала и, закусив губу, вновь перевела взгляд на падающую Рукию.
Леди Авельер начала творить двеомер левитации. Вероятно, он окажется бесполезен.
Но
***
Теперь она даже не чувствовала, что падает. Казалось, она стоит на сильном ветру, раскинув руки, чтобы захватить этого ветра как можно больше.
Но земля стремительно приближалась.
Маленькая девочка начала произносить заклинание, которое разучила всего пару десятидневок назад. Лишь благодаря ему Кэтти-бри осмелилась взлететь так высоко, поскольку, конечно же, прекрасно знала, что трансформирующая магия ограничена во времени и может внезапно покинуть ее.
Она принялась шептать. Преодолевая ветер, она дотянулась до маленького мешочка и достала перо.
***
Как же широко раскрылись глаза леди Авельер, когда девочка в прорицающем пруду внезапно замедлила падение и теперь парила, плыла, плавно опускалась вниз!
— Наставница! — вскричала Иерика. — Вы спасли ее!
Но леди Авельер знала, что не делала ничего подобного. В отчаянии она невнятно произнесла заклинание, пришлось начать с начала, а рядом не было никого, чтобы завершить заклинание левитации. В любом случае она знала, что оно не сработало бы через простейшее приспособление для прорицания.
Леди Авельер лихорадочно перебирала в уме возможности: Даймони, одна из двух убежавших от нее студенток, была весьма искусна в заклинании левитации. Именно по этой причине Авельер велела ей помыть верхние окна их обиталища в Анклаве Теней.
Может, Даймони подобралась ближе и спасла девочку?
Но, наблюдая за парящей Рукией, леди Авельер могла лишь покачать головой. Даже окажись Даймони на земле прямо под Рукией, та была бы недосягаема для подобного двеомера.
Ответ мог быть только один.
— Она сотворила заклинание, — сказала леди Авельер двум ученицам у себя за спиной. — Наша маленькая Рукия, по-видимому, выучила новый фокус.
— Более могущественный, чем вся тайная магия, что мы до сих пор видели от нее, — заметила Риалле.
— Но уж точно не сильнее магии друидов, — возразила Иерика. — А у друидов есть такие заклинания?
Не зная ответа, леди Авельер быстро произнесла заклинание обнаружения, адресуясь к прорицающему пруду и проверяя эманации вокруг плывущего по воздуху ребенка.
— Тайная, — объявила она.
— Мы давно наблюдаем за ней, — сказала Иерика. — Как могли мы пропустить такую способность, такой уровень тайной силы? А уж исполнить столь сложное заклинание во время подобного падения!..
— Мы не заметили, потому что это нечто новое, — решила леди Авельер. Она повернулась к своим сконфуженным ученицам и жестом велела двигаться к дому. — Нашу маленькую Рукию кто-то обучает.
***
Она
У нее наготове было еще одно заклинание, позволяющее ей управлять движением, но она передумала и покачала головой. Сейчас ей не хотелось ничем управлять.
Она хотела лететь или по меньшей мере плыть, позволяя могучим ветрам нести ее, куда им заблагорассудится.
Кэтти-бри разглядела внизу некие ориентиры, а по мере приближения земли начала замечать движение то здесь, то там. Она видела волков, греющихся на солнцепеке, и оленей, пасущихся далеко в стороне.
Теперь, при плавном снижении, ветер не так ревел у нее в ушах, но на такой высоте нечего было особенно слышать. Отсутствие звуков лишь усиливало у Кэтти-бри ощущение свободы, и она начинала воспринимать этот полет на крыльях ветра, как до этого воспринимала полет в образе птицы, — как приключение не только тела, но и духа. Ей было чему поучиться у этого ласкающего ветра. На земле мир казался таким прочным и неизменным, но здесь, наверху, паря по воле ветров, она начинала понимать, что он постоянно меняется и находится в вечном движении.
Она закрыла глаза и отдалась своим ощущениям.
Вскоре ноги ее коснулись земли, и ей пришлось немного пробежаться. Она глядела в сияющее небо и вспоминала чувство свободы, полета, падения, парения на крыльях ветров.
В этом, поняла она, и была вся прелесть ее общения с Миликки. Все происходящее с нею было наделено способностью развивать ее зрение, ее мышление, ее способности.
Воистину она ощущала на себе благословение божье.
***
Несколькими днями позже Риалле разбудила задремавшую леди Авельер, сообщив ей, что Рукия двинулась в путь.
— Иерика, Даймони и Ша’ква Бин приставлены следить за ней, — заверила Риалле.
Тем не менее леди Авельер поспешила к прорицающему пруду, на ходу расспрашивая Риалле. Вскоре она уже вызвала образ девочки. Похоже, на этот раз Рукия была волком и вприпрыжку двигалась в сторону лагеря десаи.
Леди Авельер кивнула, не удивившись.
— Когда стемнеет, она пойдет повидаться с родителями и соплеменниками, — предсказала провидица. И она, Авельер, будет там и все увидит. Она уже несколько раз тайно посещала десаи, оставаясь невидимой, знала расположение лагеря и место, где стояла палатка родителей Рукии.
— Как долго мы еще будем играть в эту игру, наставница? — спросила Риалле, и Авельер, обернувшись, с интересом взглянула на нее. — Она учится, — пояснила Риалле. — Судя по всему, она становится сильнее с каждым днем. Ее будет все труднее поймать и сложнее подчинить.
Правота этих слов со всей силой обрушилась на леди Авельер, и она поймала себя на том, что кивает.
— И мы начинаем уставать от этой бурой равнины, — призналась Риалле.
— Мы?
— Мы все, — ответила ученица. — Да и вы тоже, смею предположить.