Компаньоны
Шрифт:
— Старому? Глупый, да у меня сын тебе ровесник!
Бренор лишь рассмеялся и крепче обнял ее.
Он ушел тем же утром, после обильного завтрака за столом в главном доме, и фермер с фермершей доверху набили его заплечный мешок хлебом, яйцами и копченым мясом.
Начиная это путешествие в конце второго месяца года Разбуженных Спящих, он пребывал в самом боевом расположении духа, хотя прекрасно знал, какие опасности ждут впереди, и ему в самом деле трудно было думать об этом переходе иначе, нежели как о самоубийственной
Но он должен попытаться.
Его клятва, его слово, его верности— все, что сделало его Бренором Боевым Топором, сделало Компаньоном из Мифрил Халла и дважды королем Мифрил Халла, — свидетельствовало, что он должен попытаться.
***
— Пять дней, — сказал Реджис Кэтти-бри, войдя в маленький домик у озера и поспешно закрыв дверь, за которой ледяной дождь со снегом поливал всю Долину. Было четырнадцатое чеса, третьего месяца, пять дней оставалось до весеннего равноденствия, самого священного дня Миликки.
— Мой день рождения, — кивнула Кэтти-бри. — Или возрождения, как я его называю.
Реджис в ответ выдавил улыбку, но ненадолго.
— Ничего не слышно? — с тоской спросила она.
— Ничего, ни в Одиноком Лесу, ни среди дворфов Серебристой Луны, что под горой. — На протяжении нескольких последних десятидневок Кэтти-бри и Реджис по очереди покидали свой маленький домик и Одинокий Лес, выискивая слухи обо всех, кто появлялся в городах. Но никаких слухов не было, лишь тишина и суровая местная зима.
***
В то же самое утро по другую сторону озера Красные Воды, в городе Бремен, дверь постоялого двора «Дуралей» с грохотом распахнулась, и в общий зал буквально ввалился полузамерзший, покрытый грязью дворф с дикими глазами.
Хозяин заведения, Дарби Снайд, первым подбежал к бедняге и помог ему хотя бы сесть.
— Откуда ты такой взялся? — спросил Дарби у удивительного посетителя.
Дворф тупо посмотрел на него, рассмеялся безумным смехом и упал без памяти.
— Взгляни на его топор! — сказал один из жителей Бремена, заглянувший в «Дуралей», чтобы позавтракать.
Дарби заметил оружие, окровавленное, со слишком хорошо знакомой жителям Долины Ледяного Ветра шерстью, застрявшей среди многочисленных зазубрин на лезвии. На щите дворфа тоже были кровавые пятна, а кровь на кольчуге была его собственная, как они выяснили, когда переложили его на койку и, пытаясь устроить поудобнее, стали снимать кольчужную рубаху и обнаружили рваную рану от когтя йети.
Еще один посетитель принес воды, Дарби принялся
— Ба! — фыркнул он. — Мне нужно идти! Могу я попросить у вас немного еды?
— Идти? — не веря своим ушам, повторил Дарби. — Да ты того гляди помрешь, болван! Ложись обратно! — Он мягко надавил на плечо дворфа, заставляя того лечь.
— Он нуждается в целителе, — заметила женщина сбоку. — Что, Делли нынче в Бремене?
Остальные пожимали плечами и переглядывались, не зная ответа.
— Не видел ее, — сказал кто-то.
— Пойдите и спросите, — велел им Дарби. — Узнайте, видел ли кто-нибудь Делли Керти, ибо этому малому, похоже, пригодилась бы капелька ее тепла.
Где-то близко и в то же время бесконечно далеко Бренор услышал имя: «Делли Керти», и оно на какое-то время осталось порхать в глубинах его сознания.
Глаза дворфа вдруг широко распахнулись, и он снова попытался сесть, несмотря на протесты Дарби.
— Как ты сказал? — переспросил он у хозяина гостиницы.
— Ложись обратно! — настаивал Дарби.
— Кто? — выпалил Бренор, обращаясь к нему.
— Кто? — ошарашенно переспросил трактирщик.
— Делли Керти, ты сказал?
— Ну да, — подтвердил Дарби.
— Колдунья, но добрая, — пояснила женщина.
— Скажи, мне, — настаивал Бренор, — как она выглядит?
Дарби, женщина и несколько завсегдатаев с любопытством переглянулись. Дарби повернулся к Бренору и принялся описывать ему ту, кого они знали как Делли Керти, — это имя жены Вульфгара в прошлой жизни, которое, как понимал дворф, Кэтти-бри вполне могла использовать как псевдоним. Если он Боннего Боевой Топор, то и она вполне могла стать Делли Керти.
И пока Дарби описывал рыжеволосую колдунью в белом платье и черной шали, улыбка Бренора ширилась с каждым словом и он понимающе кивал.
Она сделала это! Его дочь сумела выжить и добраться до Десяти Городов! Кэтти-бри жива и здорова, как ему сказали, и скоро он снова будет с ней.
— Так ты ее знаешь? — спросил Дарби, поскольку на лице гостя все было написано вполне ясно.
— Какой сегодня день? — спросил в ответ Бренор. — Пятнадцатое чеса?
— Четырнадцатое, — поправила женщина из-за спины Дарби.
Бренор схватил трактирщика за руку и крепко сжал ее:
— Дай мне- поесть и немножко отдохнуть, дружище, и заплачу тебе, как только смогу.
— Ты ее знаешь? — повторил Дарби.
Бренор кивнул.
— Друг? — спросил Дарби, и дворф кивнул снова.
— Такой, что ты себе и представить не можешь, — заверил Бренор, и по щеке его покатилась слеза. Он наконец лег и позволил себе забыться счастливым сном.
Глава 29. Подъем Бренора