Комната ужасов
Шрифт:
– А может, есть все-таки? Золото, например, много места не займет. – Безусловно. Чтобы убедиться окончательно, надо послать Джейми с какой-нибудь штукой: пусть разломает к чертовой матери все стены.
– А наверху?
Рон и Баунти переглянулись.
– Ну? – спросил Боб.
– Это, похоже, мой прокол, – признался Рон. – Чего-то там не стыкуется. – Планировка очень путаная, – кинулась Баунти на подмогу. – Рон не виноват. Мы дважды пробовали. Никак не могу зарисовать правильно. – Я так и думал, что с этим этажом будут сложности, – сказал Боб сухо. – Видимо, вид кроватей тебя из колеи
– Мы попробуем еще раз. – Рон закашлялся.
– Только не сейчас. Начинать надо с нарезанных комнаток, это ясно. Была же причина делить бальную залу на клетушки. Джейми, ты не мог бы проверить погреб: есть там инструменты?
Джейми направился к двери.
– Поосторожней там с бабкой-ежкой. А то еще Оно доберется до тебя, – крикнул Рон удаляющейся спине брата.
Джейми повернулся.
– Ну хватит, – остановил Боб. – Джейми, поищи там, пожалуйста, ломик и стамеску. Джейми протянул руку, как слепой, и нашарил выключатель. Вот она, та самая первая ступенька. Он посмотрел вниз, в узкий длинный пролет. Дверь захлопнулась за спиной, скрипнув проржавевшей пружиной. Если смотреть с того места, где он стоит, все ступеньки вроде в порядке.
Три лампочки. Одна вскарабкалась на стену сбоку от лестницы, другая – у ног, свисает из полуистлевшего старомодного абажура на гибкой ножке, третью отсюда не видно, только свет. По сорок ватт? Пыльные, неяркие, но месту соответствуют. Джейми ощупал носком первую ступеньку и только тогда ступил. Пружинит, как и положено дереву, но крепкая. Не раздумывая далее, юноша спустился, держась ближе к стене. Земляной пол вымощен плиткой. Может, что-то зарыто под ней? Следов вмешательства не видно. Третья лампа-над крепким деревянным верстаком, к концу которого прикручены большие старые тиски. Стена вся занята аккуратно сделанными полками для инструментов. На верстаке – ничего, кроме обрезков медной трубки и свернутого листа свинца. «Эфраим чинил собственный водопровод?» – предположил Джейми.
Полки с инструментами по своему расположению напоминали церковный орган. Верхний ряд составляли поблескивающие остриями стамески. Второй – отвертки, плоскими жалами выстроились по росту отверточки, затем молотки. Под ними – стальные зубила, ножи, лопаточки, шпатели.
Юноша осмотрелся и нашел нужное: аккуратно сложенную, укутанную паутиной холщовую сумку. Джейми тряхнул паутину на верстак и положил в нее инструменты.
– Обедаем и за работу, – провозгласил Боб при юявлении Джейми. – Где твоя мать?
– Когда я видел ее последний раз, Векки была занята приемом солнечных ванн, – ответил Рон. – Трудилась в поте лица, лежа в шезлонге на лужайке. Боб прищурил глаза.
– Точно, – подтвердила Баунти, – она одолжила у меня один из купальников. – Накрывать на стол, – приказал Боб. – В холодильнике паштет и заливное из свежих овощей, еще французские булочки с маслом. Рон, открой бутылку бургундского, будь добр. Пойду, поищу Векки.
– Еще б он не поискал, услышав про купальник, – хихикнула Баунти. – Ты думаешь, между ними что-то есть? – спросил Джейми.
– Было бы четко, а? Если б они сошлись.
– Думаю, виной тому – возбуждающие свойства Колдовского Холма. – Рон достал из ящика стола штопор.
– Чем больше они будут уделять
Рон прижал, а потом вежливо убрал ее руку.
– Осторожно, идут.
Векки несла нечто, завернутое в полотенце.
– Эй, молока, кто-нибудь, – попросила она.
– Что? Что? – Девочки нагнулись над свертком, движимые вечным женским инстинктом. Полотенце в руках Векки извивалось и мяукало. Появилась изящная белая лапка и солнечнорыже-черная грудка. Ребята сидели за столом с откровенно разочарованными лицами. Особы женского пола суетились и ворковали. Боб колебался. Было подано молоко в блюдце.
– У-ти, какой малюсенький!
– Какие у бедненького ребрышки.
– Посмотри, как он лакает молочко, умненький такой мальчик! – Голоса мешались.
– Посмотри повнимательней, – сказал Боб, – умненькая девочка. Векки подняла глаза.
– Паштет. Вот что нужно. Положи ему в блюдечко, Боб. Ну пожалуйста! – Опустив голову, она смотрела нa него из-под ресниц. Боб достал другое блюдце, положил ложку паштета.
– Давай оставим его, а? Ну пожалуйста, пап! Ладно? – Баунти повисла на руке отца.
– Ты говорил, что мы заведем кого-нибудь, помнишь, пап? – Харвест завладела другой рукой.
Рон посмотрел на Джейми и поднял брови. Джейми отломил кусок хлеба, намазал его маслом и паштетом.
Боб вздохнул. Три особы женского пола обменялись косыми взглядами. Векки слегка надула губки, облизала их язычком, придвинулась поближе к Бобу. – Ну хорошо, хорошо. Рон, позвони после обеда в супермаркет. Закажи плюс к нашему списку, полпачки кошачьего питания и ошейник от блох. Она чешется.
– Лишнее, – пробурчал Джейми. Женщины повернулись к нему. – Эта штука, от блох, – добавил он поспешно, – к утру ни одной блохи не будет. Вы видели хоть одно насекомое в доме?
Они прошли гуськом в первую из «нарезанных» комнат. Баунти демонстрировала правильную технику удавления филенки без порчи.
– Черт, – сказала она. – Обнажился деревянный брус. – Ты рассчитывала найти сокровище с первого раза? – спросил отец.
– Я надеялась. Что, нельзя?
– Чур я следующую, – проявил инициативу Боб. За два часа они отколупали на пятерых двадцать досок. Векки ухаживала за котенком. Баунти засунула стальную рулетку за ремень джинсов и попыталась стереть тыльной стороной ладони грязь на лбу. – Ничего не понимаю, – проговорила она. Рон положил свою стамеску. – О чем это ты?
– Да обо всех этих чертовых деревяшках. Брус двадцать пять на двадцать пять. Стволы целые. Между центрами по полметра. То есть по двадцать пять сантиметров друг от друга.
– Это я понял. В чем проблема-то?
– Это может выдержать двадцать таких этажей.
– Раньше с запасом все строили.
– Но не с таким! Потом, это же недавно делали. Стен не было. Не рухнуло ведь, однако, до того.
– Нет. Что дальше?
– А то, что не было никакой необходимости. Если им надо было просто наделать комнаток побольше, взяли бы что-нибудь, чтоб только держалась филенка. Пять на десять, ну, пусть, по тем временам – десять на пятнадцать. С запасом. Зачем такое количество лишней древесины? – Может, взяли, что было под рукой.