Командировка
Шрифт:
Вместо ожидаемого страха, лица нападающих расплылись в ещё более наглых ухмылках. Их реакция была настолько неестественной, что на мгновение даже поколебала уверенность Краса. Но годы тренировок взяли верх — его мышцы уже были готовы к молниеносной атаке.
И тогда самый младший из банды, щуплый паренёк с неопрятной бородкой, вдруг заговорил голосом, который никак не соответствовал его внешности — низким, размеренным, полным скрытой угрозы:
— Ошибаешься, Мёрфи-Алек-Си. Мы прекрасно знаем, кто попал в наши сети сегодня. —
Последнее слово прозвучало как-то слишком… осознанно. Крас почувствовал, как по спине пробежали ледяные мурашки. Что-то в этой ситуации было фундаментально неправильным. За его спиной Маса резко вдохнула, её ногти впились в его плечо сквозь ткань буглыта.
«Приказ ядру: ускорение, усиление, полная активация энергощита! » — мысленно скомандовал Крас, ощущая, как по его телу разливается волна адреналина и искусственного усиления. Мышцы наполнились стальной силой, а вокруг тела замерцало голубоватое сияние энергетического щита, незаметное для не обладающих навыком «энергетика», разумных.
Он уже приготовился к стремительной атаке, когда бандиты синхронно достали из-за спин компактные пистолеты незнакомой модели. Грянул хаотичный залп — яркие вспышки выстрелов осветили парк фиолетовыми бликами, а свинцовый град устремился к герою.
Но происходящее больше напоминало комедийное шоу, чем реальную угрозу. Пули отскакивали от энергощита, как горошины от бронированного стекла. Крас даже не чувствовал ударов — его система поглощения кинетической энергии работала на 88% эффективности, переводя всю входящую силу в запас энергии.
— Серьёзно? — рассмеялся Крас, демонстративно расставив руки в театральном жесте. — Вы что, решили устроить мне дождик из свинца? Могу так стоять до утра! — Его голос звучал победно, а глаза сверкали презрением.
Но в пылу битвы, под каскадом гормонов и искусственных стимуляторов созданных его телом по приказу М. У. Л. И, из его головы вылетел один критически важный факт. Крас забыл, что он не один.
Его взгляд скользнул по лицам нападающих — и ледяная дрожь пробежала по спине. Их ухмылки не исчезли. Напротив, они стали ещё шире, ещё более… торжествующими.
Как только стрельба стихла (а патроны у бандитов явно не были бесконечными), главарь медленно опустил оружие. Его губы растянулись в карикатурной улыбке, когда он произнёс всего четыре слова:
— И так сойдёт.
В тот миг, когда сознание Краса осознало произошедшее, время словно остановилось. Его мир сузился до кровавого пятна на платье Масы, до её широко раскрытых глаз, в которых уже читалось понимание неизбежного.
— Нет… нет, нет, НЕТ! — его крик разорвал ночную тишину, превратившись в животный рёв.
Сканирование заняло доли секунды, но результаты сожгли его мозг хуже плазмы: множественные проникающие ранения, разорванная артерия, пуля в мозге… и самое страшное — повреждённый чип М. У. Л. И. Её сознание уже
— Я… не могу… — прошептала Маса, её губы дрожали, а пальцы судорожно сжали его руку. — Прости…
И тогда в Красе что-то сломалось.
Его ядро взревело, выжимая последние запасы энергии. Казалось, время вокруг замедлилось, он ускорился как минимум в двадцать раз — так сильно, что воздух стал вязким, как сироп.
Первым погиб главарь. Кулак Краса, движущийся быстрее звука, прошёл сквозь его грудь, как через бумагу. Мужчина даже не успел понять, что умер — его сердце просто перестало существовать, превратившись в кровавый туман.
Остальные пали за доли секунды. Черепа взрывались от ударов, словно перезрелые дыни. Крас не просто убивал — он стирал их из реальности, его тело рвалось под чудовищной нагрузкой. Сухожилия лопались, кости трещали, протез заклинило с жутким скрежетом.
Когда последний бандит рухнул на землю, ещё дёргаясь в посмертных конвульсиях, Крас уже стоял на коленях рядом с Масой. Его слёзы капали на её лицо, смешиваясь с кровью.
— Держись… — хрипел он, отчаянно пытаясь стабилизировать её состояние. Но энергия заканчивалась, а вместе с ней — и надежда.
Её пальцы слабо сжали его руку.
— Ты… мой герой… — прошептала Маса, и её рука безвольно упала.
Её сознание было на пороге отправки в купол, где в бесконечных потоках данных, последние фрагменты её сознания растворялись в океане других сознаний. А Крас оставался один — среди трупов, с разорванными мышцами и пустотой в груди, где ещё минуту назад билось сердце.
Тишину ночи разорвал его рёв — нечеловеческий, полный бесконечной боли и ярости. Где-то вдали завыли сирены, но ему было уже всё равно.
Похоже, сегодня герой проиграл. И только он был повинен в этой вселенской катастрофе для одного человека — его самого. Позёрство, бахвальство и самолюбование сыграло с Сергеем злейшую шутку судьбы, нанеся непоправимый урон его душе.
Крас стоял, обливаясь кровью и потом, над растерзанными телами своих врагов. Его грудь тяжело вздымалась, каждый вдох давался с трудом — разорванные мышцы и сломанные кости напоминали о себе пронзительной болью. Но физические страдания меркли перед тем адом, что бушевал у него внутри.
Глаза, покрасневшие от слёз и ярости, медленно скользнули к хрупкой фигуре, лежащей на холодной земле парка. Маса. Его Маса. Её изящное чёрное платье теперь было испещрено алыми пятнами, а лицо, ещё недавно сиявшее радостью, застыло в неестественной бледности.
«Это я… Это всё я…» — пронеслось в его воспалённом сознании. Воспоминания нахлынули волной: её смех во время примерки буглыта, восхищённый взгляд в театре, тёплые пальцы, переплетённые с его… И утренний разговор, когда она призналась, что хочет ребёнка. Тогда её глаза светились такой надеждой, таким счастьем! А теперь…