Команда
Шрифт:
— Мариэтта! Какими судьбами! У тебя же сейчас занятия?
— Ради такого случая не грех и прогулять.
Девушка уселась за стол и налила себе чаю. Братья переглянулись.
— Знаешь, Фред, мне кажется, Шляпу пора отправлять на пенсию.
— Согласен, Джордж. Последние лет сто она явно распределяет методом Трелони.
— Иначе в школе давным-давно остался бы только один факультет.
Мариэтта фыркнула.
— Ошибаетесь, мальчики. Даже Гриффиндору не под силу было бы воспитать из этой дамы приличного человека.
— Ну что ты, дорогая…
— …будь Шляпа в форме…
— …она
— …к Филчу на должность половой тряпки.
— Отличная мысль. — Мариэтта аккуратно откусила кусочек слойки с повидлом, — м-м-м… это от миссис Уизли? И когда вы успели?
— Мама встает в шесть, а наша пчелка, кажется, собиралась дрыхнуть до обеда, не взирая на рабочий день. По крайней мере, в половине девятого утра она была в постели. Миленькая у нее ночнушка, как считаешь?
— Тебя привлекает цвет или фасон, братец? Нашел пеньюар своей мечты?
— О да, меня колбасит от восторга. Ладно, Джордж, нам еще загон для птичек строить. Мариэтта, поможешь организовать гостевую камеру в подвале?
— Вообще-то у меня есть идея получше. Что вы там говорили о Филче?
— Э, дорогая, мы понимаем, что у тебя с этой стервой свои счеты, но все-таки, держи себя в руках. Невиллу еще надо будет над Образом поработать. Желательно, с неповрежденным материалом.
— Ну что вы, мальчики, я же хорошая, — Мариэтта прищурилась на будущую жертву и плотоядно облизнулась. Та непроизвольно сглотнула и застучала зубами, — ни о чем не беспокойтесь, отправляйтесь по своим делам и предоставьте вопросы гостеприимства мне.
— О, ты так добра… Не правда ли, мадам, она — прелесть? — Близнецы встали, — жаль лишаться вашего общества, но нам пора. Счастливо пообщаться, девушки.
Дамы остались вдвоем. Мариэтта не спеша допила чай, убрала со стола, долго и старательно мыла чашки. Потом принялась вытирать пыль, подметать полы и скрести столешницу прямо под носом гостьи. Наконец, плюхнулась на стул, демонстративно вытерла рукавом лоб.
— Уфф. Домовой эльф бы здесь не помешал. Как считаете, мэм?
Самой большой бедой Колина Криви было полное отсутствие чувства меры. В день своего распределения он умудрился совершенно измотать сокурсников разговорами о Гарри Поттере, в результате чего завоевал прочную репутацию Первого Фаната Мальчика-Который-Выжил. С тех пор никакие успехи и достижения, включая победы на тринадцати конкурсах колдографии и звание самого молодого фотохудожника в Британской Ассоциации Магических Искусств, не могли пробиться сквозь прочно приставший ярлычок, даже блестящие результаты СОВ (второй на курсе!) прошли незамеченными. И как бы он ни старался и ни бился, первое, с чем связывал его имя весь Хогвартс, от директора до миссис Норрис — это фотоохота за Поттером и восторженный писк. Переминаясь возле стола профессора МакГонагалл, он практически ни на что уже не надеялся, но все-таки… вдруг?
— Луна Лавгуд получила разрешение поехать на открытие, я могу отправиться с ней.
— Мисс Лавгуд — совершеннолетняя, мистер Криви, в отличие от вас. Вы не имеете права покидать школу без сопровождения ближайших родственников или преподавателей. Ваши родители — маглы,
— Мне семнадцать через три недели!
— Вот тогда и приходите.
Колин в отчаянии стиснул кулаки.
— Да поймите же, такого собрания знаменитостей не бывало со времен инаугурации Скримджера!
Легкое сочувствие на лице МакГонагалл сменилось гневом.
— Мистер Криви, мне показалось, или вы позволили себе повысить голос?
— Простите, мэм, но для меня это очень важно. Я являюсь внештатным колдографом «Пророка» и «Ведьмина досуга» и просто обязан присутствовать на открытии!
Профессор отвернулась, взмахом палочки уложила в свой видавший виды портфель стопку только что собранных пергаментов и защелкнула замки.
— Уверена, там будет достаточно профессиональных фотографов и без вас, мистер Криви. Разговор закончен. Удачного вам дня.
Колин беспомощно смотрел вслед своему декану. Всегда одно и то же. Ну почему, почему, черт возьми, никто в этой школе не желает воспринимать его всерьез?!
Проходящая мимо Джинни Уизли сочувственно пихнула его локтем в бок и потянула к выходу из аудитории.
— Что, не выгорело? Не расстраивайся, какие твои годы. Пошли лучше пообедаем. Потом у нас ЗОТИ, силы явно понадобятся — Райвенкло Тайсон вчера загонял до коленной трясучки.
— Ты не понимаешь, — он покорно потащился за однокурсницей, — какой прок будет от меня завтра, если уже сегодня я упускаю все шансы?
— Колин, ну что за бред. Подумаешь — остался без пары сенсационных снимков, это еще не повод ставить на себе крест. В конце концов, нам только семнадцать.
— Уже семнадцать, Джинни. Самое время начать что-нибудь из себя представлять.
— И ради этого стоило орать на МакГонагалл? Не лучший способ укрепить свои позиции.
Колин упрямо насупился.
— Да она просто старая перестраховщица. Могла бы отпустить меня с Хагридом, уж он бы точно не отказался. Может, к Дамблдору обратиться?
— Не советую, толку не будет никакого, а МакГонагалл обозлится окончательно.
Колин вздохнул и задумался. Мелькнувшая в голове мысль обретала формы. Влетит? Да и черт с ним, победителей не судят. Главное — вырваться из школы, а для этого… Он завертел головой.
— Джинни, а ты не знаешь, где сейчас может быть Гарри?
Девушка застонала.
— Мерлин, нет. Колин, ты же вроде успокоился…
— Все, Джин, спасибо за поддержку, — он наконец завидел знакомую фигуру возле факультетских часов, — встретимся за столом, ага?
И рванул вниз по лестнице, расталкивая студентов. Джинни лишь снисходительно усмехнулась и покачала головой.
Протолкавшись сквозь толпу, Колин ухватил своего кумира за рукав.
— Гарри, привет, извини, можно тебя на секунду? — и поволок в один из пустых коридоров, игнорируя попытки сопротивления.
— Колин, что стряслось? Если ты опять насчет колдографий, то можешь идти к мантикорам, я не собираюсь…
— Да нет же! — развернулся, отпустил рукав Поттера и замер, закусив губу. Гриффиндорская Звезда хмуро взирала на него, демонстрируя явное намерение смыться. Неотвратимо надвигалась перспектива очередного провала.