Команда

Tansan

Поттер просветлел лицом.

— Господи, ну хоть один нормальный человек в этом дурдоме! Рон, ты мой лучший друг. Не уходи больше никуда, ладно? Представляешь, они меня связать собрались.

— Ка-ак, опять? Герм, солнце, по-хорошему прошу: перестань зависать в библиотеках, мало ли что тебе посоветует очередная полусгнившая книжо…

— Вы!!!… — Грейнджер подскочила, затрясла перед физиономиями оболтусов сжатыми до белых костяшек кулачками. — Оба! самоуверенные! легкомысленные! кретины!

— Герм, подожди! Герм! — Эджкомб умудрилась проскользнуть в тесное пространство между разъяренной гриффиндорской всезнайкой и мужской

частью Золотого Трио. — Герм, они же правы! Это не завещание!

— Еще не хватало!

— Правильно, молодец. Если записку писал Гарри, значит, он жив-здоров и в помощи не нуждается, согласна?

— Не нуждается?

— Конечно, ведь Хагрид в шкаф даже не влезет. Скорее всего, Гарри послал записку, потому что знал, что мы ее получили, как думаешь?

Грейнджер явно не думала. Она ошарашенно моргала. Зато Лавгуд лихо спрыгнула с подушки, молнией метнулась к Лонгботтому, отобрала у него журавлика и с разбегу сунула Поттеру.

— На! Возьмешь с собой, там выпустишь, понял?

— По-понял…

— Ффффффуххххх. Мариэтта, твои мозгошмыги сегодня вне конкуренции. А я-то, дура, всю голову сломала: триста лет, хроноворота нет… Рон, где мой гусь?

— — — — — — — —

Лорд Волдеморт подбросил дров в камин и приготовился пережить еще одну бессонную ночь. Спал он всегда отвратительно, но сейчас будто и вовсе разучился это делать ‒ всякая попытка подремать заканчивалась резкой болью в ребрах и невыносимо наглым хохотом потусторонней малфоевской шайки. Обычно искусство ментальной магии помогало смягчить неприятное воспоминание, но на этот раз никакие окклюментивные методики не сумели избавить разум от банды покойников, и чем дольше Том вынужден был о них думать, тем глубже врезалась в сознание мысль: он всю жизнь искал не там. Полувековая погоня за властью, могуществом и бессмертием вдруг споткнулась о кучку невежественных мертвецов, растерялась, увяла, захлебнулась превосходством истинно всесильного, по-настоящему неуязвимого, во всех смыслах вечного быдла. Оказывается, бессмертие ‒ без оговорок в виде мерзких ритуалов, роковых Пророчеств и постоянного страха за хрупкие хоркруксы ‒ приходит лишь после смерти. Знакомство с Хортемаром не просто выполоскало Темного Лорда в потоке запредельного унижения, оно лишило его единственного, в чем он никогда не смел усомниться ‒ цели.

Часы пробили два. Подбросив в камин еще полено, Лорд потянулся за любимым Шекспиром, по давней, детской еще привычке открыл книгу наугад и ткнул пальцем в страницу.

Кому-нибудь знаком я? Я — не Лир.

Так ходит Лир? Так говорит? Что ж, слеп я?

Размяк рассудок, и соображенье

Заснуло? Как, не сплю? Не то, не то...

Кто может рассказать мне, кем я стал? (1)

Книга полетела в огонь. — — — — — — — —

— Ого! — Грейнджер победно вскинула руку со жребием. — Я ‒ Беллатрикс!

— Не-е-ет… — разочарованно заканючил Фред Уизли. — Она должна была достаться мне. Герм, ставлю пять унций яда лобалуга.

— Ни за что!

— Семь унций.

— Забудь.

— Десять, хотя это натуральный грабеж.

— Преступление века, особенно если учесть, что из Норвегии ты привез только полторы. — Джордж хорошенько перемешал в котле бумажки. — Он хочет сказать, Герм, что собрался провести ближайший месяц червем в аквариуме,

а тебе придется торчать рядом, кормить его и доить… Ну вот, у меня Грейнбек, я же не возмуща…

— Шулер!

— Извини, Джордж, — Эббот с улыбкой помахала своей бумажкой, — но Грейнбек мой.

— Да? Печально. Тогда я Роули.

— Роули тоже занят, — сообщила Чанг.

— Невезуха. Может, Мальси…

Фред выхватил у него листочек.

— Ха, Петтигрю!.. Не плакай, братец, неделька-другая в аквариуме ‒ и я разрешу тебе подержаться за моего Долохова.

— Долоховым буду я, а ты вообще того гляди дома останешься. — Рональд передал котел на соседний диван и заглянул через плечо Эджкомб. — Оп-па! Мариэтта ‒ Гойл!

— Я согласен быть Крэббом, — быстро сказал Макмиллан, чем заслужил солнечную улыбку своей красавицы.

— Сожалею, мистер Макмиллан, но Крэбб достался мне. — Минерва аккуратно сложила бумажку и бросила ее в камин. — Ваша роль в спектакле, учитывая Багдад, и без того велика.

— Массовка нужна… — Макмиллан торопливо развернул свой жребий, протянул Минерве. — Вот, Трэверс. Хотите?

— Нет, нет, нет, я просто мечтаю почувствовать себя безмозглой горой мяса весом в двести сорок фунтов. Северус, а кем будешь ты?

— Полагаю, собой. Или Люциусом, на худой конец…

— Иииййййессс! — Лонгботтом с таким энтузиазмом затряс бумажкой, что едва не опрокинулся вместе с креслом. — Нагини!

— Что? Мы разыгрывали Нагини? — Фред со стоном сполз на ковер и сложил руки крестом на груди. — Яду мне, яду…

— Поосторожней с просьбами, мистер Уизли, вы в гостиной зельевара. — Снейп оглядел счастливого Лонгботтома. — Хотя, должен признаться, я бы многое дал за возможность лично уничтожить эту тварь. В конце концов, меня собирались ей скормить. Мистер Лонгботтом, помнится, вы планировали ангажировать меня в качестве рецензента?

— Профессор… ну без ножа ведь режете…

— Умейте расставлять приоритеты. Будущая карьера или сиюминутное удовольствие расправиться с Нагини ‒ выбор вполне справедливый.

— Шантаж, — вздохнул Лонгботтом.

— Слизерин, — проворчала Минерва.

— Азкабан, — поправил Финниган.

— Прошу прощения?

— У меня Руквуд и Азкабан. — Финниган показал ей свой листок. — Азкабан мы тоже разыгрываем, потому что специалистов по этому заведению в Команде нет. Гарри, а почему он в комплекте с Руквудом?

— Есть разница, с кем?

— Стоп, — шлепнул ладонью по подлокотнику Снейп. — Зачем нам Азкабан?

— Как зачем? Чтобы Образ для Га…

— Понял. Лонгботтом, выдыхайте, шантаж пока отменяется. Поттер, в Азкабан иду я.

— Почему вы?

— Потому что провел там почти два года.

Полюбовавшись на враз посерьезневшие лица, Снейп расслабленно откинулся в кресле, скрестил руки на груди. Переживают, паршивцы. До чего же приятно, черт возьми.

— Не в качестве сидельца, господа. Сразу после школы по протекции Абраксаса Малфоя меня приняли на должность подмастерья в алхимическую лабораторию Отдела Тайн. Это был разгар Первой Магической ‒ можете себе представить, какого рода заказы у нас там превалировали: усыпляющие брызги, оглушающие эфиры, разновидности Веритасерума, жидкое Империо и прочая военная прелесть. Испытывались зелья на заключенных… Не морщитесь, мисс Грейнджер, воры и убийцы шли на сотрудничество вполне добровольно и, уверяю вас, отнюдь не бесплатно.