Комацу
Шрифт:
– Ни за что!
– категорично и синхронно.
Подобная решительность… настораживала. Ладно, Сани… но чтобы Коко, с его добрым сердцем, отказался… Если учесть, что рассказывал о Зебре Теппей, портрет складывался весьма противоречивы. Комацу хотелось лично увидеть четвертого Небесного Короля. И в то же время боязно идти в одну из страшнейших тюрем мира людей.
– Зануды, - обиженно бормотал Торико вслед уезжающему экипажу.
– Могли бы и составить компанию. Неужели
– У них же есть и свои задания, Торико-сан, - попыталась успокоить его Комацу.
– Эх, ладно, идем. Я приготовил тут подарки для Зебры. Но не уверен, что этого будет достаточно. А-а!
Комацу подскочила, когда Торико с дикими криком и шальными глазами обернулся к ней.
– Все в порядке?
– осторожно осведомилась она.
– Да-а… - Торико оскалился.
– Просто приветствие этого ублюдка было каким-то отстраненным.
По дороге Торико охотился и связывал туши убитых монстров общей веревкой, таща за собой волоком.
– Это мой повар Комацу! Нет, она не подарок, ее нельзя есть! Зебра, тебя там что, не кормят?!
Комацу перестала реагировать на странные разговоры охотника с самим собой еще в первые пять минут. Тем более, что никогда раньше не была внутри тюрьмы.
Пейзаж удручал. Голые, обугленные деревья, потрескавшаяся почва, покрытая слоем пепла. Чудовища, что рычали вдалеке, заставляли сердце безумно колотиться. И повсюду: в земле, в воде, в остатках растительности, в самом воздухе разливалось давящее ощущение безнадежности.
А еще пекло, как в Аду. Неудивительно, что тюрьма так и называлась - Ад. Комацу вытерла пот со лба, подвязала выросшие до плеч волосы косынкой, чтобы не мешались. Хорошо хоть, прямые и не торчат, их не нужно часами укладывать перед зеркалом. Причесалась - и порядок.
Девушка не обратила внимания на испарения одного цветка с болота. И зря. Проснулась она уже с длинными волосами. Но исправлять ничего не стала: стиль ей понравился. Не так на мальчишку похожа.
– Зачем ты вообще отрастила волосы, если они тебе мешают?
– поинтересовался Торико.
– Так получилось, - пожала плечами Комацу.
– И они не мешают. Зато нет вопросов, кто перед тобой - мальчик или девочка.
– У меня и раньше их не было!
– удивился охотник.
– У вас острый нюх, Торико-сан, это все объясняет.
– Хм… Кстати, Комацу, сможешь приготовить из этого, - он кивнул на гору мяса за собой, - праздничный ужин по случаю освобождения Зебры.
– Праздничный ужин в тюрьме?
– с сомнением спросила девушка.
– Ага.
– Хорошо, - ради плохого человека Торико определенно не стал бы так стараться. Тем более, они друзья… - Хорошо, я постараюсь, - Комацу загорелась. Столько потрясающего мяса, интересных ингредиентов.
– А что предпочитает Зебра-сан?
– Он всеядный, - засмеялся
– Нет, так не пойдет!
– решительно отвергла этот вариант Комацу.
– У каждого человека есть что-то, что он любит больше всего. И Зебра-сан не может быть исключением.
– Мясо. В любом виде, - сдался Торико.
– Отлично!
– подпрыгнула Комацу. Страхи Медовой тюрьмы отошли на задний план перед возможностью показать свое мастерство.
– Я обязательно постараюсь, чтобы ему понравилось. У меня даже особые специи и приправы имеются…
Торико со снисходительной улыбкой смотрел на оживленную девушку. Определенно, взять ее с собой, было отличной идеей.
Да и не хотелось ехать куда-то без нее. С Комацу приключения становились только веселее и насыщеннее.
Узкая скала, с вершины которой свисало здание, похожее на улей.
– Вот мы и пришли.
– Мы вас ждали, Торико-доно, Комацу-доно.
Девушка подскочила от неожиданности, когда рядом словно из воздуха возник высокий мужчина с изрезанным шрамами лицом и в ярком розовом пиджаке в черный горошек. От такого сочетания зарябило в глазах.
– Меня зовут Обан. Я заместитель начальника тюрьмы.
– Если вы знали, что мы приедем, почему не встретили?
– удивился Торико.
– Торико-доно, сейчас вокруг тюрьмы как раз меняется климат, и начинается сезон, который весьма опасен. Мы стараемся лишний раз не покидать тюрьму.
– Что за сезон?
– Сезон, когда могут напасть лесные демоны.
– Д-демоны?
– Комацу стало немножечко… нехорошо.
– Если повезет, вы их увидите. Хотя, скорее, это называется “не повезет”, - улыбка заместителя тюрьмы была жуткой.
Пока он просвещал Торико о пыточных меню, голодовках, что устраивают заключенным, их страданиям, Комацу осматривалась по сторонам. Разные уровни, и в каждом человеку отказывают то в любимой еде, то в удовольствии от ее поедания, то просто в пище и воде. В Эру гурманов, когда еда растет повсюду, когда люди разбираются и восхищаются ею, Медовая тюрьма - обратная сторона медали. Темная сторона.
Как повар, она всегда думала о том, как доставить удовольствие своей готовкой. И впервые сталкивалась с тем, как людей лишают еды. Мерзкое ощущение, тоскливое.
– Мы пришли, - Обан остановился перед высоченными дверями, украшенными вырезанными фруктами и овощами. Они были даже больше, чем в доме у Мелка.
– Здесь кабинет начальника тюрьмы Лав-самы.
Навстречу им вышла маленькая, даже меньше Комацу, женщина в полосатом костюме пчелки. С пухленькими щечками, маленькими черными глазками.
– Проходите, - она деловито засеменила внутрь, забралась в глубокое креслице насыщенно розового цвета, взяла чашечку чая.
– Ичирью предупреждал, что вы приедете. Я Лав, начальник тюрьмы.