КОМ 7
Шрифт:
Сокол оторвал от бумаги ручку и уставился на Дашкова.
— Они ж пытались внутрь пробиться, когда вся эта конструкция вставать начала.
— Я, честно говоря, про них и забыл… — скованно пробормотал Сокол.
Ага. Вырвался из-под надзирающего крылышка, пошёл куролесить, а про людей своих и не вспомнил.
— Господин капитан! — рявкнул от двери бдительно пасущий обстановку унтер. — Четверо тяжёловооружённых господ! Говорят, охрана великого князя!
— Так пусть он их опознает — его
— Ваше высоч-ство, гляньте, — унтер кивнул себе за спину и слегка сдвинулся, оставив крошечный зазор между собой и дверью. Вот непонятно было, если честно, Ивана он прикрывал от возможной угрозы или опасался, чтобы он не кинулся в бега, не оставив отчёта.
— Мои, — признал Сокол.
— Впускай! — крикнул кому-то унтер, и в проёме показался старший Ивановой охранной смены. Следом проскочили ещё трое. Все помятые слегка. Иван топтался напротив, и я впервые видел, чтоб ему было настолько неловко.
— Ну отвык я на фронте от охраны, братцы! — сказал Сокол, покаянно разводя руками.
— Ваше высочество, — очень серьёзно попросил старший, — давайте в следующий раз мы попробуем погибнуть рядом с вами. Чтобы наше присутствие не было так бессмысленно.
Не говоря уже о том, что за такое их и вышибить из охраны царской семьи могут. Иван, видимо, тоже об этом подумал, потому что рубанул воздух ребром ладони:
— Моя оплошность! Никаких взысканий не будет, моё слово! А если попытаются — я вас сам к себе найму, лично. Я всё же великий князь, а не собака гавкнула!
Не успели приободрившиеся охранники занять места, как унтер пробормотал:
— Ах ты ж, мать твою итить… — и завопил: — Господин капитан! Гляньте, что по нашу душу!
Но я уже узнал звук и выскочившего как чёртик из табакерки капитана успокоил:
— Это не по вашу. Это за мной.
— Лягушонка в коробчонке скачет? — кисло спросил капитан. — Сильно, однако! Чтобы на автомобилях за хозяином подлетали — видел. Но вот так, на «Пантере»…
— Вы только барону фон Ярроу так не скажите, — попросил я. — Во-первых, я ему не хозяин, а сюзерен. А во-вторых, сравнение с лягушкой весьма оскорбит природного немца.
«Пантера» бодро подрысила поближе, притёрлась на минимально возможное расстояние. Пара секунд. Распахнулся боковой люк:
— Господа, вас на полчаса нельзя оставить! — укоризненно сказал Хаген.
— Господин барон! — обрадовался Дашков. — Не переживайте, всё в порядке. Я за ними присматриваю!
— Да я уж вижу, — Хаген через голову унтера вполне имел возможность царящим внутри юрты хаосом.
— Да не ворчи уж, душнила! — не поднимая от писанины головы, крикнул Петя. — Ну вышло так. Перебирайся лучше к нам.
Разговор звучал так, словно они приглашают Хагена
— Лучше, господа, — чопорно ответствовал тот, — если я останусь за рычагами и присмотрю за ситуацией в целом. Дождусь, пока вы освободитесь, и доставлю вас домой. Целыми. Вы не против, ваша светлость?
— Натурально, толку нет скакать, — согласился я. — Сейчас мы бумаженции сдадим — и к тебе.
Мне до ужаса хотелось узнать, какими путями его сюда принесло, но я решил отложить вопросы до более приватной обстановки.
Снова явился командующий операцией капитан, собрал с нас отчёты, вычитал их и только потом отпустил нас на все четыре стороны с напутствием:
— В ближайшие две недели прошу пределы города не покидать.
— Позвольте, это нам сейчас прикажете спешно гостиницу искать? Или в рабочих кабинетах ночевать? — первым успел возмутиться Серго.
— А где вы сейчас живёте? — удивился капитан.
— В Карлуке! — хором ответили мы, а Петя добавил: — В гостях у Ильи Алексеевича.
— А, ну это можно. Значит, пределов Иркутска и Карлука, так объединим.
Засим мы были выдворены с места расследования восвояси.
КУДА ДВИНЕМ?
Дашков остался поддержать сестру, обещавшись нам явиться в гости в выходные. А мы перебрались в «Пантеру» и направили её стопы домой.
— И вот мы снова нашей привычной компанией! — с чувством тёплой ностальгии протянул Петя, входя в просторный салон «Пантеры» и оглядываясь по сторонам. — От души повеселились, можно и домой!
Хаген слегка поджал губы, глядя, какие мы вваливаемся расписные, кровавые да горелые, но от замечаний воздержался.
— Нет, поехали-ка в училище, — сказал вдруг Иван.
— Да-а… Там душевые! — обрадовался Серго.
— Да какие там душевые! — отмахнулся Иван. — Очищением сейчас пройдёмся, и ладно будет. Там пленный сидит. То есть этот… задержанный! Забрать его надо.
— А вообще нам смысл в Карлук ехать есть? — с сомнением высказался я. — Первый час уже, пока туда-сюда мотыляться будем, на сон что останется? Или у вас снадобий целебных на очередной приём нет?
— У меня на два дня с собой, — сразу сказал Петя. Сразу видно, рассчитывал на приключения, стервец! Как чуял!
— У меня только пилюлька, которую на вечер положено, — Серго зашарил по карманам. — Кстати, съем-ка я её прямо сейчас. А утренней нет.
— У меня тоже утренней нет, — кивнул Сокол. — Но в моём кабинете есть телефон! Попросим, кто-то из лис к утру доставит. Действительно, господа, заночуем в училище. Диванов там предостаточно!
— Да в казарме целых три спальни уже под новые группы подготовлено! — воскликнул Серго.