Колючка
Шрифт:
– Мальчик, что с тобой? Ты в порядке? – взволнованный голос леди Эны заставил меня вспомнить, где я нахожусь.
– Да. Просто… вы сказали очень важные вещи. Не уверен, что речь идет о будущем. Скорее, о подсказке на сегодня. Я ваш должник.
Леди Эна сладко улыбнулась, и в ее кошачьих глазах появились озорные искры.
– Мои услуги не бесплатны! – сказала она, постучав тонким пальчиком по щеке.
– Я вас внимательно слушаю.
– Поможешь мне в одном деле, и мы в расчете. Я дам тебе
С этими словами она удалилась по галерее бесшумной походкой ночного хищника. Я смотрела ей вслед, ежась от холодного зимнего ветра.
– Очаровательна, правда? – спросил капитан, подошедший сзади. Я обернулась и смерила его взглядом. – Мой юный друг, нет причин для ссоры. Она не будет ни моей, ни твоей.
Я фыркнула.
– Начинается вьюга. Поговорим в тепле, – сказал капитан, и я поплелась за ним, пытаясь разобраться в собственных чувствах. Когда он дал понять, что у него с Эной ничего нет, мое сердце пронзила вспышка радости. Если так будет продолжаться и дальше, я влюблюсь в капитана, и это ничем хорошим для меня не кончится.
В кабинете словно прошел книжный дождь: повсюду стопками высились пыльные фолианты, стол похоронили под собой многочисленные свитки, по виду очень древние.
– Разгреби себе где-нибудь, – небрежно бросил капитан. Он уселся на подоконник, скрестив ноги. – Что надумал? Останешься в полиции или предпочтешь душеспасительный труд в забое?
– Обожаю ложные альтернативы, – сказала я. – Действительно, как тут выбрать? Все такое заманчивое!
Капитан ухмыльнулся.
– Согласись, я предоставил тебе некоторую свободу. У других и того нет.
– Будем считать, что вы меня уломали. Остаюсь. Отмените гауптвахту?
– Ни за что! – уперся капитан. – Наказания нужны курсантам, как воздух. Без них учеба не идет.
Вспомнив, как лениво дрались на утренней тренировке мои соседи по казарме, я решила, что Нотис не так уж неправ.
– У меня есть условия! – заявила я. – Первое – хочу отдельную комнату, а лучше дом.
– Аппетиты у тебя неслабые.
– Привык к комфорту, – пожала я плечами. – Второе – мне нужен доступ к архивам, если они у вас есть.
Капитан с интересом прищурился:
– Что ищешь?
– А вы? – парировала я, указав на свитки.
– Ладно. Оставим пока этот вопрос. Я договорюсь с Галтом, чтобы тебя пускали. Третье будет?
– Конечно! Третье. У меня нет зимней обуви и куртки. Хочу.
– Был бы я джинном из сказки, сказал бы, что третье желание ты потратил зазря. Зимний мундир курсанты получают в канун Порога. И еще ожидается вечеринка для своих, в клубе «Квадратный серп».
– Что за дурацкое название?
– Согласен. Я слышал, когда-то он назывался «Квадрат и серп» в честь герба лордов Цест, которые его держали. Лорды обнищали, «и» с вывески
Капитан, должно быть, надеялся отвлечь мое внимание от главного, но не вышло.
– К черту байки! Что с комнатой для меня? Дадите?
– Мама тебя совсем вежливости не учила?
– Не было у меня мамы. А папа не считал нужным.
– Оно и видно, – сказал капитан, ничуть не задетый моей резкостью. – Тут, мой мальчик, есть одно обстоятельство, о котором я не упомянул.
Меня охватило предчувствие чего-то дурного.
– Какое обстоятельство?
– Ты в курсе про безумие мага?
– Нет.
– Тогда я тебя просвещу. Так уж повелось, что маги рождаются редко. Во всем Узоре их не больше десятка, включая мастера Осорга, Эну и тебя.
Я не стала говорить капитану, что он ошибается. Маги привыкли прятаться, поэтому сколько их, известно лишь благим богиням.
– Столетие назад, до появления закона о запрете магии, творилось черт знает что. Маги позволяли себе смелые эксперименты и доходили до предела возможностей. А потом случилась вспышка безумия. Четверо магов потеряли контроль над собой и своим даром, направились к королевскому дворцу и перебили охрану. Прошли по этажам, оставляя кровавый след. В общей сложности они убили сто сорок шесть человек. Да-да, так много. К несчастью, дворец готовился к Весеннему балу, и туда съехалась знать со всей округи.
– Как же их удалось задержать?
– Никак! – сказал капитан. – Они убили короля Мовага Второго, а после этого сожгли друг друга. Пожар был виден даже в Сардине.
Потрясенная этой историей, я не нашлась, что сказать.
– Потом вспышка безумия повторилась, но уже в меньшем масштабе, – продолжил капитан. – Два мага, работавших на корону, ни с того ни с сего вызвали вихрь, дали ему себя поднять и разрушили квартал Колодцев. До основания. Сами при этом погибли. Были и другие случаи, после чего магию запретили. Закон старается оградить владеющих даром от последствий его применения. И наказание выбрано максимально суровое, чтобы на риск шли те, кто и без магии мог стать отменным головорезом.
– Вы не понимаете магии, потому что ее в вас нет! – сказала я, невольно поднимаясь. – Закон делает магов заранее виноватыми, даже если они ни за что бы не сорвались. Нельзя наказывать за несовершенные преступления! Разве это не очевидно служителю закона?
Серые глаза капитана вспыхнули от холодного гнева.
– Если маги не в силах держать себя в руках, значит, им не место среди мирных граждан.
Он хмуро глянул в окно, за которым плясали снежные вихри.
– Зачем я с тобой спорю? Ты юн, и мало видел.