Колыбельная ведьм
Шрифт:
– Да она сама скачет по всем! – подскочил один из парней.
– Порядок! – крикнула председательница. – Я выношу вам предупреждение подсудимый Гуреев. Выступите еще раз без позволения, и я удалю вас из зала суда. Вам понятно?
– Понятно, - буркнул он и сел обратно на скамью.
– Продолжайте, - обратилась председательница к Уле.
– Они, - её голос начал сильно дрожать. – Они насиловали меня одновременно, а потом я отключилась. Всё.
– Хорошо, присаживайтесь, - распорядилась Айза. – Для дачи показаний приглашается подсудимый Яковлев. Вы
– Подтверждаю, - ответил парень.
– Рассказывайте, - распорядилась председательница.
– В тот день Байдахов пригласил нас повеселиться. Он говорил, что у него есть способ заставить любую женщину и даже ведьму повиноваться его воле.
– Молчи, сука!
– снова вскочил Гуреев.
– Подсудимый Гуреев, вы удаляетесь из зала суда, - огласила председательница. – Инквизиторы, уведите.
Все в зале проводили скрученного парня взглядом.
– Продолжайте, подсудимый, - сказала Айза, перебирая какие-то документы.
– Да, мы пришли в кафе и нас сразу проводили в отдельную комнату. Байдахов завел странный разговор о том, как несправедлива жизнь инквизиторов и как ужасно управление ведьм. «Их нужно наказать и забрать власть в свои руки» - сказал он. Потом пришла потерпевшая. Все было так, как она рассказала. Лев стал приставать к ней и срывать одежду на наших глазах. Морозова попыталась уйти, но Байдахов остановил её. Я не знаю, что произошло, но вдруг её лицо изменилось, оно стало спокойным и умиротворенным. Она начала улыбаться. Я испугался. Спросил, что будет, если кто-то узнает об этом и Байдахов меня выгнал. Что было дальше, я знаю только из слухов.
– Всё? – уточнила председательница.
– Да, - подтвердил Яковлев.
– Для дачи показаний приглашается подсудимый Овечкин. Вы подтверждаете, что ознакомлены с тем, что дача заведомо ложных показаний является преступлением и, что в случае несоответствия показаний к вам будет применено заклинание языка?
– Да, - ответил парень.
– Можете начинать.
– В тот день Байдахов пригласил нас развлечься в городе. Мы сидели в отдельной комнате в кафе. Яковлев лукавит, - он бросил острый взгляд на своего бывшего друга. – Он лукавит, когда говорит, что Лев начал разговоры о правительстве. Это он завел эту тему, а мы просто не остановили его. Когда появилась Морозова, они со Львом сказали, что перепробовали уже все и хотели бы разнообразить свои развлечения групповым сексом.
– Что он несет? – шепотом закричала Маруся.
– Пытается перевернуть историю так, чтобы не было никакого изнасилования, - спокойно сказал Александр.
Ульяна опустила голову, по её щеке скатилась одинокая слеза.
– Держи голову выше, - сказал ей, сидевший рядом Кирилл. – Тебе нечего стыдится или скрывать, а его ложь все равно ему не поможет.
– В процессе она улыбалась, как нам было понять, что она против?
– Подсудимый, Байдахов наносил удары потерпевшей? – спросила председательница.
–
– Вы видели кровь из влагалища и ануса потерпевшей?
– Не видел.
– Спасибо, присаживайтесь, - сказала Айза. – Для дачи показаний вызывается Обогоева Баярма. Вы подтверждаете, что ознакомлены с тем, что дача заведомо ложных показаний является преступлением и, что в случае несоответствия показаний к вам будет применено заклинание языка?
– Да, председательница, - за кафедру встала врач Обители.
– Прошу.
– Я – Обогоева Баярма, состою на службе врачом в ленинградской Обители. Я проводила медицинский осмотр потерпевшей Морозовой. Заключение следующее: множественные синяки внешний покровов и слизистой влагалища, разрыв влагалища, анального кольца и одного яичника.
– Специалист Обогоева, могли ли данные повреждение быть следствием слишком страстного полового акта и могла ли потерпевшая Морозова их не заметить?
– Ни в коем случае, - ответила Баярма. – Данные повреждения слишком болезненны и судя по карте синяков её, однозначно, удерживали силой.
– Спасибо, вы свободны, - сказала председательница. – Судебное слушание объявляется закрытым. Суд удаляется для вынесения решения.
– Всем встать. Суд идет.
***
– Всем встать. Суд идет.
– Начинается слушание дела Сологуб Камеи и Денисова Роберта. Она обвиняются в массовом убийстве, надругательством над телами погибших, попытке убийства, попытке открытия врат Хаоса и мошенничестве против Лебедевой Анны, в результате чего было опорочено её имя и достоинство. Подсудимая вы подтверждаете, что ознакомлены с тем, что дача заведомо ложных показаний является преступлением и, что в случае несоответствия показаний к вам будет применено заклинание языка? – скучающе протараторила председательница Айза.
– Да, - прошипела Камея в ответ.
– Вам есть, что сказать подсудимая? – спросила председательница.
– Почему нет Весты? – шепотом спросила Маруся.
– Дело касается твоей матери, её сестры, поэтому она отстранена от слушания этого дела, - ответил Александр.
– В этом нет моей вины, председательница, - жалобно заговорила Камея. – Это не я. Это всё Роберт. Я же предупреждала вас всех о мужской агрессии. Он обманул меня. Я была влюблена в него, чем он и пользовался. Он хотел открыть врата и впитать в себя силу Хаоса, чтобы совершить переворот и захватить власть в свои руки. Вы же знаете меня, председательница, я и мухи не обижу.
– Вызывается потерпевшая Лебедева Мария, - огласила Айза.
– Вы подтверждаете, что ознакомлены с тем, что дача заведомо ложных показаний является преступлением и, что в случае несоответствия показаний к вам будет применено заклинание языка?
– Да, - настала очередь Маруси встать за кафедру.
– Что вы можете нам рассказать? – спросила председательница.
– Жрица Камея хотела заморозить меня на смерть в фуре с мясом и незаконно казнить Александра Раевского, потому что у меня было ведение, что она открывает врата Хаоса.