Колыбельная ведьм
Шрифт:
– Мама? – неуверенно спросил он.
Глаза женщины перед ним наполнились слезами. Он столько мечтал об этой встрече. Представлял какое у неё лицо. И вот она перед ним. Его лицо превратились в восковую маску. Он хотел кричать. Высказать ей все, что у него накопилось за эти годы и что о ней думает.
– Может хватит этих нежностей? – вовремя вмешалась Инга. – У нас тут как бы преступление века нужно остановить.
– Инга, - шикнула на неё Дарья.
– Не надо, Инга права, - строго сказала еще одна не знакомая парню женщина. – Прости, Юль, но давайте потом поговорите.
– Ничего, я понимаю, - сказала она. – Я ждала восемнадцать лет и еще пару часов подожду.
– Александр, - окликнула
– Все началось с изнасилования Ульяны, - начал говорить парень. – Маруся сейчас в очень…, - он пытался подобрать правильное слово. – В очень подавленном состоянии. Она сказала, что ей нужно просмотреть документы за 17 век. Я помог ей пробраться в хранилище при храме. Там мы узнали, что инквизиторы, рожденные жрицами, обладали даром подчинения разума. Маруся утверждала, что Байдахов использовал эту способность. Там нас и застала Камея. Маруся ей всё рассказала и я, честно сказать, не понял, что произошло, но вдруг жрица сказала, что вроде: «Что вы Лебедевы лезете куда вас не просят». Она усыпила Марусю, а меня кинули в темницу. Всё.
– Мы прошерстили всю Обитель. Маруси здесь нет, а Камея недавно от куда-то вернулась, - сказал Владимир, который куда-то выходил.
Темноволосая женщина, что назвалась Анной, взяла в руки нож и полоснула себя по ладони. Крупными каплями кровь стекала на стол. Александр подошел ближе. На столе лежала карта города.
– Мате аксан суку эн лаффи, - сказала Анна и лужица дернулась. Кровавая змея проползла по карте и обрисовала кругом какой-то район.
– Что здесь? – спросила Анна. – Я уже не помню.
– Промзона, - ответил Владимир. – Там загружают фуры и товарные вагоны. Я поеду туда.
– Возьми с собой Оззи, - сказала бывшая жрица. – Он сможет помочь, если окажется ближе к Марусе.
Её голос дрожал, но она старалась контролировать себя.
– Я тоже с тобой, - вызвался Александр. – Вдвоем мы быстрее её найдем. Я энергию Маруси из тысячи узнаю.
***
Пока Александр и Владимир уехали искать Марусю, женщины решили времени зря не терять. Благодаря, дочери Анна знала, что затеяла Камея и могла её остановить. В храме царила пугающая пустота. Застарелая тоска кольнула сердце Анны. Когда-то это место было её домом, а теперь царил недружелюбный мрак и холод. По узкому коридору они двинулись в сторону зала врат Хаоса.
– Стойте, - вдруг крикнула Анна, выставляя руку вперед. – Она уже начала. Нарушишь символы, и ты труп.
Дверь в зал с вратами была на распашку, оттуда доносился слабый напев. На полу перед входом кровью были выведены древние символы.
– Пусть закончит, - сказала Анна.
– Ты что такое говоришь? – удивилась Инга. – Она же выпустит Хаос.
– Я же не дура. Я все предусмотрела перед своим уходом, - ответила Анна.
Женщина шагнула в приоткрытую сбоку дверь подсобного помещения. Она знала, чего требует данный ритуал, но не представляла какого это будет увидеть вживую. Не менее десятка мужских тел были подвешены к потолку вверх ногами, из некоторых из них по сих пор собирались редкие капли крови и падали на пол. Ближе всех висел совсем молодой парнишка с темными коротко стриженными волосами, настолько что могло показаться, что он лысый. У него, как и у прочих было перерезано горло. На полу стояли ведра с какой-то воняющей и мутной жидкостью. В большие деревянные ящики, в которых обычно складывают фрукты и овощи, валялись человеческие кости и окровавленные части тела.
– Кажется меня сейчас вырвет, - сказала Юлия.
ГЛАВА 26
ГЛАВА 26
ВРАТА ХАОСА
Зал с воротами Хаоса был наполнен светом тысячи свечей. Они сильно коптили
В центре пентаграммы обнаженная и обмазанная кровью Камея танцевала с чашей в руках. Её волосы слиплись. Кровь струилась по её телу. Она напевала давно забытые слова, двигалась в такт и ощущала вибрации магии, что переполняли её в данный момент. Кровь в чаше поблескивала в свете свечей, пока Камея жадно пила её. Пространство вокруг словно зазвенело. Она подозвала к себе мужчину, что все время стоял в тени. Он приблизился так близко, что их дыхание перемешалось. Не боясь испачкаться в крови, Роберт начал жадно ласкать тело Камеи. Без долгих прелюдий они опустились прямо на пол. Жрица села на берда инквизитора, впуская в себя его член. Роберт впился пальцами в ягодицы жрицы до синяков и принялся задать темп. Страсть набирала ритм. Кровавые символы смазывались вокруг них. Дыхание становилось громким и быстрым. Камее послышался лязг металлического замка и на её лице растянулась благоговейная улыбка. Все шло как надо. Роберт приподнялся, так что их тела сблизились еще больше, а угол проникновения изменился. Мужчина был напорист в своём желании. Он втянул ртом сосок. Острота ощущений доставляла Камее удовольствие. Она уже не могла разделить вибрации магии вокруг и внутри неё. Её тело стало содрогаться.
Покрытые потом и кровью они поднялись с пола. Довольная Камея поворачивается к вратам, и её улыбка тает за секунду. Замки были закрыты.
– Я же верно сделала, - прошептала она. – Я столько лет готовилась!
Камея подбежала к вратам и дернула замок, которые отказывался подчиняться.
– Морсинус алум! – за спиной жрицы что-то огромное рухнуло на пол.
– Что не получается? – прозвучал насмешливый голос. Она так давно уже его не слышала.
– Как? – прошипела она. – Как ты это сделала?! Тебя здесь восемнадцать лет не было!
– Какая теперь разница? – спросила Анна.
Камея развернулась, чтобы встретиться со взглядом своей бывшей наставницы. Роберт лежал на полу без сознания. Зал медленно наполнялся ведьмами и инквизиторами.
– Мне нужно знать, как ты меня переиграла, - настаивала Камея.
– Хорошо, - согласилась Анна. Пройдя в центр, она подняла с пола старый черный фолиант. Она пролистала его практически до конца и показала страницу Камее. – Этот ритуал такой же древний, которым пользовалась ты и такой же могущественный только полностью противоположен и главное отличие в том, что он завязан на крови одного человека. Перед своим уходом с его помощью я еще раз запечатала врата.
– Серьезно? – спросила она.
– Ты подписала себе смертный приговор, когда решила не использовать кровь Маруси, - сказала Анна.
– Ты сумасшедшая, если решилась проводить это на собственной крови!
– Сологуб Камея, ты обвиняешься в массовом убийстве, попытке убийства, мошенничестве и попытке открыть врата Хаоса. Тебя ждет суд верховных, - объявила Веста и самостоятельно защелкнула широкие наручники на её руках.
Она шла вперед с гордо поднятой головой. Её босые ступни смазывали кровавые надписи на полу. Проходя мимо Анны она сказала:
– Меня – то ты поймала, а дочь не уберегла.
Её дьявольский смех эхом разносился по всему храму.
***
Владимир несся по единственной автостраде города, прилегающего к Обители, в сторону промзоны. Он так сильно сжал руль, что костяшки побелели. Огни фонарей слились в сплошную линию. Оззи сидел на приборной доске. На заледенелой трассе машину иногда заносило, но всем было плевать. Александр, который презирал все ведьминское общество, молился первым ведьмам. Владимир резко свернул с трассы. Вскоре потянулись однотипные серые здания и металлические сараи. Одиноко стоял завод, который не переставая выплевывал ядовитый дым.