Колония
Шрифт:
Ее отец как раз в эту минуту выскочил из дома, быстро говоря с ней по-французски на пониженных тонах. Чтоб слуги не узнали, что он орет на нее. С пятиэтажной высоты Дэнни не мог уловить слов, но он знал тон: папа строго выговаривал дочке за бесшабашную езду по городу — и задержку там на всю ночь.
Она рассмеялась и пожав плечами на очень французский лад чмокнула его в щеку. Он беспомощно стоял на месте, когда она прошла в дом.
Позже в тот же день, когда служанка
— Вы умеете говорить по-английски?
Он пытался поговорить с ней и раньше, но она всегда отвечала только пораженным взглядом широко раскрытых глаз и бормотанием арабской фразы бывшей местной версии «Не понимаю».
Она покачала головой.
— Отлично, девочка, — весело бросил Дэнни. — В таком случае мы просто поставим поработать над этой проблемой современные чудеса электроники.
Он выбил на наручном коммуникаторе ряд цифр и связал его с видеоэкраном занимавшим всю противоположную стену комнаты.
МЕЖДУНАРОДНАЯ СЛУЖБА ПЕРЕВОДА засветились на экране желтые буквы, а женский голос одновременно произнес:
«М-С-П. Чем можем вам помочь?»
Дэнни знал, что это говорит компьютер. И приказал:
— С английского на арабский и обратно, пожалуйста. Разговорный язык. Багдадский диалект, если такой есть.
— Разумеется, сэр. — Компьютер уже получил код счета Дэнни; именно эту информацию он и выбил на коммуникаторе, когда звонил.
— Как тебя зовут? — спросил Дэнни, глядя на девушку.
Видеоэкран показал вопрос текущим арабским письмом, и одновременно мужской голос — не слишком отличавшийся от голоса Дэнни — задал вопрос на этом языке.
Девушка уставилась на экран, а затем посмотрела на Дэнни.
— Не бойся, — улыбнулся ей Дэнни. — Я просто хочу знать, как тебя зовут.
— Ирина, — сказала она чуть слышным голосом. Она произнесла последнюю гласную.
— Но это же греческое имя.
— Вы не скажете шейху аль-Хашими, что я говорила с вами? Он приказал мне вовсе с вами не разговаривать, даже хотя я не говорю по-английски.
— Я ему не скажу. Тебе нечего бояться.
— Я гречанка, — сказала Ирина. — Я работаю на аль-Хашими, как домашняя прислуга, за жалование. Мой отец занимается для шейха налоговыми отчетами.
Дэнни уселся на постель и откинулся на подушке.
— Ну черт меня подери! Вы предпочли бы говорить по-гречески? Компьютер, знаете, может и это тоже.
— Это мой родной язык, — согласилась она. — Я также говорю по-французски и немного по-итальянски.
— Греческий, — решил Дэнни. — Так вам будет легче.
Через несколько минут она сидела в кресле рядом с постелью и они стали не только друзьями,
— Аль-Хашими выбрал меня прислуживать вам потому что я не говорю по-английски. Он по какой-то причине не хочет, чтобы его домашние говорили с вами. Если б охранник за дверью узнал…
— Почему это? — спросил Дэнни, автоматически понижая голос. — Я здесь пленник?
— Не знаю. Шейх озабочен вашей работой. Я думаю, он так же озабочен из-за своей дочери, той, что привезла вас сюда.
— Озабочен из-за нее? Что вы имеете ввиду?
— Он отец, желающий защитить свою дочь от мужчин. Очень старомоден, когда речь заходит о его дочери.
— О. Так вот почему…
— Насчет себя он не очень старомоден, — добавила Ирина.
— Сколько у него жен?
Обеспокоенно тряхнув головой, Ирина ответила:
— Жена у него была только одна, и она умерла много лет назад. Но у него есть много любовниц, и не только девушек, но и мальчиков. Он проявлял некоторый интерес и ко мне, но его дочь защитила меня от него.
— А что думает об этом ваш отец?
Ее лицо помрачнело:
— Мой отец сделает все, что ему велят. Ему можно закрыть глаза деньгами.
— Но дочь живет здесь.
— Пока. Она очень скоро отправится в космос. Шейх хочет послать ее на «Остров-1», жить там и заниматься наукой.
— Она ученая?
— Нет, — ответила, смеясь Ирина: — И она не испытывает ни малейшего желания покидать Багдад. Они не одну неделю уже спорили из-за этого. Это полнейший скандал. Арабским дочерям не полагается спорить с отцами.
— Она обладает сильной волей, не правда ли?
— Она получила образование в Париже и Италии. Они вложили в ее голову западные идеи.
Дэнни засмеялся ей в ответ:
— Рад этому. Как ее зовут?
— Бхаджат. И отец запретил ей видеть вас.
— Э, я сказал…
— Вы в нее влюблены, — продолжала восторженно сверкая глазами Ирина. Все домашние знают, что она спасла вам жизнь и привезла вас сюда. Именно ее кровь и спасла вас.
— Ее кровь? Вы имеете в виду переливание?
— Да. Иначе б вы умерли. Шейх пришел в ярость, когда услышал об этом. Кровь аль-Хашими отдана неверному! Он пришел в ярость.
Во мне течет ее кровь.
— Но это не значит, что я влюблен в нее, — возразил он Ирине.
— Почему же тогда вы задаете мне все эти вопросы?
Дэнни с миг подумал, а потом ответил контрвопросом:
— А почему вы рискуете работой, отвечая на мои вопросы?
— Потому что… — она заколебалась. — Потому что все это романтично. Знаете, Бхаджат пыталась увидеться с вами.