Колодец тьмы
Шрифт:
И в этот момент на принца обрушилась магическая сила Портала Богов.
Дагнарус не мог умереть, но сейчас он предпочел бы смерть. Он стонал и корчился от нестерпимой боли. Повалившись на пол, он попытался уползти обратно. Дагнарус делал все, что мог, стремясь ускользнуть от чудовищных мучений.
Потом он услыхал мощный взрыв и почувствовал, как задрожала земля. Сквозь веки, сомкнутые от пронзительной боли, принц увидел, как оседает Храм и рушатся городские стены. Обломки падали на защитников и нападающих, навсегда прекращая их войну. Воды реки,
Дагнарус яростно зарычал, проклиная богов — этих подлых богов, столь завистливых к его победе, что они предпочли уничтожить Виннингэль, только бы не позволить ему восторжествовать.
Но он не мог умереть. Боги были не в силах убить его. Он еще поквитается с ними. Рука принца мертвой хваткой сжимала Камень Владычества.
Пусть он потерял все на свете, камень принадлежал ему. И богам не отнять у него этот камень.
Свет дрогнул, стал меркнуть и погас.
Тьма, целительная и успокоительная тьма окутала его. Она пришла забрать Владыку Пустоты.
Глава 6
Колодец Тьмы
Ей показалось, что на нее упал весь мир.
Вэлура видела, как Гарет бросился по коридору назад. Она попыталась его задержать. Она была совсем рядом, когда Гарет, прибегнув к заклятию Пустоты, поверг наземь Хельмоса и помог Дагнарусу одержать победу. Гибель Гарета совершенно не тронула ее. Вэлура ненавидела его, как ненавидела всех, кто находился рядом с Дагнарусом. В особенности живых.
Она видела, как Дагнарус вступил в Портал. Нестерпимый свет, исходящий из Портала, ослепил ее и наполнил глаза такой болью, что Вэлура предпочла бы вырвать их, только бы не смотреть на этот свет.
Она ждала, когда принц вернется к ней, вернется победителем. Но потом она услышала его крик — хриплый, душераздирающий крик гнева и бессильной злости.
Вэлура попыталась противостоять свету, заставив себя терпеть его, хотя ей казалось, что свет буквально вытягивает из нее все жилы, поглощая темную завесу магии, поддерживавшей ее безжизненное тело. Ценой невероятных усилий Вэлура добралась до двери Портала, и в это мгновение грянул взрыв, сопровождавшийся ослепительной вспышкой света.
Вэлура звала принца, она силилась спасти его, но взрывная волна подняла ее, словно пыль, закружила и унесла далеко от любимого. Весь мир обрушился на нее, погребая под громадными обломками, еще недавно называемыми Храмом, а сейчас разбросанными в разные стороны, словно игрушки какого-нибудь великана.
Вэлура не потеряла сознания. Самое ужасное было в том, что она не могла потерять сознание. Она слышала голоса живых, слышала их предсмертные крики, но для нее они значили не больше, чем щебетанье птиц или жужжание насекомых. Единственный голос, который она жаждала услышать, единственный голос, который значил в ее жизни все, не откликался. Этот голос молчал.
Она была завалена обломками Храма. Вокруг было темно. В воздухе плавала пыль. Откуда-то ей на лицо капала вода, а может, кровь. Вэлура попыталась встать
Тишина ужасающе звенела у нее в голове. Испытывая неистовое желание услышать голос любимого, Вэлура приподняла колонну и отшвырнула ее в сторону. Опустившись на четвереньки, она начала пробиваться сквозь завал, отбрасывая прочь куски мрамора и вызывая обвалы в горах обломков, некогда называвшихся Храмом.
Вэлура не знала, сколько времени занял этот путь: может — часы, а может — дни. Она должна была найти Дагнаруса. Когда она наконец выбралась на поверхность, ночь уже миновала. Над Виннингэлем вставал серый рассвет, похожий на покрывало, сотканное из пепла. Но каким по счету был этот рассвет после того, как армия Дагнаруса вошла в город? Сколько дней и сколько ночей успело пройти за это время?
Она стояла посреди обломков и смотрела вокруг. Обычно врикили редко испытывают чувства, и то это бывают лишь отзвуки сильных чувств, запомнившихся еще при жизни. Но сейчас Вэлура ужасалась, удивлялась увиденному и одновременно была странно заворожена открывшимся зрелищем.
Виннингэль — красивый, богатый и процветающий город, вызывавший восхищение и зависть, — лежал в развалинах. Дворец уцелел, но лишь отчасти. Его башни обрушились, кое-где в стенах зияли провалы. С возвращением воды ожили водопады, но их вода была темной от гари и имела красноватый оттенок. В воздухе висел дым; пожары продолжались на всех ярусах города. Пепел и зола сделали черным некогда прозрачное голубое озеро Илдурель.
Из-под обломков выбирались немногие уцелевшие жители Виннингэля. Одни из них ползали вокруг развалин, не переставая звать пропавших близких; другие, так и не оправившись после потрясений, отрешенно брели неведомо куда, как потерявшиеся дети, ожидающие, что кто-то разыщет их и отведет домой.
В небе мелькнула тень, и люди с криками бросились прочь. Тень проскользнула над Вэлурой, и ее тьма была чернее самой женщины-врикиля, а повеявший холод заставил вздрогнуть даже ее мертвую плоть. Вэлура инстинктивно прижалась к земле и подняла голову.
Над Виннингэлем, будто хищный ворон, кружил огромный дракон — черный силуэт на фоне серого рассвета. Его красные глаза что-то высматривали и, кажется, высмотрели, ибо дракон застыл на месте, а затем стал резко снижаться, распростерши крылья и растопырив свои когтистые лапы.
Вначале Вэлуре подумалось, что дракон высмотрел ее, и она не шутку перепугалась, поскольку когти дракона, как и меч Владыки, были смертельными для врикиля. Однако дракон не обратил на нее внимания, и, когда он подлетел еще ближе, страх покинул Вэлуру. Дракон был ей сродни, ибо являлся драконом Пустоты.
Дракон опустился посреди развалин Храма, затем стал осторожно пробираться сквозь обломки.
Вэлуру вновь охватил страх, но теперь уже не за себя. Возможно, он искал Дагнаруса! Вэлура выползла из своего укрытия, чтобы ей лучше были видны действия дракона.