Колодец тьмы
Шрифт:
Гарет запретил себе думать об этом. Его душа находилась в таком смятении, была охвачена такой тревогой и беспокойством, ожидая противостояния двух братьев — принца и короля, — что на скорбь по другим у него просто не оставалось сил.
Они вошли в кладовые Храма. Поскольку эти помещения располагались под землей и не имели окон, здесь почти не ощущалось удушающего запаха дыма.
Дагнарус резко остановился.
— Ты знаешь, где находится этот Портал? — спросил он, озираясь по сторонам, словно Портал Богов мог находиться посреди винных бочек и кругов сыра, висевших гроздьями забитых кур и окровавленных бараньих
Он повернулся к Гарету. Гарет знал: рано или поздно принц задаст этот вопрос, и все время с ужасом ждал, когда он прозвучит.
— Где Портал? — вновь повторил Дагнарус, начиная злиться.
Проще всего было бы прикинуться незнающим, однако принц ему не поверит. Всякий, кто провел столько лет в Храме, сколько Гарет, непременно знает, где искать Портал Богов.
— Да, ваше высочество, я знаю.
— Что ты там бубнишь? — раздраженно накинулся на него Дагнарус. — Говори громче.
— Я знаю.
— Тогда веди нас туда.
Гарет мешкал. Глаза Дагнаруса опасно сощурились.
— Обещайте мне... обещайте, что вы не убьете его, — наконец выдохнул Гарет, и слова эти вырвались из него, как стон.
— Убить? Разумеется, я не убью его! — сердито воскликнул Дагнарус. — Я же не чудовище! Он — мой брат. К тому же я хочу, чтобы он стал свидетелем моей триумфальной победы. Я извлеку из него пользу. Быть может, даже разрешу ему остаться Владыкой. Теперь они все будут мне подвластны, и Хельмос может оказаться полезен. Никакого убийства, Меченый. Хельмосу нужно всего-навсего отдать мне Камень Владычества, и тогда я расцелую брата в обе щеки и прижму его к своей груди.
— Вы же знаете, он скорее предпочтет умереть, чем отдать вам камень, — сказал Гарет.
— Слушай, Меченый! — Дагнарус схватил Гарета за руку и, с силой сжав ее, притянул его лицо к своему. Забрало шлема больно врезалось Гарету в кожу, расцарапав ее. — Я найду этот Портал. Если понадобится, я переверну вверх дном весь Храм и камня на камне от него не оставлю. Но я его найду. И знай: сейчас я доволен своим успехом и потому милосерден. Но если ты вздумаешь играть со мной в прятки, и мне придется в поисках брата разнести Храм по кусочкам, я буду совсем в другом настроении. Гнев и недовольство будут только возрастать с каждой понапрасну открытой дверью. И к тому времени, когда я все-таки найду Хельмоса, я просто задушу его собственными руками, и делу конец. Так что ты выбираешь, Меченый? — после недолгого молчания спросил принц. — Ты приведешь меня туда, где находится мой брат?
— Приведу, — кивнул Гарет.
«Может, оно и к лучшему, — подумал Гарет. — По крайней мере, я хоть буду присутствовать при их разговоре, иначе разъяренный Дагнарус может просто и близко меня не подпустить, а то и убить, чтобы не мешался».
За все это время у Гарета не возникало необходимости использовать свой магический дар, и потому он ощущал себя достаточно сильным. Он знал, что Хельмос так просто не отдаст Камень Владычества. Однако может случиться так, что он сумеет освободить одного брата от своего присутствия и ценой собственной жизни спасет другого.
Он быстро и уверенно направился к самому центру Храма.
Он повел Дагнаруса к Порталу Богов.
Глава 5
Портал Богов
Хельмос сидел на койке в маленькой келье, где находился Портал Богов. Он крепко сжимал в руке
Да и почему, подумал Хельмос, они должны помогать людям?
Собственный вопрос застал короля врасплох, и он задумался.
Нет, они должны помочь — так поначалу рассуждал Хельмос. Но почему? Потому что я прошу их. Потому что я прошу их сохранить мою столицу и моих подданных.
Но боги не строили городских стен. Они не возделывали землю и не собирали урожай. Боги не заполняли книгами библиотеку и не мастерили кровати для Приюта Врачевателей. Конечно, боги дали нам магию, чтобы лечить больных, равно как они сотворили камень для стен и наши глаза, позволяющие читать книги. Тогда кого считать создателем стен, книг, больничных кроватей? Тех, кто дал нам материалы и научил ремеслам, или тех, кто все это делал своими руками?
Боги дали нам Порталы, дабы мы смогли легко путешествовать в земли наших собратьев и ближе знакомиться с ними. А как поступили мы? Охваченные страхом, мы наглухо запечатали Порталы!
Хельмос разжал ладонь и долго глядел на Камень Владычества. Он воскресил в памяти церемонию разделения камня, увидел камень в отцовских руках — бриллиант безупречной формы, без малейшего изъяна. Хельмос увидел, как камень разделился на четыре части, а затем... затем он увидел то же, что тогда увидел Дагнарус, — Пустоту. Она возникла в самом центре, когда разъединились части Камня Владычества. Хельмос с ненавистью и отвращением глядел в Пустоту, и на какое-то мгновение ему показалось, что она способна поглотить весь мир, лишив его света, красоты и истины.
— Нет! — вслух произнес Хельмос. — Я этого не позволю.
Он без страха смотрел прямо в темноту. Казалось, темнота заполняет собой все. Зрелище было на редкость ужасающим. Но по краям темноты сияли четыре маленькие светящиеся точки. Четыре огонька, продолжавших гореть.
Они чем-то напоминали звезды: чем темнее ночь, тем ярче они светят.
Боги не смогли спасти ни его, ни Виннингэль. Человек должен сам сделать свой выбор и либо спастись, либо погибнуть. Родители учат ребенка ходить. Они следят, чтобы он, упав, не разбил себе голову. Они с тревогой слышат плач своего малыша и видят, как он тянет к ним ручонки, прося, чтобы его взяли на руки и понесли. Но как ни больно родителям, в какой-то момент они отказываются ему помочь.
Ребенок должен научиться ходить и идти сам.
Теперь Хельмос был абсолютно уверен, что боги ответили на его молитвы, но их ответ был не таким, каким бы ему хотелось. Они не подхватили его с твердого пола на руки и не стали укачивать и целовать, защищая от мира. Он должен идти сам. Пусть тьма поглотит его, как ночь поглощает день; боги дали ему все необходимое, чтобы пережить ночь и радостно ожидать наступления рассвета.
— Прости меня, отец, — тихо сказал Хельмос, и слезы хлынули у него из глаз. — Прости меня за то, что усомнился в тебе. Только через разделение камня, только через принятие, понимание и уважение наших различий мы можем надеяться вновь соединить части в целое. Ты понимал. Ты знал: если мы это сделаем и наши усилия увенчаются успехом, разделенный камень будет сильнее, нежели был бы неразделенный.