Колодец тьмы

Уэйс Маргарет

— Мы обнаружили нескольких эльфов, погибших не от огня. Эти эльфы, ваше величество, были не солдатами, а целителями. Каждый из них был варварски разорван на куски. Тело господина Мабретона нам найти не удалось. Только этот кулон.

— И никаких следов моего бра... — Хельмос замолчал и резко втянул воздух. — Никаких следов Дагнаруса?

— Нет, ваше величество. Правда, мы кое-что узнали от крестьян, живущих близ дороги, ведущей в Дункаргу. Они рассказывали о каких-то демонах, промчавшихся на темных конях в направлении Дункарги. Но эти крестьяне, ваше величество, — люди невежественные, склонные

к предрассудкам...

— Благодарю вас, капитан.

Хельмос повернулся и положил свою руку на холодную, безжизненную руку отца.

— Ваше величество, каковы будут ваши распоряжения? — спросил Аргот. — Простите, что потревожил вас, но город весь бурлит. Народ обеспокоен.

Хельмос не взглянул на него. Сжав отцовскую руку, новый король глубоко вздохнул.

— Готовьтесь к войне, капитан. Других распоряжений у меня нет. Готовьтесь к войне.

Часть III

Глава 1

Раскол

Защитник Божественного с почтением приближался к месту поклонения Досточтимому Предку. Он надел лучшие одежды, ибо его мать всегда утверждала, что способна судить о характере любого эльфа по качеству шелка, выбранного им для прикрытия своего тела. Защитник собственноручно нес коврижку из овсяной муки, пропитанную медом, — любимое лакомство Досточтимого Предка. Следом за Защитником двигались слуги, то и дело останавливаясь, чтобы поклониться. Еще бы, ведь они подходили к святая святых дома. Слуги несли изящный чайник в виде дракона, полный чая, заваренного с апельсиновыми корочками и черным перцем, а также две небольшие фарфоровые чашки. Фарфор был настолько тонким, что чашки казались почти прозрачными.

Защитник поставил овсяную коврижку перед местом поклонения и указал, где должны стоять чашки. После этого он отпустил слуг и сам разлил чай по чашкам. Досточтимый Предок ценила внимание. Потягивая чай, Защитник ожидал ее появления.

Призрак старухи не замедлил появиться. Напротив Защитника возник ее размытый облик, сопровождаемый легким ароматом жимолости. Хотя Досточтимый Предок не испытывала более потребности в пище и не могла пить чай, ей доставляли удовольствие сами чувства, связанные с этой церемонией.

Церемония началась с обязательных расспросов. Досточтимого Предка интересовало состояние здоровья каждого из ныне здравствующих членов семьи Защитника, включая и четырнадцать его детей. После этого Защитник учтиво осведомился о других предках: прадеде и прабабке, их братьях и сестрах. Не забыл он спросить и об одном из своих любимых двоюродных братьев, безвременно погибшем в сражении. Наконец формальности были соблюдены, и разговор перешел на более животрепещущие темы.

— Досточтимая Матушка, сегодня утром прибыла посланница от короля Хельмоса.

С этими словами Защитник достал из складок одежды свиток. Он положил свиток на столик и разгладил рукой.

— Это послание привезла одна из Владык — Владычица Альтура. Послание содержит просьбу короля Хельмоса, однако совсем не ту, что мы ожидали.

— Солдаты? Золото? Оружие? — спросила старуха.

Ее глаза — наиболее живая часть ее призрачного облика — ярко вспыхнули. Она поднесла к губам чашку, поскольку

не хотела, чтобы сын испытывал неловкость, вынужденный пить чай один.

— Или он просит чего-то другого?

— Разумеется, он просит и то, о чем ты упомянула, но это лишь предлог, — ответил Защитник. — Несомненно, у него есть шпионы, которые донесли ему, что значительную часть сил принца Дагнаруса составляют эльфы. Король знает, что эти войска пересекли границы человеческих владений по моему приказу или, по крайней мере, с моего ведома.

— Он мог подумать, что приказ исходил от Божественного, — заметила призрачная старуха, с нескрываемой тоской глядя на овсяную коврижку.

— Король Хельмос понимает, что Божественный — моя марионетка, которая движется только тогда, когда я дергаю за ниточки. На словах я продолжаю утверждать, что эльфы, воюющие на стороне принца Дагнаруса, являются отступниками, однако Хельмос — не дурак.

— Ну так пошли и ему армию, — предложила Досточтимый Предок. — Пока мы истребляем людей и преследуем наши цели, не все ли равно, на чьей стороне мы сражаемся?

— Я именно это и собирался сделать, однако ему нужна не армия.

Защитник перевел взгляд на футляр изысканной работы, изготовленный из золота и хрусталя, который стоял на самом почетном месте домашнего алтаря. Под футляром, на пьедестале, покрытом пурпурным бархатом, лежал драгоценный камень, имеющий форму совершенного трехгранника. Бриллиант отражал свет алтарных свечей, вспыхивая множеством маленьких радуг.

— Камень Владычества! — вдруг резко произнесла призрачная старуха.

— Да, Досточтимая Матушка, — поклонился Защитник. — Потому я и решил, что лучше всего будет перенести камень из сада в наш дом. Король Хельмос просит вернуть нашу часть камня. Можно даже сказать — требует.

— А-а! — Досточтимый Предок нахмурилась и позабыла про воображаемое чаепитие.

Глаза, похожие на глаза хищной птицы, сузились и блеснули.

— Это ставит нас в трудное положение. Неужели король испытывает столь отчаянную потребность в нашей части камня? Или же Хельмос опасается, что принц-демон способен захватить власть?

Старуха покачала призрачной головой.

— Далее если Владыка Пустоты осадит Виннингэль, город хорошо укреплен. Запасов провизии хватит на несколько месяцев. Недостатка в воде они не испытывают. Чего тогда бояться королю Хельмосу? — Мать Защитника усмехнулась. — Принц действует не так, как стали бы действовать мы, эльфы. Вот тогда бы у человеческого короля и вправду были основания тревожиться.

— Однако мы не станем посылать наши войска против Виннингэля, — сказал Защитник и налил себе еще чая. — Мы получаем немалые деньги от торговли с людьми, а все наши попытки завоевать их принесли бы только убытки. Мне думается, лучше всего дать людям возможность резать друг другу глотки. Когда же они будут обескровлены, мы захватим их пограничные города и начнем богатеть, продавая им древесину и другие материалы, которые им понадобятся для восстановления разрушенного. Таков мой замысел. И мне казалось, что он совсем неплох. Однако, — Защитник поставил чашку и озабоченно взглянул на свою призрачную мать, — я никак не предполагал, что король попросит вернуть нашу часть Камня Владычества.