Коллапсис
Шрифт:
– Эй! С ума сошли, что ли?! – возмущённо прикрикнул Тракер.
– Нам простительно, мы уже в психушке, – пожал плечами Делрой и кинулся вверх по лестнице вместе с Бэнни.
– Не отставайте, братец Джек!
– Да черта с два я с вами пойду!
– Пойдёшь, ведь ты сумасшедший эгоцентрик, который жаждет к себе внимание и жить не может без адреналина, и которому, к слову, жутко скучно в этом санатории Сатаны, – донёсся заумный тон Делроя со второго этажа.
Покрасневший от гнева Джек ринулся вверх, проклиная весь честный свет. Ведь выскочка Делрой был
Операция по проникновению отряда шпионов в восточную башню началась с кислой мины Джека, ритуального танца Бэнни, призывавшего удачу, и проницательности Делроя. Никк не думал нестись сломя голову на рожон. Замок был не столь огромен, каким мог показаться снаружи – всего четыре этажа, последний из которых ввёл в башню. В отделении для буйных Никк осмотрелся, пройдясь по этажу с такой рожей-кирпичом, пока Бэнни продолжал танцевать на лестнице. Джек готов был поклясться: если бы он сам был местным врачом, то не остановил бы Делроя, не посчитав подозрительным. Обнаружив массивную дверь, которая вела к башне для «особых», по слухам и сплетням, пациентов, Делрой вернулся к их укрытию, и троица шеренгой направилась к пункту назначения. Никку не нравилось, что их никто не останавливал. Будто им позволяли проникнуть к запретному плоду, чтобы, ошпарившись, они больше никогда не посмели сунуть своего носа. Охранник у входа к двери пролил горячий чай прямиком на рабочую форму, когда Бэнни налетел на него с криками: «Мне нужны тёплые обнимашки и любовь человеческого сердца».
Выругавшись, медбрат убежал в туалет, отмывать следы преступления. А проскочивший Никк дрожащими пальцами подобрал нужный ключ. С пятой попытки дверь поддалась, жутко заскрипев, пророча зло. Спиральная крутая лестница, ничем не освещённая, вела в восточную башню. Делрой, не моргнув и глазом, устремился вверх, в то время как Джек затоптался на месте, но услышав приближающиеся шаги вернувшейся охраны, ринулся следом. Замыкающий процесс Бэнни закрыл дверь на ключ, который попросил у Делроя обратно, провозгласив себя хранителем ключей.
Так они и пробирались в полной тьме. Никк услышал испуганный визг, решив, что это кричат больные сверху. Но источником оказался Джек, в которого мёртвой хваткой вцепился Бэнни, объяснив, что он боится находиться в темноте с незнакомыми мужчинами.
– А я, значит, знакомый мужчина, и в меня можно вцепляться?
– Ну, братец, вы же мой братец!
Лестница вывела на этаж, погруженный в полумрак, освещённый редкими бра в форме языков пламени. Коридор отделяли друг напротив друга комнаты с маленькими решетчатыми окошками.
– Итак, как ты собираешься искать Эрика? Не будешь же на весь этаж кричать: «Эрик, я пришёл спасти тебя!», – съехидничал Тракер, но потеснился ближе к Делрою, когда из-за ближайшего окошка выглянул бешеный глаз.
– Будем подходить к каждой двери.
Сказал, как отрезал, и подходил к каждой двери, тихо и с надеждой зовя Эрика. Некоторые молчали, некоторые откликались, вопя, цеплялись за решётки исхудалыми пальцами и пожелтевшими зубами. Чем дальше они шли, тем сильнее менялась обстановка: двери
Бэнни трясся, схватившись за голову и причитая, что ему нужно срочно в туалет. Джек тщетно пытался выдернуть руку из хватки самопровозглашённого братца. Никк же с непроницаемым бесстрашием продолжал поиски. В итоге у одной из двери, откуда донёсся человеческий лай, не выдержал и Джек, вцепившись в руку Делроя, чему последовал и Бэнни, едва не упавший в обморок при виде трясущего мужским достоинством у решётки мужчины. Но Никк, казалось, и не обратил внимания на свою ношу из холодных и вспотевших рук.
– Эрик?
За дверью донеслось копошение. В отличие от предыдущих дверей, когда они свернули в другой коридор, палаты были полностью закрыты решётками, совсем как в тюрьмах, но мрак скрывал от посторонних глаз обитель больных душ. Из тени появились две фигуры. Два абсолютно идентичных друг другу молодых мужчин шли в одной рубашке и в одних брюках. При виде них Бэнни подпрыгнул, прижав ладони к маске зайца, и завизжал. Их бы точно рассекретили, если бы не вовремя врезавший по его башке Джек. Хотя и самому Тракеру стало тошно от увиденной картины.
– Сиамские близнецы Джем и Мейс, – прохрипел он незнакомым пискнувшим голосом. – Я думал, что это просто байки, но вы действительно существуете.
– Братец Джек, – прошептал Бэнни. – Вы здесь всего две недели, а знаете больше меня. Вы точно справочное бюро, как бабулька-сплетница.
– Заткнись! – громче, чем следовало, прикрикнул Джек.
Никк же и бровью не повёл, внимательно рассматривая двух соединённых в одно тело мужчин: одна голова с лицом улыбающимся и даже ехидным, другой – хмурый и агрессивно настроенный.
– Это не Эрик, жуть какая, пойдёмте дальше, – Бэнни дёрнул Никка за рукав, и юноша готов был уйти.
– Вы ищете Эрика? – спросил улыбающийся близнец с нотками любопытства.
– Ты знаешь Эрика? – Никк выдернул руку из хватки Бэнни и подошёл к камере ближе, нисколько не страшась уродливого тела собеседника.
– Все мы знаем Эрика. У нас один лечащий врач, – пробасил второй.
– Брайен Фейбер. Но иногда нами занимается и сам Блэйз Пэйн. Он говорит, что мы особый случай. У каждого из нас абсолютно разные побочные действия на снотворное, которое его очень интересует, – пожал своей стороной плеча Джем.
– Заткнись, мы не должны об этом говорить с посторонними.
– Но я устал разговаривать только с тобой. А Брайен давно не появлялся.
– Этот Брайен, – прервал их диалог Делрой. – Где я могу его найти? Он работает в башне?
– А, неуловимый Брайен, он единственный врач без кабинета, его невозможно найти. Он везде и нигде одновременно. Он глаза и уши этой клиники, а тело клиники – боль.
– А Эрик?
– Мы последний раз виделись месяц назад, но, кажется, его увезли в ту сторону, – Джем неопределённым жестом указал в правую сторону коридора. – Передавай привет этому бедолаге, я слышал, что он любимчик Клиффорда.