Кольцо Уракары
Шрифт:
— Я справлюсь и с тяжелым, — пообещал я.
— Прекрасно. Тем более что за завтраком часто принимаются наилучшие решения.
Завтраком меня накормили прекрасным — не то что на материке Топси. А задание и в самом деле оказалось не из тех, с какими сталкиваешься если не каждый день, то уж три раза на неделе — точно. И, выслушивая и потом обговаривая его, я так и не уяснил для себя до конца, как же к нему отнестись: как к лихой операции или считать его смертельным номером с одним шансом на благополучный исход из ста, а то и тысячи.
Оказалось, однако, что помимо той информации, что относилась целиком к проблемам власти "Т", имелось
Я еще не вполне понимал это, когда президент протянул мне какую-то распечатку — всего несколько строк. Я быстро пробежал ее глазами. Написанным там оказалось вот что:
«Как сообщает „Серпинформаг“, деловые круги Серпы чрезвычайно взволнованы внезапным прекращением добычи потуита на восьми самых продуктивных промыслах. В правлении компании „Серпен-П“, которой принадлежат промыслы, мы не получили сколько-нибудь удовлетворительного объяснения этого факта. Обозреватели считают, что оно не вызвано экономическими причинами, поскольку конъюнктура на энергетическом рынке Федерации в настоящее время является весьма благоприятной и цены стоят на высоком уровне. Насколько нам известно, остановка промыслов не связана также с какими-либо авариями или другими чрезвычайными происшествиями. С промыслами поддерживается нормальная связь, все здоровы. Как сообщили нашему корреспонденту в Департаменте энергетики Серпы, уже сформирована авторитетная комиссия, которая в ближайшее время вылетит к месту происшествия, чтобы выяснить причины неожиданного сбоя, грозящего экономике этого мира серьезными отрицательными последствиями».
Дочитав до конца, я поднял глаза на президента:
— Ну и что? Какое отношение это имеет к вам? Он ответил после демонстративной паузы, во время которой пытался, похоже, взглядом добраться до моей сущности, так юнец глазами раздевает женщину, не имея смелости сделать это руками. Он пытался взломать меня, чтобы ревизовать мое сознание и подсознание. Но у него это могло получиться лишь в той мере, в какой я позволял. Легче всего в таких случаях бывает вломиться в мик человека; но у меня он все еще оставался пустым, так что выудить из него хоть что-нибудь не удалось бы и мастеру посильнее. Обычно психозондаж на такой попытке и заканчивался: пси-хакеры полагали, что если уж мик не выдает никакой информации, то с таким человеком не стоит и возиться. Это свидетельствовало лишь об их уровне — заурядно среднем. Президент же, хотя и не смог взломать мой блок, понял, что встретился с человеком, профессионально владеющим и своими тонкими телами. Это заставило его уважать меня — хотя и означало, что я всегда буду оставаться у него — у всех них — на подозрении. Почему же они все-таки хотят привлечь меня к их работе — они, у которых людей в наше время было с избытком? Ответ у меня был лишь один: людей такого уровня к ним шло не слишком-то много, и они вынуждены были хвататься за каждого.
Видимо, это и заставило его ответить на мой вопрос, хотя согласно их табели о рангах он мог просто цыкнуть на меня и пригрозить, арсенал угроз у "Т"-власти был всегда богатым. Но президент не сделал этого.
— Вам ведь не надо объяснять, что такое потуит? — спросил он, и в голосе его прозвучала нотка сарказма.
Вопрос явно был излишним; даже дети заучивают это название с ранних
— Этого из меня не вычистили, — сказал я, позволив себе улыбнуться.
— Это наши компании, — сказал он. — И наш потуит. Хотя официально это, разумеется, выглядит несколько иначе.
— Ясно, — сказал я. Действительно, причина их интереса оказалась простой и уважительной. — Чего же вы ждете от меня?
Вместо ответа он протянул мне капсулу с кристеллой — вроде той, что лежала в моем кармане.
— Прежде чем продолжить разговор — полистайте это досье. Думаю, тогда у вас не останется вопросов — или почти не останется.
— Боюсь, вы переоцениваете мои возможности, — скромно заявил я.
— Меня пугает скорее обратное, — усмехнулся он, — что я их катастрофически недооцениваю. Но какими бы ни оказались ваши таланты — главное, чтобы вы не пытались употребить их во зло. Вам может сойти с рук многое — только не измена. Основное — чтобы вы помнили: где бы вы ни находились, вы всегда будете на предметном стеклышке под нашим микроскопом.
— В этом я убежден, — согласился я.
— Рад, что у вас нет иллюзий на этот счет, — проговорил президент. — Когда ознакомитесь с материалом — будем говорить дальше. А пока — у меня множество и других дел. Так что оставляю вас здесь, — он усмехнулся, — как бы в одиночестве.
— Боюсь, что без вас мне не обойтись, — сказал я. — Мои возможности сейчас и вправду невелики: я не смогу считать с кристеллы ни байта, вы не забыли, что мой мик выведен из игры?
Президент чертыхнулся так, что ему позавидовал бы и матерый гуляка.
— Ладно, — проговорил он затем. — В немногих словах: как мы выяснили, причина остановки работ на Промыслах — простой саботаж. Люди бросают работу — и все. Мы испробовали уже и кнут, и пряник — без толку. Сама мысль о продолжении работ вызывает у них крайнее отвращение и даже, я бы сказал, непонимание. Искали организаторов, руководителей этого движения, не нашли. Их просто-напросто не оказалось. Никто не уговаривал, не агитировал, не подкупал. Все произошло и происходит как бы само собой.
Я кивнул:
— Это мне что-то напоминает…
— Ага! Слушайте дальше. Нам удалось установить лишь одну связь: все это началось вскорости после избрания там нового президента. Как вы помните, «после» — не значит «вследствие». И мы никак не могли доказать хотя бы самим себе, что между этими событиями существует связь. Но вот сейчас все вроде бы встало на свои места, вам не кажется?
— Скажите, а почему бы вам просто не разогнать лентяев и не набрать новых? Президент усмехнулся:
— Вы не первый дошли до светлой мысли. Правители Серпы не поощряют иммиграции, но с ними-то мы справились. Привезли. Заменили всех, от первого до последнего. И что же? Через неделю все повторилось. И мало того: стали бросать работу и люди во многих — да что во многих, практически во всех отраслях, какие вообще существуют на том мире. Признаюсь, у нас тут просто животы заболели от досады и сознания своего бессилия. И только сейчас, когда вы рассказали о ваших проблемах, меня словно озарило: а что, если это уракара? То же самое, что произошло, по вашим данным, на Тернаре? Вы ведь говорили, что семена были отправлены именно на Серпу, верно?