Кольцо любви
Шрифт:
Донован рассмеялся. Он тоже начал подниматься по лестнице, но повернулся и добавил:
– Чтобы не забыть… позвони мне, если в понедельник тебя нужно будет подвезти, хорошо? Если начнется вьюга, твоя машина не сможет выехать с подъездной дороги.
– Спасибо, Донован, – просто сказала Амелия.
Донован был славным парнем… в отличие от некоторых других работников фирмы.
А Мак и не вспомнил бы о ней, если бы она застряла где-то между домом и работой. Но Донован о ней не забывал. Он прошлой осенью купил новый грузовичок с приводом на четыре колеса и время от
Конечно, это отчасти объяснялось близкой дружбой Амелии с его женой Сарой. Сара беспокоилась о ней, и, наверное, это она попросила Донована предложить свою машину. Но даже если так, Донован был славным парнем и говорил чистую правду: ее машина застрянет, если начнется вьюга.
Старая машина Амелии еле стояла на ногах… или, точнее сказать, на колесах. Но Амелия только что сделала последний взнос за обучение брата.
Она решила, что, как только немного сэкономит, отпразднует это событие покупкой новой машины.
Совершенно новой. От этой машины будет даже пахнуть, как от новой. Сиденья должны быть по меньшей мере матерчатыми. Может, даже кожаными.
Ее подруга Либби только что купила новую машину с автоматическим зажиганием и электрическими обогревателями сидений. Достаточно нажать кнопочку, не выходя из теплого дома, чтобы потом, спустя пять минут, оказаться в теплой машине с теплыми сиденьями.
О, какая нездоровая роскошь!
Скоро Амелия накопит необходимую сумму и купит себе нечто подобное. После стольких лет заботы о других людях она наконец-то сможет подумать о том, чего хочется ей самой.
Отец оставил ее и братьев, когда Амелия была совсем юной. Правда, он и раньше почти не находил времени для своей семьи, даже когда еще жил дома.
Она не слишком горевала из-за разлуки с отцом.
Но ее мама… после ее смерти Амелия думала, что у нее разобьется сердце. Ей был всего двадцать один год, но она знала, как должна поступить. Амелия оставила колледж и стала главой семьи. Она решила посвятить жизнь братьям.
Последние шесть лет Амелия экономила каждый грош, чтобы Марти и Райан могли закончить колледж. Теперь она обрела финансовую независимость. Амелия всегда жила заботами о других, и наконец пришло время, когда она могла позаботиться о самой себе. Исполнить то, о чем мечтала всю жизнь.
Осталось только понять, о чем именно.
Может быть, она вернется в колледж. Может быть, станет парашютисткой. Может быть…
Теперь у нее появились неограниченные возможности. Новая машина с обогревателями сидений всего лишь начало. Амелию Галлагер ждет совершенно иная жизнь.
Нет, не Амелию. У женщины с таким именем всегда множество обязанностей.
Мия.
Когда она была совсем юной, родные всегда звали ее Мией. Тогда у нее не было никаких забот. И однажды наступил миг, когда они перестали звать ее Мией, и она превратилась в Амелию.
Амелия. Ответственная, заботливая – та, что заботилась обо всех родных.
Что ж, теперь у нее снова нет забот, и вскоре она поймет, что это значит. Она снова станет Мией.
Может, Амелия и не знала, чем собирается заниматься, но Мия
Мия даже забыла о самовлюбленном Ларри. Она продолжала мечтать о воплощении появившихся возможностей. Для начала – о машине, которую скоро купит.
Очень скоро.
– Это лишь временная мера, мистер Маккензи. Вам скоро придется принять решение, очень скоро.
– По закону я имею на это право. – Мак многого не знал – если на то пошло, он и понятия не имел, что сейчас делает, – но он знал законы.
– Не знаю, в интересах ли ребенка, чтобы вы воспользовались своими правами. Это единственное, что меня волнует, – сказала мисс Линдсей и посмотрела на Мака. Она явно сомневалась, что он справится со своей задачей.
– Ее мать назначила меня опекуном. И как опекун, именно я должен беспокоиться о воспитании Кэти.
У него появились обязанности. Подобная мысль пугала Мака до глубины души, и у него хватило мужества признаться в этом. По крайней мере самому себе.
Он отвечает за ребенка.
Мак не знал, что именно он собирается сделать для малышки, но был уверен, что справится… в отличие от своих родителей.
Ларри Маккензи выбросил из головы непрошеную мысль. Он не поломает жизнь этой девочки. Не поступит так, как поступили с ним родители. Конечно, она не останется у него на всю жизнь. Он найдет ей семью… любящих и надежных приемных родителей, которые ее полюбят и всегда будут о ней заботиться… вот и все.
Неужели всего за час произошло столько событий? Невероятно! Всего шестьдесят минут назад Мак перезвонил Ким Линдсей. Он ждал чего угодно, но такого не предвидел. И все-таки сейчас он стоял в центре гостиной Эстер Томас и разговаривал с таинственной Ким Линдсей.
Амелия полагала, что он познакомился с очередной девушкой, на этот раз по имени Ким Линдсей, и, как всегда, забыл ее. Но она ошиблась. Конечно, Амелия вечно подозревала его во всех грехах. Впервые Мак даже пожалел, что она не права.
Было бы намного проще, если бы Ким Линдсей оказалась всего лишь очередной полузабытой им знакомой. Но нет, мисс Линдсей была работником Департамента социальной защиты и занималась как раз его делом.
Вернее, не его делом, а делом Кэти О'Киф. Ким Линдсей должна была выяснить, есть ли у девочки родственники, которые могут о ней позаботиться, а если родственников не окажется – принять соответствующие меры.
У Кэти О'Киф не было родственников, но у нее был Мак.
Ее опекун.
Он отвечал за ребенка. Об этом мисс Линдсей вспомнила не сразу.
– Я уже нашла для нее приемную семью, – сказала она. – Управляющий впустил меня в квартиру Марион, и только там я выяснила, что если с Марион что-нибудь случится, то звонить надо вам.
– Мне надо звонить как опекуну, а не если что-нибудь случится. Я покажу вам копии всех документов. – Мак был рад, что догадался прихватить их с собой.
– Но вы мне сказали, что не могли предвидеть ничего подобного, что понятия не имеете, как обращаться с маленькими детьми, и не собираетесь оставлять ее у себя. Если дело обстоит именно так…