Кольцо Кощея
Шрифт:
– Эй, Илья, – щелкнул я пальцами в воздухе, стараясь привлечь его внимание, – ты заснул, что ли? К тебе обращаюсь.
Ноль эмоций, парень только что рот не открыл, впечатленный зрелищем девушки, которая принялась приводить в порядок спутанные волосы и помятый сарафан.
– Оставь его, царь. – Бабка вылезла откуда-то из уголка, нагруженная мешочками с крупою и несколькими пучками сушеных трав. – И так видно, что попался богатырь в сети очей девичьих.
– Это как? – сначала не понял я, но потом дошло: – Влюбился, что
– Может или не может, – проворчала бабка, сгружая свою ношу на стол, – решать не тебе. Сам видишь. Много я таких на своем веку пересмотрела, молодых да глупых. Его сейчас хоть за нос веди вслед за девицей, а он и внимания не обратит.
Вот это поворот сюжета! Я сам, можно сказать, присоединился к застывшему Илье, только со мной поработало изумление. М-да, вот и говорите потом, что любви с первого взгляда не существует.
– Так, девка, – решила Яга обратить свое внимание на пленницу, – ступай к богатырю в помощь. Задача – почистить все печи и убрать весь мусор от них, чтобы пожара не случилось. Только смотри у меня, чтобы без всяких глупостей…
– Ага, – решил поддакнуть я, – чуть что, и сразу же на болото, лягушкой квакать и ждать своего принца со стрелой.
На этих словах Баба-яга довольно улыбнулась, припомнив случай с Лешим и Водяным и мой рассказ о заколдованной красавице. При этом княжна побелела от страха. Ее реакцию я понимал – улыбка у бабули из-за ее торчавшего вперед длинного и слегка искривленного клыка была впечатляющая.
– Кощей, – оторвала Яга меня от мыслей, – что делать собираешься? Опять своими о-пыта-ми начнешь заниматься? Опять кого-то пытать будешь?
– Не-а, – помотал я головою и зевнул. – Пойду, вздремну минуток шестьсот. Ночь бурная была, так что отдых нужен. Да, бабушка, как эта сладкая парочка освободится, направь их в помощь домовым. Что-то они слишком долго возятся с уборкой, слишком долго…
В самом деле клонило ко сну очень сильно, поэтому стоило немного отдохнуть. Почти сразу же, едва я завалился в кровать, глаза закрылись.
Из легкой послеобеденной дремы меня вырвал громкий телефонный звонок. Подорвавшись от неожиданности, я мечущимся взглядом промчался по нескольким телефонным аппаратам, стоящим на столе. Елки-палки, какой же из них?
– Да? – наугад схватил ближайшую трубку, но не услышал ничего, кроме неторопливых гудков.
Секунду спустя вновь прозвучал трезвон, и только тогда я смог опознать источник. Щелкнув клавишей на селекторе, прикрепленном почему-то к выдвижной, как у компьютерного стола, столешнице, поинтересовался:
– Что случилось?
– Царь, – донесся до меня мелодичный и до боли знакомый голос, который, впрочем, опознать сразу не смог, – к вам посетитель.
– Какой еще посетитель? – не понял я, пробуя навести порядок в том сумбуре мыслей, что вертелся у меня в голове.
Помню эпизоды
Тьфу! Пришлось помотать головою, чтобы избавиться от образов, что стали просыпаться с бешеной скоростью. Хватит мне пока и знания своего имени.
– Соловей, – прощебетала в трубку девушка (как же ее зовут, совсем из головы вылетело… или вовсе не знал?).
– Соловей? – наморщил лоб, вспоминая личное дело данного индивидуума.
Кличка – Соловей, род деятельности – разбойник, место обитания – Муромский лес.
– Так запускать мне его или нет? – В голосе знакомой незнакомки зазвучали сердитые нотки.
– Запускай, запускай, – дал я «добро» и откинулся на спинку кресла, пытаясь разобраться в странной и фантасмагоричной ситуации.
Через селектор послышался тихий девичий голос: «Проходи, ждет тебя». Потом какая-то возня, тихий вскрик мужчины: «Сдурела? Зачем кусаться-то?» – «А ты за грудь не хватай, мало тебе было в первый раз?»
– Бешеная, – буркнул Соловей, оглянувшись уже на пороге кабинета.
– Сам такой, – оставила за собою последнее слово моя секретарша. – Дурак. Я еще богатырю скажу, он тебе под оба глаза по фонарю поставит, и шишками весь лоб раскрасит, и…
Дальше угрозы мне прослушать не удалось – дверь притворилась, отрезав все посторонние звуки.
– Здоровья тебе, Царь, – вежливо кивнул мне Соловей.
А я во все глаза уставился на разбойника, не узнавая. Где его сапоги с загнутыми носами, шелковый узорчатый пояс и волчья жилетка? Сейчас джентльмен с большой дороги щеголял в черных брюках, красном пиджаке поверх белоснежной рубашки и лакированных туфлях. Правда, у последних он решил хоть что-то оставить от прежнего облика – носы на обуви были длиннющими и загнутыми вверх. Да, забыл отметить платиновую цепь, что свисала с шеи разбойника. Будь она немного толще – цепь, а не шея, – то вполне хватило бы для откупных Баюну. Так, вот и про Баюна что-то стало в памяти пробуждаться, какие-то откупные…
– И тебе не хворать, – отозвался я. – Чего нужно-то?
– Да вот, – вытащил он из внутреннего кармана сложенную несколько раз газету и протянул ее мне, – ознакомься, что за твоей спиной некоторые неблагодарные творят. Да еще с такой открытой наглостью.
Приняв из рук Соловья помятый бумажный лист, я развернул его и углубился в чтение. Так, так что мы тут имеем? Рекламы… Кто-то предлагает набор из двенадцати стульев, кто-то просит купить у него ореховый гарнитур.
– Ну? – пожал я плечами, поднимая глаза от листка. – Ничего такого не вижу страшного и наглого.