Кольцо Кощея

Михайлов Михаил Михайлович

Ладно, пусть убираются, а то прослышат про происшествие на шабаше и сами пожелают нечто подобное повторить, тем более что я не уверен в том, что никто из них не запомнил рецепт изготовления пороха. На миг в глазах пронеслись картина взлетающего на воздух замка и тройка закопченных домовых, сидящих немного в сторонке возле подрывной машинки из фильмов про партизан. Пришлось помотать головою, чтобы отогнать тревожный образ. С этих станется провести подобный эксперимент, дай только сведения и материал.

Соловья и двух оборотней нашел я возле фонтана; с сосредоточенным видом

он нарезал круги вокруг большого мешка, в котором кто-то возился. Кто-то среднего телосложения. От этого неизвестного доносились шипящие звуки и нечто вроде мяуканья или мычания, что ли. Любопытно, кого это Соловей засунул в мешок и почему принес именно ко мне – может, кого-то из моих обидчиков? Хотя кто может обладать такими пропорциями из числа тех, кто меня обидел, я и примерно не представляю. Если мне не изменяет память, то таких раз-два и обчелся. Да и назвать их обидчиками – сильно завысить реальный статус.

Разбойники дружно пожелали мне доброго утра.

– Здорово, Соловей, – поприветствовал я главаря, не взглянув на подчиненных. – А это что за штука, кого запихнул-то?

– Так ведь сам же говорил про две телеги золота, – удивился романтик с большой дороги и ткнул пальцем в мешок. – А тут как раз выкуп будет на столько. Князь за свою дочку не поскупится выплатить из казны, хоть всю отдаст.

– Князь? – переспросил я, уже начиная догадываться о личности того, точнее, той, что сидит в мешке.

– Ага, – кивнул мне Соловей, – князь. Тут дочка его сидит – случайно попалась на дороге, где купцов караулили. Долго думал насчет ее захвата, но когда она сбежала от своей охраны, решил – судьба. Ничего, зато теперь и послушная будет, и тебе, Кощей, прибыток золотой.

Первой мыслью было отправить Соловья обратно. Пусть отпускает девчонку. Княжна мне очень понравилась, когда я рассекал в старческом прикиде – вежливая, прямолинейная и без фальши. В моем мире таких можно по пальцам одной руки пересчитать. Да, хотел отпустить, но хренов Соловей повторно напомнил про золото, и моя жаба, которая золотая лихорадка, молча ухватила лапами за горло сразу и совесть, и доброту. После короткой схватки пупырчатое земноводное уже закатывало под болотный мох остывающие тела лучших черт моего характера.

– Золото – это хорошо, – невольно потирая зазудевшие при звуках этого слова ладони, произнес я. – Очень хорошо! Давай доставай мой вклад в сокровищницу замка.

Разбойник довольно угумкнул и, немного распустив завязки на мешке, засунул руку через горловину. (Хотел за волосы вытащить, что ли, дурак?)

– А-а-а! – заорал он, вытаскивая свою руку вместе с растрепанной девчачьей головкой.

Княжна, как бульдог, вцепилась в кисть разбойника. Хм, это за что он там ее ухватил при таком интересном положении прикуса?

Тут княжна отпустила пострадавшую конечность Соловья, на которой отпечатался лиловый круг зубов, и растерянно, но без чувства страха или паники в голосе, спросила:

– Вы кто такие? – При этом она довольно резво попыталась освободиться из холщового плена. Но тут ее ждало разочарование – горловина мешка пропустила только голову, не давая пройти плечам. Коса девушки

растрепалась, на глаза свалилась непокорная челка. – Где я?

Соловей прекратил трясти рукою, бросил быстрый взгляд в мою сторону.

– Ты в плену у Кощея. Пока твой отец не выплатит выкуп, ты останешься здесь.

– Кощея? – удивилась княжна, и глаза ее выказали первые признаки испуга. – Зачем я понадобилась этому старикашке?! Да он же…

– Во-первых, – жестом я остановил Соловья, решив вести разговор самостоятельно, – тебе уже сказали зачем: выкуп, все банально просто. Причем только золотом. Во-вторых, никакой я не старикашка – не видишь сама?

– Ты Кощей? – недоверчиво протянула девчонка, оценивающе осмотрев меня с головы до ног. – Что-то не похож…

– Кощей, – встрял Соловей. – да что с ней валандаться – за косу и в темницу. Пусть посидит среди пауков и крыс.

Это он ее запугивал. С последней уборки домовыми мои тюремные камеры не догоняют номера люкс только отсутствием мебели, а так там можно запросто жить – светло, свежий воздух и чисто.

– А-а-а! – повторила княжна недавний вопль разбойника и попыталась отскочить подальше от нас.

Наверное, упоминание про извечные женские страхи добило девчонку. Вот только навыка бегать в мешке, да еще не до конца выпрямившись, так как куль был ей не по росту, у нее не было. Запнувшись, она попыталась вернуть равновесие и, чтобы не завалиться, запрыгала спиною назад. Один из оборотней попытался ее остановить; не заметив его за спиной, княжна после очередного прыжка всей тяжестью опустилась ему на пальцы ног. Похоже, – на любимую мозоль.

– Уй-юй-юй-ууу! – взвыл разбойник, ухватив пострадавшую ногу, и запрыгал на другой, словно подтанцовывая княжне.

Девушка от неожиданности дернулась в другую сторону и угодила второму оборотню головой в живот. Тот хрюкнул от неожиданности и повалился на землю; княжна плюхнулась на него сверху. А секундой позже до них доскакал первый пострадавший и, споткнувшись, присоединился к лежачим.

– Вот это куча-мала, – покачал я головою и с помощью чар поднял девушку, заставив мешок зависнуть в воздухе. – Хватит играться – пришла пора взрослых дел. Сейчас я тебе отведу фронт работ, и смотри у меня, не филонить. В противном случае будешь в царевнах-лягушках по ближайшему болоту прыгать. Не слышала эту историю? Ничего, скоро услышишь…

После такого напутствия я пошел в замок, заставив мешок с девушкой плыть позади себя. Немногие встречающиеся домовые и кикиморы удивленно смотрели на нас, но словами, при мне по крайней мере, происходящее не комментировали.

– Бабуля, – обратился я к Бабе-яге, опуская мешок на пол и распуская завязки на горловине до конца, – вот вам еще один помощник. Точнее – помощница. Пусть на пару с Илюхой помогает по кухне. Слышишь, богатырь?

Я повернулся к Илье, который до этого со скребком и совком вычищал сажу из печи, но никакой реакции на свои слова не заметил – тот остолбенел, уставившись широко раскрытыми глазами мне за спину. Хмыкнув, я проследил за взором пленника, но никого, кроме выбирающейся из мешка княжны, не обнаружил.