Кольцо Гекаты
Шрифт:
Моя необыкновенная, эйфорическая любовь к женщинам превратилась в ловушку. Однажды попав в нее, я уже не мог выбраться. Оставалось отдаться судьбе. Я вынужден был признать свое полное поражение. Я больше не мог существовать, отказавшись от близости с мертвыми ангелами, как я называл их, моих нежных возлюбленных.
Я любил их, а они уходили от меня. Наша первая брачная ночь оказывалась и последней. Наш медовый месяц длился час, а потом мертвые ангелы покидали меня. Их ждали небеса! А я оставался на грешной земле.
Не
После рыжекудрой Авроры я обнаружил в себе новое ощущение. У меня появилась тяга к блондинкам. Именно это – светлые волосы – привлекло меня к Изабелле. Она была так откровенно, вульгарно порочна, что я сам себе удивился. Мне должно было бы тошнить от нее, а я вдруг захотел ее. Я подумал, как она будет прекрасна мертвая! Все ее нечистые желания уснут, и останется только великолепное, безгрешное тело, которое она предоставит в мое распоряжение.
Раньше я избегал смотреть на эту даму, предпочитая делать вид, будто она для меня не существует. Но теперь все переменилось. Я с трудом скрывал проснувшийся во мне жгучий интерес к Изабелле. Мне хотелось быть рядом с нею, говорить, гладить ее пышное тело, не сводить с нее глаз… Я стал ее пленником, так же, как был пленником Нины, Вероники и Авроры. Я начал вынашивать план убийства. У меня уже был опыт, и на этот раз обстоятельства сложились как нельзя лучше.
Госпожу Буланину посещали любовники, но все они были женаты, поэтому на ночь не оставались. Мне даже не надо было ожидать в подъезде, чтобы улучить момент и войти за ней в квартиру. Изабелла меня знала и открыла дверь сама.
Я убил ее почти сразу, опасаясь, что она может поднять крик. Буланина была сильной женщиной, но не оказала никакого сопротивления. Увидев меня, она ничего не заподозрила.
– А, это вы, – сказала она. – Проходите…
Повернувшись спиной, Изабелла пошла в комнату, думая, что я последую за ней. Она была одета в розовый пеньюар, облегающий ее изумительные формы. Я ударил ее в висок со всей силой своего желания, так долго подавляемого. Потом… все было превосходно. Падшие женщины особенно прекрасны в смерти, которая смывает все грехи…
Да простит меня читающий эти строки, за то, что я пропущу интимные подробности любовной ночи – моей и ее. Это слишком личное. Даже в исповеди я хочу оставить прозрачную завесу тайны, некий последний покров – за которым любовь дарит свой прощальный поцелуй.
Уходя, я положил на грудь Изабеллы карту, похищенную у Динары Чиляевой. Не знаю, зачем я взял ее. Совершенно случайно карта попалась мне под руку, и я воспользовался возможностью запутать следствие. Меня, вероятно, искали…
Изабелла и Динара в последнее время подружились, часто ходили друг к другу в гости, болтали, пили чай. Забавно было, что подумают
Так и произошло! Никто ни о чем не догадывался. Динара ходила вся в слезах. Еще бы! Ей приходилось оправдываться, хотя она ни в чем не была виновата. Соседи, которых милиция попросила быть понятыми, стали косо смотреть на нее. Славное правосудие! Славные друзья и знакомые! Славные люди!..
На этом исповедь маньяка обрывалась.
Артем положил на стол последние листки и задумался. События десятилетней давности встали перед ним со всеми подробностями, мельчайшими оттенками переживаний… И что дальше? Последние строчки прочитаны, а прозрение так и не наступило. Что же все-таки заставляло автора жутких признаний убивать? Не «любовь» же к женщинам, в конце концов?! Сам он, впрочем, считал причиной именно это. Что за абсурдные перевертыши выдает иногда человеческий разум?
Адвокат Пономарев вздохнул и в очередной раз набрал номер телефона своей клиентки. Галина Павловна опаздывала на назначенную встречу, и это беспокоило. В трубке раздались длинные гудки. Значит, дома ее еще нет. Супруг, по всей видимости, тоже на работе.
Семья Яковлевых производила на Артема удручающее впечатление. Особенно Игорь Семенович. По мере того, как Артем вникал в обстоятельства его жизни, становилось ясно, почему у «Фин-арта» дела идут из рук вон плохо. Господин Яковлев ненавидел не только более удачливых партнеров по бизнесу и всех предпринимателей, которые много зарабатывали. Он ненавидел сам бизнес. Игорь Семенович не мог смириться со своей участью. Он считал себя незаурядной личностью, которая незаслуженно оказалась на задворках жизни. Выскочки! О, как он их презирал! У них само собой получалось то, что Игорю Семеновичу давалось ценой огромных усилий.
Господин Яковлев ненавидел то, что делал. И поэтому его сделки проваливались. Он терпел неудачу за неудачей, и обвинял в этом кого угодно, кроме себя. Все были против него – сотрудники, партнеры, банки, клиенты, правительство, собственная жена. Интересно, как он относится к любовнице?
«Черт! Как я мог забыть!» – спохватился Артем. У него действительно вылетело из головы, что нужно проверить адрес. Дом, куда ездил Яковлев, вызывал у бывшего сыщика смутные воспоминания… И вдруг у него в уме что-то щелкнуло. Так бывает – пытаешься что-то достать из памяти и не можешь. А потом в самый неожиданный момент нужный факт выскакивает сам собой. Если его догадка правильная…
Господин Пономарев не любил полагаться на непроверенные данные. Он позвонил в адвокатскую контору Мерцалова.
– Саша? Ты все еще на работе?
– Раньше девяти уйти не удается, – устало ответил Мерцалов.
– У меня к тебе вопрос.
– Ясное дело. Валяй, а то у меня клиент.
Артем назвал адрес квартиры, которую посещал Яковлев.
– Ну? – не понял Мерцалов. – Это ж адрес Никитских, Димы и Лены. Ты чего, забыл, что ли?
– Ага. Забыл! – подтвердил Артем. – Так в этой квартире живут Никитские?