Кольца детей Ауле

Арчер Вадим

– Король только приказывает, а исполняете – вы. Приказы – это слова, а настоящее зло вершится вашими руками. Верными подданными. Верными тюремщиками. Верным палачом. Даже самый великий король ничего не сможет сделать в одиночку. Все, что он делает, происходит с вашего одобрения и с вашего послушания.

– Но ведь исстари повелось… – Гном не договорил, а только вздохнул и махнул рукой. – А как я гордился, когда меня назначили в Почетную Десятку…

– Я слышал, кое-кто из вашей Почетной Десятки попал в нижние шахты, – почему-то сказал Фандуил.

– Попали… –

нехотя согласился гном.

Фандуил поднял взгляд, и его глаза встретились с глазами гнома. Он не сказал ничего, но гном вдруг потупился и поскорее отошел в сторону. Больше он не подходил к пленникам и даже старался не смотреть на них.

***

Устав бежать, Горм и Наби пошли пешком. Несмотря на гудящие ноги, они шли без передышки, пока не оказались за надежными воротами центрального Казада.

– Ну и ну! – сказал Наби, когда они наконец остановились и с облегчением взглянули друг на друга. – Я в жизни не видал ничего страшнее!

– Я тоже, – охотно согласился Горм, хотя он перевидал куда больше, чем Наби, никогда не покидавший родного Казада.

– Это что же – отряд Дарина весь погиб? – сообразил вдруг Наби. – И наш король тоже?

– Может, кого-то еще и можно откопать. Но призрак, боюсь, убьет любого, кто туда приблизится, – сказал Горм, догадываясь, что назгул будет охранять кольцо мертвого короля. – Давай не будем поднимать тревогу, пока не вернется Олорин – он лучше знает, что делать.

Успокоившись на этом, они разошлись по домам. До вечера Олорин не вернулся, его не было и на другой день, когда Горм и Наби снова встретились после завтрака. Горм предположил, что мага, наверное, не впустили без него в город, и друзья пошли к воротам, чтобы спросить там об Олорине.

Когда они шли через город, из западного коридора вывернулся взволнованный стражник.

– Дарин возвращается! – возглашал он каждому, кто попадался на его пути. – Дарин возвращается!

Гномы сбегались в центр города, чтобы торжественно встретить короля. Горм и Наби пошли туда же, подумав, что Олорин сумел выручить остаток отряда Дарина и теперь возвращается вместе с ним.

Вскоре из западного коридора показался отряд. Воинов было гораздо меньше, чем во время отбытия, и глядели они невесело, но толпа родичей радостно приветствовала их, надеясь, что они вернулись с победой. Наби заразился общим ликованием и стал приветственно кричать и размахивать руками.

В шумной толпе гномов молчал только Горм. Он остолбенело стоял, глядя на возвращавшихся воинов. Мало того, что с ними не было Олорина – среди них были двое его друзей, которых, похоже, вели как пленников. Сам не сознавая, что он делает, гном вдруг сорвался с места и побежал к проходившей мимо колонне.

– Фандуил! Рамарон! – закричал он.

Оба повернулись на голос и увидели Горма, на их лицах вспыхнула радость.

– Они ни в чем не виноваты! – закричал Горм воинам, догадавшись, что друзья пошли разыскивать его и были захвачены отрядом. – Отпустите их, это они меня искали!

Все обернулись на его крик, включая

и Дарина, который шествовал в окружении приближенных воинов во главе отряда. Когда король увидел Горма, в нем проснулось внушение Саурона о враге гномьего народа.

– Хватайте этого негодяя! – громогласно потребовал он. – В тюрьму предателя!

И воины, и встречающие их гномы на мгновение пришли в замешательство. В наступившей тишине раздался звонкий голос Фандуила:

– Беги, Горм! Беги и прячься!

В следующее мгновение Горм уже несся прочь из города. За ним помчался Наби, а за ними вдогонку кинулись и остальные гномы, толкаясь и мешая друг другу. У входа в коридор образовалась свалка, и Горму с Наби хватило этой задержки, чтобы скрыться за поворотом. Горм побежал к северному Казаду, надеясь укрыться в опустевших постройках четвертого клана.

– Не сюда! – крикнул ему в спину Наби. – Там все проходы завалены! Бежим в шахты!

Они свернули и побежали в старые шахты, прокопанные еще с времен основания Казада. Их было ничуть не меньше, чем в Синих горах, и найти беглеца в них было не легче, чем самородок в куче отвала. Забежав подальше, Горм и Наби остановились и прислушались – в шахтах было тихо. Либо преследователи ошиблись и отправились искать беглеца в чевертый клан, либо они не проявили рвения и прекратили погоню.

– Чего это он на тебя накинулся? – подивился Наби.

– А ты чего со мной бежал? – спросил Горм.

– Как чего? – опешил Наби. – Мы же с тобой друзья с пеленок. Я тебя еще вон когда знал – не можешь ты быть предателем. У нашего Дарина в последнее время голова совсем не в порядке. Ты разозлил его, когда вылез со своим заступничеством, но если ты не будешь попадаться ему на глаза, он остынет и забудет.

– Может, кого другого и забудет, – проворчал Горм, которому было известно, что благодаря кольцам Саурон видит и слышит через их носителей. – Но только мне теперь нос нельзя сунуть в свой клан.

– Это точно… – сочувственно протянул Наби. – Если хочешь, я тебе твои вещички принесу. Сейчас за тобой все погнались, потому что король велел, но никто у нас сильно стараться найти тебя не будет, а может, и помогут потихоньку. Все знают, что он в нижние шахты ни за что отправил и старейшин гильдии, и членов Почетной Десятки – а значит, поймут, что и ты ни в чем не виноват.

– А ты-то как назад вернешься? Весь клан видел, как ты побежал следом за мной.

– Нет ничего проще – скажу, что погнался за тобой, но не догнал.

– Тогда… слушай, Наби – нужно еще выручить моих друзей, тех самых, которых схватил отряд Дарина. Не знаю, как король поступит с Рамароном, но Фандуила он точно казнит.

– Да, сейчас он ненавидит эльфов, – подтвердил Наби. – Ладно, попытаюсь.

Он ушел, а Горм остался в шахтах. Весь день он прислушивался к каждому звуку, но вокруг стояла тишина. Наби так и не появился до ночи, и Горм улегся спать на голых камнях, с собственным локтем вместо подушки.

Наби пришел на следующее утро, сгибаясь под тяжестью дорожного мешка.