Кол
Шрифт:
Лейн вынула листок из кармана блузки, развернула и прочитала.
— Что это?
— Это адрес Крамера.
— Очень хорошо.
Лейн убрала листок и тронула машину с места.
— Я еще кое — что прихватил для него, — сказал Райли. Он приподнял отворот своих голубых джинсов, наклонился и вытащил нож. Лейн посмотрела на него. Нож выглядел внушительно. Его лезвие было длиной, вероятно, не менее восьми дюймов.
— Мы сделаем вот как, — сказал он. — Ты будешь держать этого ублюдка под прицелом.
— Мы с тобой будем алиби друг для друга, — сказала Лейн, в голосе ее слышалась дрожь.
— К черту алиби. Мне плевать, если меня посадят из — за него.
— А мне нет. И уверена, твоей маме тоже. Если нас поймают, нас могут и не осудить за это или могут отсрочить приговор. Я вообще не думаю, чтобы нас за это посадили. Но давай попробуем сделать так, чтобы полиция не могла подкопаться.
— Вот как? И как же ты собираешься это осуществить?
— Может, обставить все так, чтобы это выглядело как самоубийство?
— К черту это. Я собираюсь прирезать этого хлыста. Я отрежу ему голову.
— Может, нам удастся заставить его написать предсмертную записку. Заставить признаться, что он сделал с Джессикой. На бумаге. А потом мы повесим его. Прямо в его доме.
— Ты начиталась слишком много идиотских книг.
— Но все — таки стоит попробовать.
На улице, где жил Крамер, в двух кварталах от его дома Лейн съехала на обочину. Она посмотрела на Райли. В правой руке он держал нож, вытирая лезвие о штанину.
— Наверное, отсюда нам лучше дойти пешком, — предложила она. — Так навряд ли кто-нибудь свяжет нашу машину с тем, что случится с Крамером. — Лейн замолчала, стараясь восстановить дыхание. Она еще ничего не сделала, но у нее было такое чувство, будто она одним махом одолела несколько пролетов лестницы. — Выходи через пару минут.
— Ты будешь там с ним наедине.
— Как будто я сама не знаю, — прошептала она. Она поставила на колени сумку и бросила туда ключи. Убедившись, что поблизости никого нет, она вынула револьвер, а сумку поставила на пол. Откинувшись назад, вытащила из — под пояса блузку, приподняла немного ее спереди и сунула револьвер за пояс юбки, дулом вниз. Опустив блузку, она прижала револьвер к животу, открыла дверцу и вышла.
— Удачи тебе, — сказал Райли.
— Спасибо, — она захлопнула дверцу. Стоя лицом к машине, она сунула револьвер поглубже, пока не пристроила его поудобнее между юбкой и телом. Затем оглядела себя. Широкая блузка скрывала все выпуклости.
Сзади блузка прилипла к спине. Лейн отлепила ее, но как только она ее отпустила, та прилипла снова.
В этом районе города тротуара не было, поэтому она пошла по обочине дороги. Дуло упиралось ей в пах, и время от времени прицел царапал ей ногу, поэтому ей пришлось пистолет слегка передвинуть в сторону.
Она вспомнила, как прошлой ночью засовывала за пояс джинсов распятие.
«Прошлой ночью — распятие. Сегодня — револьвер. Что за безумный мир», — подумала она.
Лейн оглянулась. «Мустанг» стоял в квартале от нее, Райли все еще сидел на пассажирском сиденье.
Лейн продолжила свой путь.
«Ведь это ужасный грех, — подумала она. — Убив Крамера, я рискую попасть в ад. Даже если всю самую грязную работу возьмет на себя Райли. В глазах Бога я буду так же виновна, как и он.
А что мне остается делать? Разрешить Крамеру и дальше насиловать меня? Позволить ему убить маму с папой? Это — самозащита».
Лейн не особенно разбиралась в церковных законах, но ей казалось, что можно убить человека в целях самозащиты, на войне и при других, подобных обстоятельствах. Во всяком случае, она надеялась на это.
У следующего угла она вынула из кармана листок с адресом. Развернула его. Прищурившись, так как белая бумага отражала солнечный свет, она еще раз прочитала адрес, — 838.
Она оглянулась. Райли вышел из машины.
Лейн положила листок обратно. Рукавом блузки она вытерла пот с лица и опять пошла вперед. Солнце припекало спину, словно жаркое одеяло. Ей очень хотелось отлепить прилипшие к телу трусики, но сзади шел Райли.
Она сравнялась с домом 836 по правой стороне. Следующий дом был Крамера. Небольшой саманный домик, из окна которого открывался живописный вид. Подъезд к нему был пуст.
Едва переводя дыхание, с колотящимся сердцем и на слабых подгибающихся ногах, она прошла по подъездной дорожке.
Гаража не было, только навес для машины.
Его машины там не было.
Не было ее и нигде поблизости.
Его нет дома!
«Не может быть! После всего этого, — подумала она, — он должен быть дома».
Лейн поднялась на верхнюю ступеньку, позвонила и услышала, как в доме тихонько прозвенел звонок.
Она ждала, едва переводя дыхание.
Она сунула руку под блузку и ухватилась потными пальцами за рукоятку отцовского револьвера. Дуло сдвинулось, уткнувшись ей в пах. Она вспомнила, как вчера там был рот Крамера.
— Выходи, ублюдок, — прошептала она.
Они нашли его машину через пятнадцать минут на переполненной стоянке у причала.
Ворота с замком на цепи, запертые вчера, теперь были распахнуты. Лейн не стала проходить через них. Она остановилась рядом с ними и смотрела на пустую стоянку катера Крамера.
Затем она вернулась к машине. Приподняла револьвер повыше, чтобы его дуло воткнулось в нее и села в машину.
— Он уехал на своем катере, — сказала она.
— Черт.