Коко
Шрифт:
За пятнадцать минут до назначенной встречи Майкл Пул припарковал машину на стоянке около “Полки Дог”. Это было длинное одноэтажное зданьице и выглядело оно так, будто должно было быть покрыто соломой и стоять в лесу где-нибудь в Германии, а не здесь, посреди грязной серой улочки, ведущей в ужасные Долины. Над головой Майкла красовался мост, который они проезжали когда-то, направляясь к Денглерам. В небе висели овальные стального цвета облака, вспыхивали зарницы, неоновые знаки, изображавшие пивные кружки, мигали в окнах баров.
Пул толкнул дверь и вошел в длинный зал бара. Вокруг висел сигаретный дым, звучала громкая музыка. В глубине бара
Он умудрился протиснуться на пустой место в самом дальнем уголке бара.
– “Форшеймер”, – сказал он бармену. – Я договорился встретиться здесь с Маком Симро. Он еще не пришел?
– Немного рановато для Мака, – ответил бармен. – Зайдите в кабинку. Я скажу ему, что вы здесь, как только он появится.
Пул последовал его совету – зашел в кабинку и уселся лицом к двери. Минут через пятнадцать в бар зашел огромный бородатый мужчина в порющейся по швам куртке и тропическом шлеме. Мужчина начал обшаривать глазами кабинки, и Майкл немедленно понял, что это и есть Мак Симро. Взгляд великана остановился наконец на Майкле и он широко улыбнулся ему через весь бар. Пул встал. Человек, пробирающийся к его кабинке, был взволнован, заинтригован и открыт для всего, что бы ни произошло. И все эти чувства ясно читались на его лице. Симро пожал руку Майкла и произнес:
– Вы наверняка и есть доктор Пул. Давайте сами принесем себе пиво и облегчим жизнь Дженни.
Они уселись в кабинке напротив друг друга, поставив на стол пиво и поп-корн. Побывав в доме миссис Денглер, Майкл сделался особенно чувствителен к запахам. От Мака Симро пахло тем, что должно было быть запахом Долины – машинным маслом и металлической стружкой. Так, наверное, пахло все там, откуда поднимались замерзающие в морозном воздухе облака темно-серого дыма. Симро был мастером в компании “Глакс”, которая выпускала подшипники и разные другие детали к станкам. Он явно заходил в этот бар каждый день после работы.
– Вы прямо выбили меня из колеи, когда стали спрашивать о Вике Спитални. На меня нахлынули воспоминания, – признался великан.
– Надеюсь, вы не станете возражать, если мы еще немного поговорим об этом?
– Конечно, я ведь для того и пришел. А с кем еще вы говорили?
– С его родителями.
– Они что-нибудь слышали о нем?
Пул покачал головой.
– Джордж совсем слетел с катушек, когда все это случилось с Виком. Стал много пить, насколько я знаю, даже на работе. Ввязывался в драки. В “Глакс” решили отправить его в отпуск на месяц. Именно тогда он и открыл для себя Джорджа Уоллиса во всем его великолепии. Джордж стал выполнять для него какую-то работу, и это вернуло его на круг. Он и сейчас не допустит, чтобы в его присутствии кто-нибудь сказал хоть слово против Уоллиса. А с кем еще вы беседовали? С Дебби Макжик? Как теперь ее фамилия – Туза?
– Да, с ней тоже.
– Хорошая девчонка. Мне всегда нравилась Дебби.
– А Виктор вам тоже нравился?
Симро наклонился вперед и подпер голову своими огромными
– Знаешь ли, – сказал он, переходя на “ты”, – я не перестаю интересоваться, для чего все это нужно. Я расскажу тебе то, что знаю, парень, но сначала мне бы хотелось знать подробности. Ты был с Виком в одном взводе?
– Все время
– И в Долине Дракона? И в Я-Тук?
– Везде.
– А сейчас ты на гражданской службе?
– Я врач. Детский врач в пригороде Нью-Йорка.
– Детский врач, – улыбнулся Симро. Ему явно понравилась профессия Майкла. – Не коп. Не из ФБР, не из разведки, не из армейской полиции. Не из проклятого ЦРУ?
– Ни из одного из этих мест, – подтвердил Майкл. Симро по-прежнему улыбался.
– Но что-то тут не так, правда? Ты думаешь, что Вик жив. И хочешь найти его.
– Да, я очень хочу найти его.
– Он, наверное, должен тебе кучу денег или ты что-то слышал об этом парне – что-то плохое. Он в чем-то замешан, и ты хочешь остановить его.
– Что-то в этом роде, – признался Пул.
– Итак, после всего Вик все-таки жив. Черт побери!
– Многие люди, дезертировавшие из армии, до сих пор живы. Для этого они и дезертировали.
– Хорошо, – сказал Симро. – Никто из тех, кто побывал на этой войне, не вернулся домой прежним. Обычно думаешь, что представляешь себе, как далеко может зайти тот или иной человек, но потом оказывается, что ты что-то понял не совсем правильно. Или все понимал совсем неправильно. – Одним глотком Симро осушил чуть ли не полкружки пива. – Наверное, мне стоит рассказать вам, как я вообще познакомился с Виком. Еще там, в “Руфус Кинг”. Я был тогда настоящим громилой. У меня был огромный “Харлей”, сапоги, жуткие татуировки на руках. Они и сейчас есть, но теперь я стараюсь их прятать. А тогда я старался производить впечатление настоящего хулигана. Хотя на самом деле я никогда таким не был. Просто любил погонять на своем старом добром “Харлее”. Но как бы то ни было, Вик начал буквально виснуть на мне – наверное, считал, что очень круто быть членом шайки мотоциклистов. Я никак не мог от него избавиться и вскоре перестал даже пытаться.
Пул вспомнил Ортегу – единственного настоящего друга Виктора Спитални на службе. Тот тоже был вожаком шайки мотоциклистов и, видимо, Спитални просто перенес на Ортегу свою привязанность к Симро.
– И тогда он начал мне понемногу даже нравиться, – продолжал Симро свой рассказ. – Я начал думать, что вот несчастный парень, у себя дома он все равно что немой: папаша постоянно дышит ему в спину. И я стал давать ему кое-какие советы. “Ты должен сам о себе позаботиться, маленький придурок”, – говорил я обычно. Я даже пытался заставить его отстать от Мэнни Денглера – единственного парня, который был в дерьме уже не по пояс, как Спитални, а чуть ли не по шею. В общем, я заботился об этом маленьком забияке.
– Я видел сегодня днем его мать, – сказала Майкл. Симро покачал головой.
– Никогда не видел этой леди. Но папаша – Карл – о, это было нечто! Каждый день стоял он на углу и вопил что-то в свой маленький мегафон, а Мэнни пел какую-то ерунду – гимны или что-то в этом роде. Надрывался изо всех сил, а потом обходил народ со шляпой. Это было шоу, парень, настоящее шоу. Ну, в общем, как только я бросил школу, Вик практически сразу же сделал то же самое. Я пытался уговорить его вернуться, но он и слышать не хотел. Я-то знал, что рано или поздно окажусь в Долине, и мне хотелось перед этим пощеголять в военной форме и почувствовать себя героем с М-16 наперевес. Понимаете меня! Но вы были там и знаете, как все было. Хорошие ребята падали подстреленными, взрывались на минах, и все это ни за что. Меня там здорово встряхнуло.