Когнитивная симфония
Шрифт:
— Ты знаешь про Ля? — глупо спросил Андрей. Ре закатила глаза, всем своим видом говоря: «ну и простак же ты».
— Разумеется. А они свято уверены, что действуют скрытно, что глушат наши жучки, ну и пускай. Дурацкие игры с записками, приглашениями узнать результаты анализов, тайными разговорами... Ми было бы интересно узнать, наверное, что датчик прослушки встроен в твой ботинок.
Она будто действительно сняла маску, превратившись в совершенно другого человека. Если первая Ре была весёлой, слегка наивной, инфантильной девицей, то эта вторая — жёсткой,
— Второе: я не сплю с теми, кто мне не нравится, — продолжила она. — Это чтобы ты не чувствовал себя морально униженным, обиженным, потерявшим мужскую гордость или что ты там себе придумал. Да, наш с тобой роман выдуман от начала до конца, но это не значит, что я не получила удовольствия от общения и секса. Ты мне симпатичен.
— Ну, хоть в чём-то не врала, — Андрей позволил себе расслабиться и даже заложил руки за голову, демонстрируя открытость. Ре, поджав губы, села рядом.
— Я понимаю, что ты чувствуешь, но не поддавайся эмоциям. Ты сейчас — главный возмутитель спокойствия на Клэр, это при том, что ничего толком сделать-то не успел.
— Что у вас тут происходит? — не выдержал Андрей и сел, поджав ноги. Они с Ре оказались лицом к лицу, и она отвела глаза.
— Мы хотим превратить эту планету в настоящий дом, а не просто научную базу. Можешь представить себе сложность этого проекта... и главная проблема не в технике, а в людях. У нас нет ресурсов, чтобы обеспечивать второстепенные нужды. У каждого — своя функция, которую он выполняет. Как в программе. Большинство это вполне устраивает, но не всех. Одни, как Ми и Ля, думают, что им врут, и мечтают о хорошей жизни. В чём-то они правы. Только есть и другие. Более радикальные. С ними мы и боремся.
— И успешно? — не удержался Андрей. Он уже знал ответ.
— У нас ничья. Я очень надеюсь, что Фа ушла не к этим людям... иначе всё усложняется многократно. Но она, скорее всего, вне города.
— А я-то думал, что здесь возникло единственное общество, сумевшее обойтись без вражды, — хмыкнул Андрей.
— У любого общества есть болезни, Эндрю. У нашего их, наверное, немного, только слишком глубоко они укоренились. И ты вполне можешь выступить лекарством.
— Как?
— Пока не знаю. Да и не моего ума это дело.
— Неужто? Келлер рассказал мне про До. Она — командир. Си, я так понимаю, ординатор. А вот кто ты?
Он ухватил Ре за плечи. Та вздрогнула, посмотрела ему в глаза — и отвернулась.
— Отвечай!
— Я... — она запнулась. — Я — Архитектор.
— Что? — растерялся Андрей.
— Управленец. Надзиратель. Аналитик. Всё вместе, в одном.
— То есть...
— Мне исправили когнитивные искажения, мешающие анализу. Селективное восприятие, например. Это когда ты обращаешь внимание на детали, которые согласуются с твоей точкой зрения, и игнорируешь остальные. Эффекты ложной памяти, ошибка хайндсайта, когда уже полученная информация искажается из-за твоего отношения к ней... Но полноценным ординатором я не стала.
— Да, и много, — Андрей отпустил её. — Зачем всё это было нужно? Семь нот? Они же хотели просто исправить ординаторов, верно?
— Я не могу ответить на этот вопрос.
— Ну да, — саркастически заявил Андрей. — Келлер сказал то же самое и отправил к тебе.
— Это сложная... — Ре вдруг замерла — дверь издала переливчатую мелодию.
— К нам гости? — Андрей повернул голову.
— Наверное, — Ре пробежалась пальцами по экрану смартбрасера. — Дерьмо! — приглушённо добавила она.
— Что?
— Дела плохи. Может, оно и хорошо, что мы раздеться до конца не успели. Слушай, это прозвучит глупо, но времени нет. Иди с ними добровольно, на вопросы отвечай честно. Понял?
— С кем добровольно? — растерялся Андрей. Ре схватила со стола пистолет, юркнула на кухню. Андрей тяжело поднялся, по-прежнему ничего не понимая. Дверь снова запела.
Пилот выругался про себя и призвал на помощь весь свой профессионализм. Происходящее сейчас, сказал он себе, ничем не отличается от любой нештатной ситуации в космосе. Так или иначе нужно сохранить голову холодной. Как там Ре говорила? Когнитивные искажения? Да, наверное, они. Их надо подавить. Растворить вылившийся в кровь адреналин, или что там отвечает за нынешнее состояние. Адреналин. Стереть. Удалить.
— Иду! — крикнул Андрей, нарочито громко топая ногами. Электронный замок недовольно пискнул, отпираясь.
Гостей было трое. Один — невысокий худой парень в сером невзрачном комбезе и смарт-очках. За его спиной стояли двое армейцев — эти были в бронекостюмах, но, как заметил пилот, оружие не доставали.
— Эндрю Комаров, — сказал парень. — Я прошу прощения за неожиданный визит, но будет лучше, если вы проследуете с нами.
Теперь Андрей понял, и обругал себя последними словами за глупость. Он едва не напортачил.
Одно движение, один неверный взгляд — и здесь развернётся бойня. Ре велела сдаться. Андрей не знал, почему, да и доверять этой девушке у него не было никаких причин — но это единственный бескровный выход из ситуации. Оставалось лишь надеяться, что «гости» не додумаются проверять весь дом.
Ведь тогда Ре придётся защищаться, и неизвестно, кто в итоге погибнет. А её смерти Андрей не хотел.
— Вы кто? — спросил Андрей, стараясь не думать о Ре. Если этот человек заметит неладное...
— Все вопросы по месту, мистер Комаров. Я могу только гарантировать, что вам не причинят вреда и не более чем через час отвезут обратно. Вы знаете о жучках в своей одежде?
Он постарался говорить как можно более естественно:
— Понятия не имею, если честно.
— Переоденьтесь вот в это, — парень дал знак одному из сопровождающих, и тот шагнул вперёд, протягивая пилоту свёрток. Комбез и ботинки. Ну конечно.
— Гм... ну ладно, — с сомнением отозвался Андрей. Эти ребята были поумнее Ми. Хотя и не настолько, чтобы обыскать квартиру. — Я что, настолько популярен на этой планете?