Коглин
Шрифт:
— Ты пришел, — сказал Р. Д.
— Я пришел.
— Где мой зятек?
— Он не явился.
— Ну и отлично. — Он показал на стоявшего справа от него. — Это вот Карвер Прутт, мой кузен. — Указал на стоявшего слева. — А это его кузен с мамашиной стороны, Гарольд Лабют. — Он повернулся к ним. — Парни, вот этот прикончил Кельвина. Вы поосторожней, он может решить нас всех поубивать.
Карвер Прутт поднял винтовку к плечу:
— Вот уж вряд ли.
— Этот-то? — Р. Д. бочком двинулся вдоль бального зала, указал на Джо. — Он большой
— А, — бросил Джо, — чушь.
— Ты — человек слова? — спросил Р. Д. у Джо.
— Зависит от того, кому я его даю.
— Стало быть, ты пришел не один, хоть я и просил.
— Да, — согласился Джо, — я не один.
— Ну и где они?
— Черт, Р. Д., если я тебе расскажу, то испорчу все удовольствие.
— Мы наблюдали, как ты входишь, — проговорил Р. Д. — Мы тут сидим уже три часа. Ты явился на час раньше. Думал, обхитришь нас? — Он хмыкнул. — В общем, мы знаем, что ты один. Как тебе это?
— Уж поверь, — отозвался Джо, — я не один.
Р. Д. пересек зал, его головорезы последовали за ним. Вскоре все они стояли посредине зала.
Джо уже раскрыл выкидной нож, который принес с собой. Конец рукоятки он засунул за ремешок наручных часов, которые надел исключительно для этого случая. Осталось дернуть запястьем — и лезвие выскочит ему в ладонь.
— Не хочу я никаких шестидесяти процентов.
— Я знаю, — произнес Джо.
— И чего я тогда, по-твоему, хочу?
— Не знаю, — ответил Джо. — Но могу предположить. Возвращения к… как бы это сказать… к прежнему положению вещей. Как, тепло?
— Почти горячо. Как на сковородке.
— Но никакого прежнего положения вещей никогда не существовало, — продолжал Джо. — Вот в чем твоя проблема, Р. Д. Те два года в тюрьме я ничего не делал, только читал. И знаешь, что я выяснил?
— Нет. Но ты ж мне скажешь, а?
— Я выяснил, что мы всегда все проваливали. Всегда убивали друг друга, насиловали, воровали, гадили. Вот мы кто, Р. Д. И никакого прежнего. И никаких лучших времен никогда не было.
— Угу, — произнес Р. Д.
— Знаешь, что могло быть в этом здании? — спросил Джо. — Понимаешь, что мы могли бы сделать с этим местом?
— Не-а, не понимаю.
— Мы могли бы устроить здесь самое большое казино в Соединенных Штатах.
— Никто в жизни не разрешит азартные игры.
— А вот тут я с тобой поспорю, Р. Д. Вся страна в кризисе, банки лопаются, города разоряются, люди остаются без работы.
— Потому как мы себе заполучили коммуниста в президенты.
— Нет, — возразил Джо. — Мимо. Но я пришел сюда не для того, чтобы дискутировать с тобой о политике, Р. Д. Сюда я пришел для того, чтобы сказать тебе: эпоха сухого закона кончится, потому что…
— В этой богобоязненной стране никогда в жизни не кончится сухой закон.
— Нет, ему придет конец. Потому что стране нужны все те миллионы, которых
— Не желаю я входить с тобой ни в какое дело.
— Тогда почему ты здесь?
— Чтобы сказать тебе в лицо, мистер: ты — раковая опухоль. Ты — бубонная чума. Ты собираешься поставить нашу страну на колени. Ты, и твоя черномазая шлюха, и твои дружки — поганые латиносы и поганые итальяшки. Я забираю «Паризьен». Не шестьдесят процентов, а всю лавочку. А потом я заберу все твои клубы. И все, что у тебя есть. Может, даже приду в твой хорошенький домик и отчикаю кусочек у этой негритоски, а потом перережу ей глотку. — Он обернулся на своих подручных и заржал. Снова повернулся к Джо. — Ты пока еще не сообразил, но ты сваливаешь из города, парень. Ты просто забыл собрать вещички.
Джо посмотрел в сверкающие злобные глаза Р. Д. Заглянул в них поглубже, туда, где оставалась одна злоба. Он словно смотрел в глаза псу, которого столько били, уродовали и держали впроголодь, что в ответ ему остается лишь кусать.
В этот миг он пожалел его.
Р. Д. Прутт увидел эту жалость в глазах Джо. Его собственные глаза полыхнули яростью. В ее отсвете блеснул нож. Джо увидел, как тот несется ему в глаза, но, когда он опустил взгляд на руку Р. Д., тот уже вонзил лезвие ему в живот.
Джо обеими руками стиснул его запястье, чтобы Р. Д. не мог никуда сдвинуть нож — ни вправо, ни влево, ни вверх, ни вниз. Собственный нож Джо с лязгом упал на пол. Р. Д. пытался вырваться. Оба скрипели зубами от напряжения.
— Я тебя прижал, — цедил Р. Д. — Прижал.
Джо выпустил его руку и оттолкнул Р. Д. краями ладоней, уперевшись в середину его туловища. Нож выскользнул из живота, и Джо упал на пол, и Р. Д. захохотал, и его молодчики захохотали тоже.
— Прижал тебя! — объявил Р. Д. и двинулся к Джо.
Джо смотрел, как с лезвия капает его собственная кровь. Поднял руку:
— Погоди.
Р. Д. остановился:
— Так все говорят.
— Я не с тобой говорю. — Джо вгляделся в темноту, увидел звезды на куполе над ротондой. — Да. Теперь можно.
— А с кем ты? — спросил Р. Д.
Как всегда, он соображал туговато. Видимо, потому и стал таким тупым и злобным.
Дион и Сэл Урсо включили прожектора, которые они сегодня днем прикрепили к потолку ротонды. Словно множество полных лун вышло из-за туч. Бальный зал засиял белым.