Когда вампиры плачут

Хохлова Галина Николаевна

"Так в те времена тоже был секс до брака?"

"Это, Валер, было всегда. Только в Советском Союзе секса не было".

"А что у тебя с Соней было потом?Ты мне об этом не рассказывал".

"Потом я стал вампиром. Об этом я никому не рассказывал потому, что вообще не очень общителен и разговорчив. Не могу говорить о личном, пока не буду уверен, что полностью доверяю".

"Тебе понадобилось на это двадцать восемь лет?"

"Нет, конечно, я гораздо раньше понял, что могу тебе доверять. Но как-то разговора об этом не было, ты не спрашивал".

"Да, я не лез к тебе с лишними вопросами потому, что видел, как ты не любишь на них отвечать".

"Теперь можешь спрашивать обо всём. Моя Софья узнала, что я вампир, однажды я ей всё рассказал. Она такой судьбы не хотела. Сонечка мне сказала: "Буду с тобой, пока не стану совсем старой и настолько страшной,

что сам захочешь меня бросить. А может быть, я потом захочу расстаться, если пойму, что стала тебе в тягость, такому молодому и красивому".

"И ты её бросил?"

"Я её не бросал, я не бросаю друзей. А любимая женщина - это лучший друг. Может быть, поэтому у меня больше не было любимых женщин, что ни одна не смогла стать другом".

"Значит, она тебя бросила?"

"Опять не угадал. Разве может бросить лучший друг? Мы были вместе до конца, до её конца. Моя Сонечка умерла в возрасте пятидесяти трёх лет от пневмонии. Медицина не была столь сильна в те времена".

"Надо было обратить её против воли. Она бы простила потом".

"А если нет? Я бы потерял Соню гораздо раньше. Ты же так не поступил с Алёной".

"Ты опять прав. Светик, у тебя были дети?"

"Нет. У меня был хороший наставник, он сразу ознакомил со всеми правилами. Я знал, что не должен иметь детей, и у меня получалось предохраняться. Я никогда не убивал людей, став вампиром. Убивал врагов на войне, противников на дуэлях. Но тогда я был человеком. Я всегда имел шанс на Хэллоуин вернуться к человеческой жизни, но до него было далеко, до тринадцатого года".

"Ты не нарушал никогда вампирских законов? Кто же тот чудо-наставник, воспитавший такого ученика?"

"Григорий спас меня, когда я умирал после дуэли. Он был моим конюхом".

"Ничего себе! А теперь он хозяин бара "Чёрный лебедь"7 Карьера идёт в гору".

"Да, это он".

"А я думал, что все вампиры из дворян".

"Да ничего подобного. А со временем дворян вообще не стало. Какая разница? Гришкины предки всегда моим прислуживали, его мать была кухаркой. С некоторых пор я стал замечать, что порой лошади странно себя ведут, как будто чего-то боятся. А иногда Гришка к ним не подходил. Я просил привести моего коня, а Григорий поручал это младшему конюху. Был у него молодой парнишка на подсобных работах. Потом наставник меня научил, что напившись крови, несколько часов нельзя подходить к лошадям. Они не слушаются, чуя хищника".

"Должно быть, у тебя с прислугой были хорошие отношения. Иначе, что помешало бы Григорию не обратить тебя, а убить, выпив всю кровь, и списать это дело на дуэль?"

"Да, мы с ним скорее были друзьями. Гришка обожал лошадей.Когда он стал моим наставником, мне смешно было на это смотреть, как он раскланивается передо мной, если кто-то находится рядом, а потом наедине даёт нагоняй за какое-то мелкое нарушение. Это было неправильно, чтобы он мне прислуживал, и я предлагал Гришке любую должность на выбор. Но он отказывался и оставался конюхом. А насчёт наших законов, вот что я тебе скажу, Валера. Кто их не нарушает? Это как люди не могут не грешить. Мы не должны знакомиться ни с людьми, ни с вампирами. Это на тот случай, чтобы они не проболтались, и никто не смог проследить за всеми контактами. Например, случайно, посвящённый мог бы через тебя выйти на меня, затем на Григория и так далее. Ведь даже на совете используется такая особая подсветка, чтобы нельзя было разглядеть лица собравшихся. Людям, узнавшим про нас, мы должны сразу стирать память, провинившихся учеников надо убивать. Я должен был убить тебя за расправу над твоими обидчиками. Ты должен был убить Мишку и Тимку за предательство, а Юрку - за контакт с Ренатом. Соответственно, Гришка должен был убить Рената за то же самое. А он сам захотел познакомиться с тобой. А ещё мы должны убивать детей-дампиров, если узнаем про них. А ведь мы с тобой порой спасали их от расправы. Ты должен был сделать Катьке аборт без её согласия. Мы все нарушаем законы. Хотел бы я посмотреть на этого болванчика, не знаю как его ещё назвать, если такой существует, который вообще никогда не нарушал вампирских законов. Я думаю, там не на что было бы смотреть. Я уже не говорю о том, чтобы у кого-то возникло желание с ним пообщаться".

"Смотри, Светик, наши мотоциклисты стали такими смирными. Спокойно прогуливаются вдоль трассы".

"Да. Алкоголь и наркотики делают людей чудовищами. А когда я их освободил от этих зависимостей, они вновь стали людьми. И мысли у них появились человеческие. Они сейчас прощаются со свободой, с любимыми людьми, у кого они есть".

В

эту утреннюю тишину, в эту идиллию ворвался вой полицейской сирены. Перед самым приездом полицейского кортёжа, вампиры ушли в лес, предоставив работникам полиции разбираться с бандитами. Когда Валерий и Святослав уже шли к лагерю, прихватив с собой мотоциклы, которые ждали их в лесу, они видели, как их мотоциклистов погрузили в машину. И вскоре вновь воцарилась тишина. Тихо было и в лагере, люди спали после бурной ночной вечеринки. Хозяевам лагеря пришлось уступить гостям палатки. Вампиры не спали. Юрка на время отсутствия наставников брал на себя обязанности старшего по лагерю. И он уже организовал работу по подготовке обеда для людей. И эта работа шла полным ходом - ловилась рыба, собирались грибы и ягоды. Александра была теперь всего лишь послушной женой, и по просьбе мужа вместе с Катериной готовила обед для многочисленных гостей. А пока люди спали, Святослав решил позаботиться об ужине для вампиров. Мотоциклы были поставлены около его мерседеса, а сутенёры посажены на заднее сиденье мерседеса. Светик решил в багажник их не засовывать, а то ещё задохнутся. Уж очень нежные существа эти люди. А в машине тонированные стёкла и там будет ужинать удобно, не доставая больше еду из машины. Пусть лучше пища останется до ужина живой, такую приятнее употреблять. А когда проснулись люди, был накрыт очень вкусный стол. Веселье продолжалось. Это был уже обед. Валерка радовался, читая в мыслях своих подопечных спокойствие, уверенность и благодарность за это ему. Данила, Костик и Валентин были счастливы увидеть на лагерной стоянке своих железных коней. А Святослав получил эсемеску от Илоны: "Задержусь в походе на несколько дней". Он тоже был рад за неё. Ещё бы ей не захотелось задержаться! С ней теперь был Алик, красавец перед которым невозможно устоять. Да к тому же он стал совсем другим, изменившись в лучшую сторону. И в этот день в лагере студентов звучала гитара, а на столе была уха, жаркое из грибов, свежие ягоды и букет лесных цветов. Никто из студентов не был против того, чтобы ещё задержаться здесь. У них ведь были каникулы.

Вечером вампиры по очереди садились в машину, где их ждала еда, высасывая кровь из сообщника Вольдемара. Через некоторое время Валера сел в машину и, как врач, держал руку на пульсе, как говорится, чтобы в нужный момент самому убить бандита, как и предыдущего. Перед Волбдемаром вновь разыгралась жуткая сцена. Только теперь было ещё страшнее, рядом с ним был оставлен труп. Люди, гостившие в вампирском лагере, даже не подозревали о том, что происходит рядом с ними. Они были по-настоящему счастливы, обретя новую жизнь. А вампиры после ужина любовались на своих гостей, заряжаясь этой энергией молодости, и радовались за людей. Валерка отошёл к реке. Он сидел на берегу, предаваясь воспоминаниям, у него сегодня было ностальгическое настроение. Его размышления были прерваны звуком шагов за спиной. Валерка почуял приближение человека. Зоя подошла и села рядом.

"Валер, я хочу, чтобы ты меня лишил девственности".

Так вот чем он сейчас сможет себя развлечь, чтобы избавиться от ностальгии. Он будет сегодня обладать этой юной феей, она сама этого хочет. А не в его правилах отказывать девушкам. Златовласка была чудо как хороша! Трудно было отказаться от такого подарка. Валера взял Зайку на руки и понёс подальше от лагеря, туда, куда люди уж точно не пойдут ночью.

"Зай, а ты точно этого хочешь? Скоро мы с тобой расстанемся, вернувшись в суету городов и потоки машин, как пел Владимир Высоцкий".

"Ну и пусть. Я ведь никогда не встречу никого похожего на тебя. Разве я могла представить даже такое, что буду с мужчиной ночью в лесу и мне будет совсем не страшно? Валера - это имя звучит как музыка. Теперь, песня Афродиты про Валеру будет моей любимой. Валер, я влюбилась. Так зачем отказываться от маленького кусочка счастья, это же будет лучшим воспоминанием на всю жизнь. И я не боюсь тебе об этом сказать потому, что ты просто какой-то неземной, принц из сказки. Я хочу, сделай это, пожалуйста, и пусть звёзды подсматривают. Никогда не видела таких звёзд".

Раздевая Зайку, Валера чувствовал, как она вздрагивает, но понимал, что не от холода. Он разделся и обнял её. Какая прелесть эта малышка, такая живая, тёплая. Как стучит сердце! Только бы сейчас сдержаться и не наделать глупостей.

Минут через сорок Валерка сидел у реки, прислонившись к дереву и держа на руках Зою. Он целовал её и гладил по рыжим волосам.

"Ну вот и стало в мире на одну женщину больше. Милая, нежная, красивая молодая женщина. Такая чистая, светлая и неземная. Зайка, ты просто сводишь с ума".