Когда ты рядом
Шрифт:
— Я понимаю, что связать один свитерок — это такая малость. Но через несколько лет эта девочка выйдет в самостоятельную жизнь и, возможно, будет с трудом сводить концы с концами. И, без сомнения, когда-нибудь ей придется распустить старенькую вещь, чтобы из нее сделать новую. Вот тогда она вспомнит вас и то, как вы не пожалели денег и мы смогли купить на них пряжу и спицы, и то, как она с гордостью надела первую самостоятельно связанную вещь.
— Лина! — позвал Сергей Олегович девушку, складывающую документацию, и, когда она вошла, сказал: — Выпиши чек.
Покидая кабинет, Даша подумала, что впервые она не покраснела и не растерялась.
Глава 27
Каждый
Иногда возникало ощущение, что уходят последние жизненные силы и она вот-вот свалится с ног, но жажда жизни заставляла Дашу брать себя в руки.
За несколько дней до новогодних праздников Даша прибежала на работу, едва не опоздав. Ночью она плохо спала и задремала только под утро, а когда проснулась, то, взглянув на часы, подскочила на постели. От резкого движения у нее закружилась голова, и она на какое-то время потеряла сознание. Очнулась она на полу и с ужасом поняла, что может не успеть. За всю свою жизнь она ни разу никуда не опаздывала, даже в детстве в школу. Хорошо, что до отделения было недалеко и она успела заскочить в раздевалку в последнюю минуту. Быстро сняв шубку, она отряхнула ее от снега, повесила на вешалку и, схватив халат, надела его уже в коридоре.
— Даша, быстрее, — поторопила ее Алла Ивановна. — У нас срочное совещание.
— Бегу, бегу, — торопливо ответила Даша.
В кабинете заведующей уже собрались все, включая завхоза и поваров.
— Привет всем, — махнула рукой Даша и примостилась в уголке, где был свободный стул.
Сразу же вслед за ней вошла Алла Ивановна.
— Еще раз здравствуйте, — сказала она и без всякого вступления сообщила: — У нашего начмеда большое несчастье. Сегодня ночью его дочь с семьей попала в автомобильную аварию. Водитель погиб на месте, а молодая женщина на седьмом месяце беременности находится в реанимации. — Пронесся легкий шумок сочувствия, и Алла Ивановна, выдержав паузу, продолжила: — Жизнь матери и будущего ребенка висит на волоске. Ее муж и трехлетний малыш тоже в тяжелом состоянии. Всем им нужна кровь, и чем быстрее, тем лучше. На их месте мог оказаться каждый, от этого никто не застрахован. Девочки, я надеюсь, что мы всем коллективом окажем этим людям помощь. — Алла Ивановна окинула взглядом сотрудников, которые перешептывались между собой. — Вы меня, дорогие мои, простите, — неофициальным тоном сказала она, — но я без вас приняла решение, пообещав, что мы все до одного сегодня утром сдадим кровь. Поймите меня правильно: пострадала семья нашего начмеда, а от него в отделении многое зависит. Я подумала, что все вы у меня молодые, здоровые и красивые, разве не
— Раз надо, то сдадим, — басом ответила повариха.
— Спасибо вам, родные. Я знала, я была уверена, что вы меня поддержите, — улыбнулась Алла Ивановна.
— Я никогда не сдавала кровь, — испуганным голоском сказала молоденькая медсестра. — Я боюсь.
— Смотри, какая у тебя группа поддержки, — ответила ей старшая медсестра и обратилась к остальным: — Быстренько одеваемся и вперед!
Даша сидела сама не своя. Ей надо было что-то придумать, чтобы не сдавать кровь, и она задержалась в кабинете. Когда все вышли, девушка подошла к заведующей.
— Алла Ивановна, — тихо проговорила она. — Я не могу… пойти вместе со всеми.
— Присядь, — велела ей завотделением и села за стол напротив. — Ты себя плохо чувствуешь?
— Да… То есть нет… В общем-то да, — пробормотала Даша, не зная, что сказать.
— Успокойся и расскажи, что случилось, — попросила Алла Ивановна и внимательно посмотрела на нее.
— Ничего. Ничего со мной не случилось, — стараясь успокоить разбушевавшееся от волнения сердце, сказала Даша. — Просто я не могу сдать кровь.
— Если ты боишься, то напрасно. С тобой будут девочки, я тоже рядом. Хочешь, я буду держать тебя за руку, чтобы тебе не было страшно?
— Я не боюсь.
— Даша, представь, как глупо я буду выглядеть. Я ведь пообещала, что мы всем коллективом придем. Ты же видела, что сегодня пришли даже те, кто был дома на выходном.
— Я не могу быть донором! — набравшись смелости, выпалила Даша на одном дыхании.
— Тогда объясни мне причину, и все проблемы будут решены.
— Я болела болезнью Боткина, — соврала Даша.
— Так бы и сказала. Значит, так. Сейчас же садись в мою машину, заедем к тебе домой, заберем амбулаторную карточку и покажем в пункте переливания крови.
У Даши земля ушла из-под ног, а тело мгновенно обдало жаром.
— Я… Я… Я не могу показать вам карточку, — ответила она, опустив голову.
— Даша, я хочу знать правду, — сухо сказала Алла Ивановна.
Даша молчала, готовая вот-вот расплакаться.
— Ты хочешь со мной поссориться?
Даша отрицательно покачала головой.
— Если тебе нужна работа и ты хочешь остаться в моем отделении, скажи правду, и мы забудем об этом неприятном инциденте, — настоятельно посоветовала Алла Ивановна.
Даша не знала, на что решиться, и продолжала молчать.
— Я требую, я настаиваю, чтобы ты все объяснила! — тоном, не допускающим возражений, сказала Алла Ивановна и добавила: — Будешь сидеть здесь до тех пор, пока не заговоришь. Не испытывай мое терпение, Даша.
— У меня СПИД, — прошептала Даша, пытаясь сдержать мелкую дрожь в руках.
— Что-что? СПИД?! О-па! Приехали! — Алла Ивановна помолчала, пытаясь осмыслить услышанное. — Вот это новость! — сказала она и принялась расхаживать по кабинету.
Даша с ужасом ждала ее вердикта.
— Я понимаю, что это страшная болезнь, — наконец произнесла Алла Ивановна, усаживаясь за стол. — Я знаю, что тебе очень тяжело… Ты была хорошим работником…
Даша все поняла. «Слово «была» — прошедшего времени, — с грустью подумала она. — Значит, я уже не работаю здесь».
— …Твоей трудоспособности и исполнительности могла бы поучиться любая медсестра отделения, — продолжала заведующая. — Но, к сожалению, наше общество еще не готово жить рядом с такими больными, как ты… Не буду кривить душой, я тоже.