Когда ты рядом
Шрифт:
После устройства на работу Даша планировала сделать что-то хорошее и полезное для людей. Над этим она долго размышляла, перебирая различные варианты. Потом вспомнила, что хорошо вяжет на спицах, но в последнее время забросила это занятие. Было бы неплохо передать свое умение каким-нибудь девочкам, и Даша подумала, что можно сходить в интернат для детей-сирот и предложить свои услуги. Эта идея ей понравилась, и она составила график обучения, начиная с навыков простейшего набора петель. «У воспитанниц интерната нет матерей, —
Даша не хотела оставлять ни одной свободной минутки в своей жизни, чтобы не дать грустным мыслям влезть в голову и парализовать сознание чувством страха. Уже на следующий день после выписки она была в отделении травматологии, где катастрофически не хватало медсестер. Она встретилась с заведующим отделением. Им оказался располневший суетливый мужчина с большими залысинами на высоком лбу и круглым, напоминающим футбольный мяч животом.
— Пообщайтесь с сотрудниками, познакомьтесь с работой, и через два-три дня придете с трудовой книжкой, — сказал он, проводил Дашу в сестринскую и исчез, даже не дав ей открыть рот.
Ей понравился коллектив отделения, и она готова была хоть сейчас приступить к работе, лишь бы не быть дома одной. Даша с трудом выдержала двухдневную паузу, взяла паспорт и трудовую книжку и ровно в восемь ноль-ноль постучалась в кабинет заведующего отделением.
— Войдите, — услышала она голос за дверью.
— Здравствуйте, Василий Георгиевич, — робко сказала Даша и залилась румянцем, хотя дома долго настраивала себя на этот разговор и сейчас была совершенно спокойна.
— Присаживайтесь, — кивнул заведующий, продолжая рыться в стопке бумаг на своем рабочем столе.
Даша присела на краешек дивана и достала из сумочки документы. Василий Георгиевич поднял на нее глаза и, нахмурив брови, несколько минут так внимательно изучал девушку, что она стала чувствовать себя словно на горячей сковородке.
— Значит, вы Дарья Андреевна Шевченко? — спросил он.
— Да.
— Это хорошо, что вы Дарья Андреевна Шевченко, — загадочно протянул заведующий, продолжая бесцеремонно рассматривать растерянную Дашу. — А позвольте поинтересоваться, Дарья Андреевна, где вы работали до этого?
Дашу бросило в жар, по спине побежала предательская струйка пота. Она назвала свое последнее место работы.
— Надо же, — сказал Василий Георгиевич, — такая престижная клиника, высокая зарплата, отлично подобранный высокопрофессиональный коллектив… Не так ли?
— Да… конечно, — пролепетала Даша, запинаясь.
— Вас уволили за плохую работу?
— Нет, что вы! Я… сама уволилась.
— Возникает интересный, но естественный вопрос: почему?
— Так… сложились обстоятельства, — тихо ответила Даша, и ее ресницы мелко задрожали.
— Обстоятельства, говорите?
— Да.
— Буквально вчера
Василий Георгиевич сделал многозначительную паузу, но Даша уже все поняла. Здесь был Вениамин. От одной этой мысли у нее задрожали коленки, и Даша прикрыла их сумочкой.
— Ответьте мне на вопрос, Дарья Андреевна Шевченко: как зовут моего товарища? — спросил Василий Георгиевич, четко выговаривая каждое слово.
— Вениамин Павлович, — растерянно произнесла Даша, догадываясь, что сейчас ее попросят уйти.
— Умница! Догадливая девочка! А не догадалась ли ты, — заведующий вдруг резко перешел на «ты», — какую причину твоего ухода из клиники назвал мне Вениамин Павлович?
— Он узнал, что я больна СПИДом, — выпалила на одном дыхании Даша, чувствуя, что работа в травматологическим отделении от нее уплывает. — Но это же не значит, что я не могу работать медсестрой.
— Значит! Это значит, что я не хочу потерять свое, вот это, — заведующий похлопал толстыми руками по кожаным ручкам кресла, — место из-за того, что больные будут находиться в зоне риска! Представляешь, как они станут шарахаться, когда ты будешь делать им уколы и перевязки?!
Даша не ответила. Она молча положила документы в сумочку и спросила:
— Значит, я могу идти?
— На все четыре стороны! — бросил ей Василий Георгиевич. — Нет работников — и ты не работник.
Даша поднялась и молча направилась к выходу. Она чувствовала себя так, словно стояла у позорного столба. У двери она на миг задержалась и, обернувшись, спокойно, совершенно не краснея, сказала:
— Мне кажется, Василий Георгиевич, вы напрасно связали свою жизнь с медициной. У вас просто талант актера. Спектакль, который вы разыграли, получился гениальным.
Даша уже выходила из кабинета, когда до нее донеслось разъяренное: «Вон!»
Глава 25
Даша пересчитала свои сбережения и отложила деньги на оплату жилья. Сегодня она ждала хозяйку квартиры и постаралась навести в комнате идеальный порядок. Она еще раз осмотрелась и провела пальцем по подоконнику, проверяя, не осталась ли где пыль.
Когда пришла хозяйка, деньги, как и полагается, лежали в коридоре на тумбочке. На этот раз хозяйка, поздоровавшись, не стала, как обычно, заглядывать во все углы, а прямо с порога заявила: