Когда ты рядом

Монро Люси

– Ты такая красивая.

Несмотря на головную боль и переполненный мочевой пузырь, Лиз хрипло рассмеялась. Говорят, любовь слепа, но желание, оказывается, тоже. Правда, как бы хорош ни был комплимент, в данный момент эмоциональное удовольствие волновало Лиз меньше всего. Главное – добраться бы теперь до туалета.

Джошуа помог Лиз встать с кровати и, убедившись, что она может твердо стоять на ногах, отпустил ее в туалет одну. Впрочем, он пошел следом за ней, таща за собой аппарат для подачи кислорода.

Войдя

в туалет, Лиз хотела закрыть дверь, но Джошуа встал у нее на пути.

– Тебе что-нибудь нужно? Нельзя потом спросить?

У Лиз не было сил терпеть.

– Ты можешь снова упасть в обморок.

– Не думаю. У меня такое чувство, словно меня переехал грузовик, но с головой у меня все в порядке.

– Я бы не стал рисковать.

Иногда Джошуа вел себя очень назойливо.

– Ничем не могу помочь, потому что справлять свои нужды при тебе не собираюсь.

– Почему? У тебя в ванной мы проделывали куда более интимные вещи.

– Это не одно и то же.

Джошуа посмотрел на Лиз с таким видом, что сразу стало ясно, что продолжать спорить бессмысленно, он все равно не сдвинется с места.

Она нахмурилась, не зная, что предпринять.

– Ну, дверь хотя бы закрой.

Джошуа повиновался.

– А теперь отвернись.

Он и на это согласился, дав Лиз возможность сделать все необходимое.

– Нитро обнаружил загиб в выхлопной трубе.

– В моей машине? – спросила Лиз и подумала о том, как это странно: вести разговоры, сидя на унитазе.

– Да. Труба оказалась прижата к полу, там была небольшая дырка, через которую выхлопные газы попадали в вентиляционную систему. Ты сильно включила печку, и из-за этого в салон стало поступать большое количество газа.

– То есть я отравилась от печки?

– Да.

Покончив со своими делами, Лиз помыла и вытерла руки. Она размышляла о том, сможет ли когда-нибудь привыкнуть разговаривать, занимаясь столь интимными вещами. Интересно, другие пары тоже так делают?

– Мне, кажется, стало трудно дышать, и я включила печку.

Джошуа повернулся к ней.

– Надо было открыть окно, – укоризненно проговорил он.

– Я чувствовала себя довольно странно, – припомнила Лиз. – Я не могла контролировать машину.

– Это все из-за газа.

Да уж, Немезида потрудился на славу. Подлый мерзавец.

Обойдя Джошуа, Лиз открыла дверь.

– Думаю, в случае аварии полиция не обратила бы внимания на утечку газа.

Джошуа проводил ее до кровати, помог устроиться, но, когда попытался вернуть маску на лицо Лиз, она остановила его:

– Я надену ее, когда мы закончим разговор.

– Ладно. – Он уселся на край кровати. – Ты права. Утечку выхлопных газов обнаружить было бы трудно, и если бы такое все же произошло, полицейские могли бы подумать, что это простой износ трубы.

Лиз поежилась.

– У нас снова нет повода жаловаться в полицию. Мы

не сможем доказать, что я в своем уме и не ищу бесплатной рекламы. Снова.

Джошуа подтянул одеяло, чтобы поплотнее укутать Лиз.

– Да.

Немезида не оставлял никаких следов, кроме «жучков» у нее в квартире.

– Поэтому мы не стали обращаться в ФБР? – Лиз знала, что Джошуа решил распутать это дело самостоятельно, но не понимала почему. – Разве нельзя рассказать им про «жучки» и камеру? Они наверняка поверят нам.

– Полицейские и сотрудники ФБР скованы протоколом и буквой закона, а мы с Нитро и Винтом – свободны от всего этого.

Джошуа и раньше говорил об этом, но Лиз никогда не задумывалась о том, почему он решительно против вмешательства властей. Что он такое собирается сделать, что могло бы не понравиться ФБР?

– Я не уверена...

Он прижал палец к ее губам, мягко заставив замолчать.

– Не волнуйся, потом мы обязательно поставим их в известность.

– После того как ты вычислишь Немезиду?

– Да, когда мы будем готовы.

– Что значит – когда мы будем готовы?

– Я хочу перекинуться парой слов с Немезидой, прежде чем он сможет насладиться покоем тюремной камеры. – Джошуа-сиделка уступил место воину – в его голосе зазвучали стальные нотки.

Судя по тому, что Джошуа считал тюремное заключение благом для Немезиды, он был настроен решительно. Лиз снова поежилась, частично от усталости, частично от его мгновенного превращения в хладнокровного солдата. Это лишний раз напомнило Лиз о том, что хотя их с Джошуа жизни переплелись на некоторое время, в конце концов, он все равно предпочтет ей – работу. Потом Лиз подумала о том, чем Джошуа рискует ради нее, и ей стало еще хуже.

– Я не хочу, чтобы ты рисковал.

Джошуа нежно очертил пальцем контур ее брови, как обычный мужчина, обеспокоенный состоянием своей женщины.

– Ты так любишь защищать других, но обо мне можешь не беспокоиться. Как ты верно подметила на днях – я большой мальчик.

При воспоминании о том, что они делали в тот момент, когда она это сказала, Лиз покраснела и почувствовала стеснение в потаенных местах.

– Я ничего не могу с этим поделать, такой у меня характер. И потом, кто бы говорил. Ты сам ни на шаг от меня не отходишь.

– Но ты же в опасности.

Да, как и многие люди вокруг.

– Ты спас мне жизнь. – Лиз взяла Джошуа за руку, переплетя его пальцы со своими. – Спасибо. Он сжал ее ладонь и закрыл глаза.

– Я потерял десять лет жизни, ожидая, когда ты очнешься.

– Мне жаль, – вздохнула Лиз.

Джошуа открыл глаза и погладил ее ладонь большим пальцем.

– Ты не виновата. – Поцеловав Лиз в губы, он надел на нее маску. – Спи. Поговорим обо всем завтра.

Однако утром планы Джошуа поменялись.