Когда тепло
Шрифт:
Прибирая после завтрака, она обсудила с Денисом Сергеевичем меню на неделю вперед. В понедельник с утра они поедут с Володей на рынок и по магазинам. Внутри поселилось легкое волнительное возбуждение. Антонина Петровна оставила ей подробные пояснения и контакты проверенных продавцов, но все же это будет новый опыт.
Наталья поставила отвариваться мясо. Проверила ванные комнаты, проветрила на втором этаже, спустилась в сауну, вызвала электрика проверить всю систему в подвале, и попутно отмечала в блокнотике то, что будет необходимо докупить вместе с продуктами. К полудню обед был готов, список практически
– Наталья, – от неожиданности она звякнула фужерами друг о друга.
Денис Сергеевич стоял в проходе.
– Мне срочно нужно уехать. Если еще не приступили, ужин не готовьте. Я поем в городе. Вылейте и выбросьте сегодняшний обед.
Она поставила бокалы на столешницу.
– Понятно. Денис Сергеевич, можно я просто заберу еду с собой?
Он озадаченно на нее посмотрел.
– Вам нечего есть?
Она вся подтянулась.
– Мне есть, что есть. Я могу отдать ее тем, кому она действительно нужна. Продукты у вас хорошие, готовлю я неплохо. Нестыдно и угостить людей, не только унитаз с мусорным баком.
Повисла пауза. Он рассматривал ее, словно что-то обдумывая.
– Хорошо. Сами пообедайте.
Она улыбнулась. Он хмыкнул и скрылся в прихожей.
Пришлось воспользоваться услугами ее «личного» автомобиля. Тащить на себе кастрюли, к тому же беспокоясь о том, что суп может пролиться, совсем не улыбалось. Она написала Виктору, попросив подъехать к трем часам, получила подтверждение и вернулась к своим обязанностям.
Дома она выставила спасенные блюда на стол и ушла в ванную. Немного погодя услышала, что с дополнительных занятий вернулся Илья, и его радостный возглас из кухни «Ура, у нас сегодня борщик!»
– Сынуль, эта еда не для нас, а для тех, кто не может себе многое позволить. Я налью тебе тарелку, а остальное отдадим бабе Маше, хорошо?
Илюшка с готовностью кивнул и полез за ложкой. Она улыбнулась детской непосредственности и нежадности.
Посадив Илью за стол, сама постучалась к соседям.
– Баб Маш, это Наташа.
Дверь распахнулась.
– Наташенька, что такое? Заходи-заходи, – засуетилась, как обычно, бабуля.
– Баб Маш, мне нужна средняя кастрюля и вторая поменьше.
– Куда тебе столько? – всплеснула та руками.
– Народ кормить будем, – приобняла ее за плечи Наталья.
Подхватив емкости, она направилась к себе.
– Баб Маш, не закрывайся. Я сейчас вернусь.
Переложив содержимое из посуды Дениса Сергеевича, она попросила Илью помочь отнести все к бабе Маше.
– Наташенька, откуда же столько добра? – бабушка прижала руки к груди.
– От одного благотворителя. Сами с дедом кушайте и не стесняйся угостить, кого захочешь, – подмигнула Наташа и поцеловала женщину в щеку. Та в ответ крепко ее обняла и прошептала:
– Храни тебя Бог, моя девочка! Передай спасибо своему благодетелю.
Денис вышел из переговорной, взял протянутый секретарем телефон. Он привык оставлять его, чтобы не отвлекаться на важных встречах, при этом быть в зоне доступа в случае необходимости.
– Денис Сергеевич, несколько звонков и сообщений рядового характера.
– Спасибо,
Он вошел в свой кабинет и проверил входящие. Отчет от такси полчаса назад. Он улыбнулся, сверяя время. Он не напоминал Наталье о предоставленной возможности пользоваться машиной в обе стороны. Впервые за несколько дней она вызвала водителя на обратный путь. Странная девушка. Он был уверен: если бы не списанный им обед, она бы снова отправилась на пешую прогулку.
Утренняя картина
Ночью прошел дождик. Не оставил ни луж, ни сырости. О нем напоминала лишь утренняя свежесть и яркость зелени вокруг. Наталья тихо вошла внутрь, переоделась в форму и первым делом распахнула окна на кухне, впуская в дом летний прохладный чистый воздух. Заметила разводы, четко проступающие в солнечных лучах. Взяла средство для очисти стекол и сухую тряпку и протерла их с внешней стороны. Подтянула стул и прошлась по верхней части. Она заканчивала со второй створкой, стоя на цыпочках, когда услышала шаги.
– Почему вы моете окна? – раздался недовольный голос.
Она опустилась на всю стопу и повернулась.
– Я их не мою. Просто протерла.
– Для этого есть специальная служба. Я не желаю, чтобы вы свернули себе шею.
– Я уже закончила. Не стоит вызывать клининг из-за того, что мне помешали не особо заметные следы нескольких капель, – она спустилась на пол. – Где вам накрыть завтрак?
Денис Сергеевич сурово смотрел на нее.
– Я выпью только кофе. Здесь.
Она прошла к раковине, вымыла руки, достала чашку с блюдцем и включила кофе-машину. Он подошел к открытому окну, глубоко вдохнул. Наталья поставила кофе на стол.
– Спасибо, – он сделал небольшой глоток. – Проветрите угловую спальню.
– Хорошо. Сменить там постельное?
– Что? Не знаю. Наверное. Проверьте сами.
– Хорошо.
Он снова отпил кофе.
– Мой сын приезжает сегодня из лагеря, останется на две недели.
Наталья спросила прежде, чем подумала об уместности вопроса.
– Сколько ему лет?
Денис Сергеевич взглянул на нее поверх чашки.
– Десять.
– Если скажете, что он любит, я приготовлю.
– У вас, кажется, самой есть сын, так что вам виднее, что они любят.
Она промолчала. Он отставил чашку.
– Шпроты. Может есть их банками. И пиццу. Но не заказывайте ее каждый день.
Она кивнула и улыбнулась. Он направился к выходу.
– Денис Сергеевич, – он остановился в проходе и развернулся. – Во сколько приезжает мальчик?
– Я встречаю его в 11. В районе 11:30 приедем сюда.
– Хорошо.
Денис вышел из дома. По пути в офис он заметил девушку в голубом платье, и тут же перед глазами возникла утренняя картина: гибкий силуэт Натальи, вырисовывающийся сквозь бело-голубую униформу на фоне солнечного света, когда она вся вытянулась, и он вдруг обнаружил, какие изящные у нее лодыжки. Он потряс головой. То маникюр, то лодыжки, осталось еще родинки ее найти. Интересно, они у нее есть? Черт! Он одернул сам себя. Просто после пожилой Антонины молодая бойкая женщина несомненно привлекала к себе его внимание. Сосредоточься! Впереди переговоры и встреча сына.