Когда тепло
Шрифт:
– Нравлюсь, – она поиграла пальцами, вызывая с кончиков ногтей, оформленных неброско, те же всполохи брызг шампанского, которыми сверкала ее кожа. – Единственно, немного удивляет полное отсутствие украшений. Мне кажется, длинные серьги были бы уместны.
– Как всегда, всё подмечаете, – он немного расслабился. – В первую очередь сегодняшний вечер посвящен юбилею одной
– Умный ход, – она поправила складки подола и откинулась на спинку сиденья.
По пути он еще немного рассказал ей о грядущем вечере, с кем он хотел там встретиться и пообщаться. Она слушала, кивала и заметно нервничала. На подъездной террасе собралось множество фоторепортеров и журналистов. Он подал ей руку. Она глубоко вдохнула и вышла из машины. Он шепнул ей на ухо «Просто будьте самой собой» и, переплетая свои пальцы с ее, повел ее внутрь.
Взаимопонимание и притяжение
Девушка-консультант проводила ее к украшениям с камнями, переливающимися всеми оттенками темно-красного и бордового, порой перемежающимися с ослепляющим блеском бриллиантов. Она скользила взглядом по этой невероятной красоте ювелирного искусства, восхищаясь, но не представляя ничего на себе. Денис и подошедший к нему мужчина молча наблюдали за ней.
– Я бы хотела немного походить вокруг, – обратилась она к неумолкающей девице. Та нацепила дежурную улыбку и обвела широким жестом пространство. – Конечно.
Наталья двинулась вдоль стоек. Ощущение нереальности охватывало все сильнее. Чего она ждет? Пусть уже наденут на нее, что посчитают нужным и… Она замерла у углового постамента. Серьги-капли, удлиненные, без камней, только золото, но бликующее под разными углами. Сбоку раздался незнакомый голос:
– Вы смотрите на серьги?
Она повернула голову.
– Да, на них. Удивительно, как играет на свету металл.
Мужчина приподнял одно украшение и слегка качнул. Золотистые переливы гипнотизировали.
– Мне было крайне любопытно, что вы выберете сами. Платон, стилист, –
Она заметила, что выставленные в этом углу колье, кулоны, кольца, браслеты, броши действительно были индивидуальны и неповторимы, хотя странно сочетаемы. Они выделялись особняком и тем были едины.
– Здесь использованы два вида золота, поэтому они так играют, как вы сказали. И они ждали девушку с сиянием. Вас. Позволите?
Она улыбнулась, и он ловко вдел серьги. Придвинул к ней зеркало. Она попробовала представить на себе браслет или цепочку и не смогла. Этого чуда в ушах было достаточно. Она улыбнулась сама себе и заметила отражение восхищенного Платона и потемневшие до черноты глаза Дениса.
Она развернулась к мужчинам. Оба не отрывали от нее взгляды.
– Рискнешь показать миру? – тихо произнес стилист, обращаясь к Денису.
– С гордостью, – ответил он, предлагая ей взять его под руку.
Они обошли зал, взяли по бокалу шампанского, пересеклись с Петром Алексеевичем, с кем-то здоровались, с кем-то знакомились. Денис не выпускал ее руку. Наталья следовала за ним, сама совершенно не желая отойти. Казалось, они тут же потеряются в море разодетых людей, столиков-стоек с закусками, островков с украшениями и блеске всевозможных светильников.
– Найдена модель для наших сложных украшений! – к ним приближался мужчина, которого можно было охарактеризовать одним словом – яркий. Чернявый, броский, чуть полноватый, с крупными чертами лица, густой шевелюрой, золотой, словно подсвеченной, бабочкой, широкими жестами и звучным голосом. – Денис Сергеевич, мое почтение. Как поживают ваши родители?
– Юрий Вадимович, – последовало рукопожатие. – хорошо, спасибо. Отец передавал вам большой привет. Наталья, познакомьтесь – главное лицо сего мероприятия.
Конец ознакомительного фрагмента.