Когда сгущается тьма
Шрифт:
Тео, услышав ее ответ, подмигнул. Но Наталия находилась слишком далеко, чтобы услышать его шепот. Поэтому, когда Фэлкон возобновил хождение, он сквозь зубы, но довольно отчетливо произнес:
— Скажи ему, что твоей подруге нужен врач.
Фэлкон повернулся на каблуках и гаркнул:
— Я все слышал! Но мне не нужна здесь бессмысленная суета с врачами. Ты меня понял?
— А все-таки врач ей требуется, — настаивал Тео. — Посмотри, она практически без сознания.
— Я тут решаю, кому нужен врач, а кому нет. Надеюсь, ты не забыл, что ситуацию контролирую я?
Тео боялся перегнуть палку; но и не использовать
— Может, отпустишь раненую, приятель? У тебя и без нее останутся целых три заложника. Как-никак речь идет об огнестрельном ранении из крупнокалиберного пистолета. Кровотечение, возможно, у нее и остановилось, но нельзя сбрасывать со счетов и полученный при ранении шок. Она может впасть в кому, а ведь тебе такого рода неприятности не нужны, верно?
Фэлкон застыл. Похоже, он всерьез обдумывал сказанное.
— Тебе просто необходимо от нее избавиться, — добавил Тео.
— Я сам знаю, что мне необходимо. Так что не пытайтесь меня учить. Всем заткнуться и держать рты на замке!
Однако Тео нарушил запрет:
— Будь же рассудительным, приятель. Договорись о сделке. Отдай им девушку, а взамен попроси что-нибудь для себя. Возможно, в результате ты получишь то самое ожерелье, о котором говорил с полицейскими.
Эта идея Фэлкону понравилась, но и отдавать заложницу ему, похоже, все-таки не хотелось. Тем не менее он вынул из кармана мобильник и стиснул его в ладони.
— Вот это правильно, — подначил Тео. — Заставь их быть пощедрее.
— Свайтек! — рявкнул в микрофон Фэлкон. — Где мои чертовы деньги? И мое ожерелье? — В следующее мгновение его лицо побагровело от гнева, словно услышанное в ответ ему не понравилось. — Только не надо выдумывать себе оправданий. Я хочу получить свои деньги и ожерелье. И точка. Даю тебе пять минут. Если через это время их сюда не доставят, я пристрелю чернокожего. Ты хорошо меня слышишь? Повторяю, я возьму свою пушку, приставлю к голове твоего слишком разговорчивого чернокожего приятеля и вышибу ему мозги!
Пробормотав себе под нос еще несколько слов, которые невозможно было разобрать, он сунул телефон в карман. Тео бросил в его сторону многозначительный взгляд, как бы показывая, что тому не удалось его надуть.
— Ну, чего уставился? — буркнул Фэлкон.
— Ты не открыл верхнюю панель, — сказал Тео. — А по этой модели мобильника, не открыв верхней панели, разговаривать невозможно.
Фэлкон ухмыльнулся, словно все это была только шутка.
— Не открыл верхней панели… А ведь это плохая для тебя новость, парень, не так ли?
— Что-то я не очень тебя понимаю…
Фэлкон подошел к нему поближе.
— В распоряжении твоего друга Свайтека ровно пять минут, — зловеще произнес он, направив пистолет в лоб Тео. — А он даже не знает об этом.
ГЛАВА 32
В командном пункте пахло, как в дешевой кофейне: люди приходили и уходили, оставляя повсюду свои кружки и стаканчики с недопитым кофе. «Интересно, — подумал Джек, — здесь кто-нибудь когда-нибудь убирает посуду?» Он насчитал по меньшей мере тринадцать наполовину пустых кружек с кофе. Тео обязательно сказал бы: «Наполовину полных». Этот парень всегда был оптимистом и наверняка оставался им и сейчас — несмотря на то что маньяк держит
— Старайтесь не употреблять слово «нет», — посоветовал Джеку сержант Пауло. — Что бы Фэлкон вам ни говорил, чего бы ни требовал, ни в коем случае не захлопывайте дверь у него перед носом.
Неожиданно Джеку вспомнилось желание Бушмена посмотреть на обнаженный бюст Алисии.
— А если он будет настаивать на разговоре с Алисией? — спросил адвокат.
— Хороший пример, — одобрил Пауло. — Ответьте ему, что это предложение необходимо обдумать. Скажите, что вы его обсудите. Обещаний не давайте, но и не отвергайте этот вариант полностью. Вы находитесь в выигрышном положении, поскольку не можете дать Фэлкону ответа, не заручившись предварительно одобрением полиции, особенно если дело касается мэра или его дочери. И он об этом знает.
— Нужно ли мне затрагивать проблему так называемых исчезнувших?
— Не форсируйте этот вопрос. Если речь о них все-таки зайдет, тогда сообщите, что знаете. Но помните: этот термин он в разговоре с нами еще не упоминал. Я боюсь касаться этой проблемы, пока мы не уяснили себе ее суть. Если мы используем термин без знания реалий, это может вызвать у него ненужные ассоциации, разбудить, так сказать, в душе демонов, что самым печальным образом скажется на судьбе заложников.
— В его криминальном досье отмечено, что он родом с Кубы, — заметил Джек. — Может, следует навести справки и выяснить, не является ли термин «los desaparecidos» обозначением бездомных или бомжей на Кубе.
— Неплохая мысль, — одобрил Пауло.
— А что вы думаете по этому поводу? — посмотрел Джек на Алисию.
Похоже, вопрос оторвал ее от каких-то серьезных размышлений.
— Я? — переспросила она.
— Да. Вы знаете испанский лучше многих, по крайней мере куда лучше меня. Что, по-вашему, означает «los desaparecidos»? Может, это определение и в самом деле имеет какое-то отношение к людям, лишенным крова?
— Трудно сказать. Полагаю, надо копнуть поглубже.
— У вас что — есть другая теория?
Прежде чем ответить, она секунду помолчала.
— Нет. Ничего конкретного.
Джеку показалось, что в ответе крылась какая-то недоговоренность. Впрочем, у него, как у уголовного адвоката, частенько оставалось такое ощущение после разговоров с полицейскими. Он посмотрел на Пауло, но расшифровать выражение его лица не смог и решил до поры до времени оставить эту тему.
— Ну так вы готовы к разговору? — спросил Пауло.
— Да, — кивнул Джек. — Надо ему звонить.
Алисия поставила телефон в центр стола и набрала номер. Джек втянул в грудь побольше воздуха и выдохнул, только когда раздался первый гудок. Послышались еще два гудка, прежде чем он сделал новый вдох. На четвертом гудке Фэлкон наконец отозвался.